Страница 5 из 80
Глава 3
Арден тянуть со своей угрозой не стал. И вскоре на моей шее красовался плотный кожаный ошейник, инкрустированный черным гладким овальным камнем спереди.
Я не обманывалась тем, каким хлипким выглядит ошейник. С виду его легко порвать или порезать ножом, но на самом деле он был крепче стали.
Магия в нем не позволяет испортить и снять его тому, кто его носит. Это подвластно лишь тому, кто надел этот маркер принадлежности другому.
– Я дам тебе сутки на то, чтобы переехать в особняк вместе с сыном. Завтра вечером ты должна присутствовать на ужине. Будет официальное представление моей жены родным. Приедут также мои родители, и ты должна сидеть подле меня.
– Зачем? Я твоя бывшая жена, не считаешь, что мое присутствие будет неуместным, – нахмурилась я, не понимая, для чего он хочет выставить меня напоказ.
– Ты моя ламия, – сказал Арден таким тоном, словно это должно было мне всё объяснить. – И мать моего сына.
– Непризнанного, – процедила я, не забыв о прошлом, когда он от него отказался.
– В этом есть и доля твоей вины, – прищурился он, намекая на то, что я совершила глупость и провела обряд разрыва связи между ним и моим сыном Миром.
– Мои действия – всего лишь попытка защитить нас с сыном от твоих посягательств. Ты сам угрожал мне, что отправишь нас в захолустье. С глаз долой, из сердца вон, как говорится.
– Обвиняешь меня? Это тебя утешает при мыслях о том, что из-за твоего обряда сын умирает? – наклонил он голову набок и произнес безразличным тоном.
Зрачки его вытянулись, и на меня глянул уже его дракон. Холодный взгляд, от которого у меня мурашки по коже. Словно он препарировал меня и пытался пролезть под кожу.
Я могла промолчать, завершить разговор или уйти, так как он сделал то, что хотел – надел на меня ошейник в обмен на спасение Мира, но я решила идти до конца.
– Почему ты не сказал мне, что лорд Бейрут – твой брат?
Я старалась говорить спокойно, чтобы в моих словах не было слышно никаких эмоций. Открываться перед Арденом – последнее, чего бы я хотела. Вот только я услышала совсем не то, что ожидала. Казалось, ему было всё равно.
– А это важно? – хмыкнул он и дернул губой, демонстрируя удлинившиеся клыки. Его зверь начал брать над человеческой ипостасью верх, и даже его голос стал отдавать вибрирующим рычанием, от которого у меня дыбом вставали волосы на затылке. Яркий признак того, что нужно бежать. Вот только мои ноги словно приросли к полу и не желали двигаться, а разум не желал, чтобы я отступала.
– Если бы предупредил меня, я бы не подвергла сына такой опасности, и сейчас его жизнь не висела бы на волоске.
– Ты неправильно смотришь на всю эту ситуацию, Дарина, – покачал головой Арден, и в этот момент его лицо покрылось рябью, и на висках проступила чешуя, распространяясь медленно дальше по лицу вниз, начиная покрывать шею, плечи и грудную клетку.
– Чего ты добивалась, пытаясь лишить сына отца? Хотела выслужиться перед Бейрутом за то, что он предоставил тебе кров и место в Академии? А когда узнала, что он мой брат, поняла, что он всего лишь использовал тебя, как подстилку, и жениться не собирался?
Я сцепила зубы, чувствуя, как изнутри вверх поднимается гнев, отдающий пылающим жаром.
– Ни с кем я не спала, – произнесла я сквозь зубы, с силой сжимая челюсти, аж скулы заболели от напряжения. – Оставь свои бурные фантазии и оскорбления при себе. И не приписывай мне свои грехи.
– Грехи? Ты прекрасно знаешь, что я был под действием приворота, так что не козыряй передо мной своей “правдой”, – сузил он глаза и резко схватил меня ладонью за горло.
Его хватка боли мне не причиняла, но заставляла чувствовать себя как никогда уязвимой и незащищенной. И если раньше я могла оттолкнуть его и уйти, то сейчас оказалась к нему добровольно привязанной. Без права отказать и убежать.
Мои ноги-руки были связаны обещанием. Подчинение в обмен на жизнь сына. Капкан, от которого кровоточит не тело, а душа.
– Я с ним не спала, – зачем-то сказала я, а затем замолчала, убеждая себя не унижаться.
Незачем оправдываться перед Арденом. Он уже сделал свои выводы и мучает меня, обвиняя во всех смертных грехах.
Вот только его мнение не должно быть для меня важным, так что я прикусила щеку до крови и отрезвила себя железным привкусом крови.
А затем прозвучал тот самый вопрос, от которого меня бросило в пот.
– Что ему было нужно от тебя, я прекрасно знаю. Он только рад насолить мне и просто использовал тебя, как инструмент уязвить и унизить меня, как более успешного сына своего отца, истинного наследника великого рода. Можешь не оправдываться, я прекрасно знаю, что Бейрут слишком эгоистичен, чтобы оказывать поддержку чужим женушкам, если они не оказывают ему определенного рода услуги, – скабрезно ухмыльнулся Арден и подцепил абсолютно черным, отросшим вместо ногтя когтем мой подбородок. – А ты с таким упрямством утверждаешь, что помогал он тебе по доброте душевной. Тогда что тебя с ним связывало, если не близость?
Наши взгляды встретились, и я сглотнула, чувствуя себя загнанной в тупик.
Могу ли я сказать ему о том, что я метаморф? И как он распорядится этой информацией в свете того, что всё, что осталось между нами – это ненависть.