Страница 29 из 95
— Так сам король высказался. Вчера на государственном совете архимагов открыто заявил, что для него и для государства в целом его младшая дочь — самое главное сокровище. Хотя нет, — он на миг задумался, — он сначала сказал не «сокровище», а «достижение», но тут же поправил, мол, оговорился.
— Погоди, откуда ты знаешь, что происходило на государственном совете? Разве туда могут попасть все желающие? — усомнилась я.
Вдруг он на самом деле и вправду из аристократов, еще и высокий пост занимает. Ага, а вор — это так, для души. Ну-ну.
— Нет, конечно. Лишь архимаги и члены королевской семьи. Официально, — он снова усмехнулся. — Ну и некоторые любопытствующие вроде меня тоже порой бывают.
— Так ты еще и шпионишь, — мрачно подытожила я.
— Я много чего еще. Но пусть это останется нашей маленькой тайной. Все, принцесса, возвращайся. За десять минут до полуночи я буду ждать тебя здесь.
Не дожидаясь моего ответа, он пошел прочь, вглубь сада, ни разу не оглянувшись. Проводив его взглядом, я надела маску и поспешила в сторону дворца.
Наверное, можно уже и выдохнуть… Но почему от нехороших предчувствий аж ком в горле встает?
Уже на подходе закрались подозрения, что что-то не так. До этого беззаботно прогуливающиеся парочки, почему-то взволнованно спешили ко входу в бальный зал. Да и салют как-то враз затих.
Что-то случилось?
Беспокойство усилилось многократно. Я чуть ли не бегом кинулась вслед за остальными.
Музыка больше не играла. Царила напряженная тишина, нарушаемая тихими взволнованными перешептываниями. Да что вообще происходит⁈ Судя по недоумению окружающих, они тоже были еще не в курсе.
Так, нужно найти Ламину!
Я ринулась сквозь толпу, но и до середины зала дойти не успела, как на возвышение, с которого наверняка обычно звучали торжественные речи, поднялся Афнер. И не один, в сопровождении того самого верховного жреца из храма, с которым еще мой отец перешептывался. Как там его? Огулон?
Брат был без маски, зато с короной на голове. При его появлении шепот в зале враз стих. Но и без этого голос верховного жреца разнесся достаточно громко:
— Король умер… Да здравствует король!
И Афнер пафосно простер руки ввысь. Мол, вот он я. Любуйтесь.
Что?..
Тишина вмиг сменилась обеспокоенными переговорами, но то тут, то там уже доносилось нестройное:
— Да здравствует король!
И так пока почти весь зал не грянул эти слова.
— Что с королем? Что случилось? — забив на все правила этикета, я вцепилась в локоть стоящего рядом пожилого мужчины.
Чуть озадаченно он пояснил:
— Говорят, Его Величеству враз стало плохо еще в начале бала, увели к лекарям. И, видимо, все… — и громогласно воскликнул в такт с остальными: — Да здравствует король!
Это все точно происходит наяву?..
Отец вдруг внезапно умер, теперь Афнер считается королем…
Эдар милосердный, да что же это…
Я схватилась руками за голову, ступив то вправо, то влево, повернувшись на месте. Как же так?.. Неужели потому я отца на балу до сих пор не видела, что его почти сразу увели? Неужели он вот так вдруг умер? И…
Да ни за что я не поверю, что все это случайно!
Нужно найти Ламину, хватать в охапку и бежать отсюда! Я метнулась в сторону, но почти тут же меня довольно неделикатно схватили за руку и дернули на себя. Я едва не врезалась в принца Геона.
— Куда же вы так спешите, милая Саттива? — его улыбке позавидовали бы и ядовитые змеи.
— Отпустите меня, — вот не зря этот гад так злорадно улыбается! Наверняка они с Пасиром и виновны в смерти моего отца!.
— Ну что вы, ни в коем случае, — по-прежнему крепко меня держа, он уверено вел куда-то вправо. Казалось, даже упади я на пол, он все равно продолжит тащить волоком. — Понимаю, вы убиты горем, потому столь буйно себя ведете, ну ничего, это пройдет. Не бойтесь, вы не одна в своем горе, я вас не оставлю.
Да не дай Бог!
И ведь окружающие словно не замечали нас! Похоже, принц, как тогда и Ламина, отводил какой-то иллюзией чужое внимание!
— Немедленно меня отпустите! — на эмоциях мой голос сорвался на крик.
— И незачем так нервничать, — а Геон все улыбался, даже не подумал ослабить хватку.
Я со злости пнула его чуть ниже колена — куда в таком положении вообще могла достать. Принц хоть и поморщился, но самодовольной улыбки это с его лица не стерло.
— Хватит, Саттива. Для тебя все равно все по-прежнему. Лишь только… — вдруг схватив меня за подбородок, наклонился к моему лицу и прошептал с придыханием: — Лишь только сменился хозяин. Но разве это не к лучшему, прелестная моя?
Ледяной ужас пробрал чуть ли не до костей. На миг даже почудилось, что вот-вот, как и на Земле, в солнечном сплетении полыхнет неведомая сила. Но нет…
По-прежнему сопротивляющуюся меня, Геон силком вытащил из бального зала. Так мы добрались до моей комнаты.
— Посиди пока здесь, подумай о своем смирении, — аж рыкнул, настолько я, видимо, успела его довести. — И никаких выходок! Тебе отсюда точно не сбежать!
Я даже отвечать ничего не стала. Лишь бы только ушел поскорее! А там я как-нибудь через окно. Только бы еще Ламину найти! Не могу же я ее оставить в этом гадюшнике! Это при власти отца я еще могла надеяться, что ей ничего не грозит, а теперь ни на что рассчитывать нельзя!
Геон собрался уйти, но вдруг резко остановился, обернулся, как от резкой вспышки подозрения.
— Так-так-так… Похоже, моя прелестная принцесса на что-то надеется… — едва не прожигал меня сверлящим взглядом.
— На то, что ты сдохнешь на полпути к двери, — с презрением парировала я.
Он вмиг оказался рядом со мной, схватил за плечи. Я даже воспротивиться не успела, как меня окутало как туманом, лишая сил. Он будто проникал сквозь кожу, сверлил в виски. И…даже мысли…
— Рамир! — Геон прорычал словно разъяренный зверь. Отпустил ослабевшую меня, без опоры я тут же осела на ковер.
А принц чуть ли не пулей вылетел из моей комнаты, уже из коридора донеслось его громкое страже:
— Собирайте весь отряд высших магов! Быстро! И лучших дворцовых стражей! Поднять по тревоге абсолютно всех!
Я так надеялась, что он и ушел, забыв запереть дверь, но принц почти тут же снова заглянул в комнату.
— Благодарю, моя милая, — глаза прямо горели, ядовитая ухмылка добавляла ужаса, — сегодня не день, а подарок! Мало того, что от этого надоевшего старика уже избавились, так еще и, наконец, прикончим гада, которого столько лет выследить не могут!