Страница 34 из 76
Ольга фыркнула, а потом все три девушки вдруг одновременно засмеялись. Даже я не удержался и тоже улыбнулся. Потому что, как ни странно, в этой дурацкой аналогии и правда было что-то очень точное.
Когда они отсмеялись, я продолжил:
— Кларисса, после того, как мы прилетим в Орден, а затем слетаем к пиратам, у меня будет к тебе ещё одна просьба.
— Я слушаю, — серьёзно кивнула она.
— Мне понадобится большой экипаж, — ответил я. — Люди, которые не станут болтать лишнего после того, как что-то увидят.
Девушка удивилась, даже чуть приподняла брови.
— Это что-то важное и секретное?
— Мир-корабль, — произнёс я. — Наследие моего Рода.
Она замолчала, обдумывая услышанное, потом кивнула.
— Припоминаю, ты рассказывал. Хочешь куда-то его транспортировать? Или использовать?
На этот вопрос я только улыбнулся.
На путь до места, откуда можно будет телепортироваться, ушло ещё пять дней.
Раньше я думал, что дело просто в закрытых телепортах. Потому и тащимся на кораблях так долго. Но реальность оказалась менее приятной. Многие порталы по галактике начали сбоить. Причём уже довольно давно. Первые признаки появились ещё около ста лет назад, но тогда почти никто не обратил внимания. А теперь стало ясно, что чем дальше расстояние, тем сильнее риск, что телепортация пойдёт криво или портал вообще взорвётся.
Ранее Кларисса рассказывала мне об этом, но лишь мельком.
Техники разных народов, Орденов, империй и кланов пытались понять, что происходит, но внятного ответа так и не нашёл никто. Услышав это, я напрягся всерьёз. Телепортация — не роскошь. Это одна из опор цивилизации. И если такая вещь ломается, значит, проблемы впереди будут не только у простых людей.
Кроме того, как выяснилось, в этой части космоса сама сеть порталов у Ордена Хранительниц развита слабо. А также раскрывать свои маршруты они не спешили. В чём я их даже понимал.
За время нашего «путешествия» я добился ещё большего успеха со своими учениками.
Не сказать, что мы стали прямо близки, но общаться и понимать друг друга начали лучше. Как говорится, стерпится — слюбится. Впрочем, девушки и раньше были куда спокойнее. А вот Хмурый всё ещё временами срывался, хотя и заметно меньше прежнего.
Сейчас мы как раз находились в тренировочной комнате на корабле. Четвёрка моих учеников, считая и Яну, в этот момент сражалась против одного из людей Клариссы — высокого мужчины в тёмных одеждах с чёрной бородой со спокойным взглядом. Просвещённый третьего уровня и сильный мечник.
Его отличное владение мечом было видно не вооружённым глазом.
С учеников пот буквально лил. Потемневшая от влаги одежда местами прилипла к телу и дымилась от испаряющегося почти мгновенно из-за быстрых движений пота. Все четверо тяжело дышали и у всех были красные лица.
Четвёрка атаковала одновременно своего спарринг-партнёра одновременно, а он отбивал все их атаки и даже без труда контратаковал. Клинки мелькали так быстро, что в воздухе оставались лишь шлейфы света и энергии.
Но как бы не была умела четвёрка моих учеников, по меркам гениальности… Мужчина, Гвин, отбивался почти лениво.
Глядя на это, я мог лишь почесать задумчиво голову.
Чтобы обучить их техникам на порядок выше, мне нужно, чтобы они были ещё быстрее и крепче. Но пока не выходит…
— Хмурый, — бросил я парню, наблюдая за боем со стороны, — перестань юлить. Пытайся пробить защиту. Навяжи противнику свой стиль, а не подстраивайся под его. Тем более вас четверо и тебе есть на кого положиться. Используй этот шанс.
Парню это не понравилось сразу. Даже отсюда было видно, как у него скрипнули зубы. Всё его лицо и тело уже блестели от пота. Он пытался контролировать дыхание, а тут я со своим нравоучением. Бой шёл давно, без передышки. И всё же он, опираясь на мои слова, попытался нарастить темп.
И тут же поплатился.
Гвин коротко сместился в сторону, пропуская удар мимо, а затем резким движением ударил хмурого ногой в корпус. Парня отбросило прочь с такой скоростью, что он впечатался в стену почти без возможности сгруппироваться, а потом сполз вниз.
Я посмотрел на тяжело дышащего хмурого и ровно спросил:
— И долго ты ещё собираешься валяться? — кивнул в сторону боя. — Там как бы трём твоим напарницам нужна помощь.
Он чуть ли не зарычал, но сразу вскочил и снова рванул в бой.
Кому-то могло бы показаться, что я давлю на него. Но проблема далеко не в этом. Просто парень всё ещё не хочет признать очевидное. В академии ему вдолбили одну манеру боя, и теперь он пытался сделать свой стиль более плавным, более красивым и более «правильным». Вот только с его силой и напором ему нужен был совсем другой путь. Не изящно ломать рисунок боя, а давить врага так, чтобы тот не успевал дышать.
— Яна, — перевёл я внимание на девушку, — держи меч выше. У тебя широкий профиль и угол атаки, а у врага клинок короче. Не пытайся атаковать в ноги. Веди линию на уровне головы, чтобы он постоянно боялся удара в глаза. Это откроет возможность остальным атаковать снизу.
Яна сразу перестроилась. Их спарринг-партнёр едва заметно кивнул, подтверждая, что замечание верное. Опытному воину такие вещи видны сразу, но он не вмешивался со своими советами. Мы уже успели с ним поработать лично, и Гвин видел, что я понимаю, о чём говорю.
Бой продолжался ещё несколько минут. Потом, всё же сжалившись над уже почти роняющими из рук клинки учениками, я всё же произнёс:
— Ладно, можете заканчивать.
Гвин в ту же секунду ускорился так, что для неопытного глаза почти исчез. Серия коротких движений — и все четверо отлетели в разные стороны, своими тушками врезаясь в стены. И лишь Яна, тяжело дыша, но смогла создать воздушную прослойку.
Впрочем, её рука ходила ходуном от напряжения так сильно, что катана выпала из руки, а сама девушка упала на одно колено.
Гвин же так и остался стоять в центре зала. Спокойный, совсем не сбивший дыхание.
Ученики же, встав, выпрямились и, как положено, слегка склонились перед спарринг-партнёром.
— Спасибо, — произнесли они почти хором.
Мужчина кивнул им, потом мне, и просто телепортировался, не тратя слов.
— Молодцы, — произнёс я. — Но впредь реагируйте быстрее. Каждая заминка в бою может стоить вам жизни.
Обе девушки сразу склонились чуть ниже уже мне
— Спасибо, учитель, — произнесли они почти одновременно.