Страница 23 из 76
Саша, замерев, склонилась надо мной. Алые волосы мягко упали на правую сторону лица. Она почти сидела на мне, удерживаясь одной рукой слева от моего лица, и смотрела так же прямо в глаза, но без каких либо эмоций.
Её злость с самого первого момента нашего диалога, и эта отстранённость с самого начали были настоящими. Но этот бой вёл не к победе, и даже не к попытке показать себя кем-то другим. Он вёл к разрыву.
Саша хотела оборвать со мной все нити. Просто отсечь.
Не чувствовать больше той боли в груди и не думать, отвечу ли я когда-нибудь на её чувства или нет. Не жить в этом постоянном ожидании. Она хотела остаться одна. Пусть без любви. Пусть с пустотой. Но хотя бы без этой тянущей боли.
Я понял и ещё кое-что.
Пока мы искали её все эти месяцы, пока я думал, что просто переживаю, просто хочу убедиться, что с ней всё в порядке, всё давно зашло дальше. Я хотел найти её не потому, что должен. И не потому, что она королева Этараксийцев.
Я всем сердцем жаждал найти её.
Сашу. Мою Этараксийку.
Обнять. И больше не отпускать.
Пусть обиженную. Пусть злую. Пусть такую, которая сейчас едва не превратила в фарш мне голову. Но всё равно мою. И я никому её не отдам. Ни войне. Ни судьбе. Ни этой чёртовой короне Этараксийцев, если она попытается окончательно сожрать в ней живую девушку.
Медленно протянул руку вверх и сначала коснулся волос даже не пошевелившейся и всё также смотрящей мне в глаза девушки.
Осторожно. Почти невесомо. Затем большим пальцем едва заметно задел и провёл по золотисто-жёлтому рогу. Тёплый и очень приятный на ощупь.
Я не позволю ей остаться с этой судьбой один на один. Если понадобится, ради неё я хоть прямо сейчас заключу договор с Орденом Хранительниц и вычищу всю ближайшую гниль. Я сделаю так, чтобы Этараксийцы действительно жили спокойно. Не как чья-то добыча, не как товар, и не как оружие. А как народ, который больше не должен оглядываться назад и искать среди других врагов.
Я убрал руку с её рожек и медленно перевёл её ниже. На талию. Потом дальше, за спину, чуть притягивая девушку к себе.
Её тело было напряжено. Очень.
Но я почувствовал, как это напряжение начало уступать. Сначала едва заметно. Потом чуть сильнее. Потом ещё. А в следующее мгновение она сама прильнула ко мне.
И мы поцеловались.
Я лежал на холодной, изрытой ударами земле, обнимая и прижимая к себе такую любимую и такую желанную Этараксийку. Чувствовал, как она больше не сопротивляется и отвечает мне желанием в поцелуе. Чувствовал, как дрожь, до этого державшая её тело в напряжении, постепенно меняется совсем другим ощущением. Более тёплым и более живым.
Вокруг ещё клубилась пыль. Где-то потрескивала разломанная земля. Над нами дрожал воздух, до сих пор не успокоившийся после нашей схватки. Но всё это стало неважным.
Важна только она одна.