Страница 6 из 177
Глава 5
— Я не стану обещать, — сглотнул доктор.
— Но… но ведь шанс есть? — едва слышно спросила я, чувствуя, как у меня дрожат губы от подступающих слез.
Старик помедлил.
— Есть.
Одно слово. Крошечное. Я уцепилась за него, как утопающий за край лодки.
— Что нужно делать? — шептала я, глядя на старика.
— Нужен сильный восстановитель. Не обычный лекарь. Специалист, который работает с повреждениями магических каналов. Возможно… потребуются целительные кристаллы, ежедневные процедуры и полный покой.
Мать перестала скрести по стеклу.
— И сколько это стоит? — спросила она на всю комнату.
Старик назвал сумму.
У меня перехватило дыхание. Воздух в комнате вдруг стал слишком густым. Мать коротко рассмеялась. Звук был сухим, как кашель.
— Это… это за все лечение? — сощурила глаза мать.
— Нет… Это… За первый курс. Обычно после него становится ясно, будет ли человек ходить или нет, — ответил лекарь.
— Это невозможно, — мать отвернулась к стене.
— Во дворцовом лечебном корпусе цены ниже, — заметил лекарь, но мать тут же испепелила его взглядом.
— Мы уже это обсуждали с вами, кажется.
— Вы отказались.
— Потому что не желаю превращать мою дочь в общественное зрелище! — гордо произнесла мать. — Мы не из тех, кто выставляет свое горе напоказ, сэр!
Старик посмотрел на меня.
— Через семь, самое большее десять дней восстановить каналы будет намного сложнее. Через несколько недель — почти невозможно.
— Почти? — переспросила я, чувствуя, как огонек надежды начинает неумолимо гаснуть.
— Иногда случаются чудеса. Магия тоже не стоит на месте, — заметил доктор.
Мать резко повернулась от окна.
— У нас нет таких денег.
Она произнесла это не сердито. Не с отчаянием. Просто. Так говорят о закрытом магазине или закончившемся сахаре. Факт, не заслуживающий долгого обсуждения.
— Я оставлю обезболивающее, — продолжил лекарь, доставая из сумки небольшой тёмный флакон. — Давать по пять капель. Не больше. Не пытаться сажать её. И немедленно отправить за мной, если поднимется жар. Хотя не должен. Сейчас ее жизни ничто не угрожает. Но обезболивающее нужно попить.
Мать взяла флакон и долго смотрела сквозь темное стекло на густую синюю жидкость.
— Оно дорогое? — спросила она, рассматривая в руках лекарство.
— Я не возьму денег, — заметил доктор, собираясь уходить.
— Я не просила милостыню! — возмутилась мать.
— А я её не предлагаю. Я предлагаю то, что может облегчить боль. На начальном этапе остаточная боль будет. Это нормально. Магия, которая сращивает кости, работает именно так, — пояснил доктор.
Он забрал сумку и подошел к кровати. Наклонился ко мне. От него пахло старой бумагой и горькими травами.
— Мне жаль, мисс Моллард. Не теряйте время.
Я едва заметно кивнула, чувствуя, как слезы подступили к глазам. Если я сейчас что-то скажу, то разревусь. А плакать я не хотела. Не сейчас.
Он ушел. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Голоса стихли. В доме снова стало тихо. Так тихо, что звенело в ушах.
Мать стояла возле кровати, сложив руки на груди.
— Ты должна понимать, Флорис, что таких денег у нас нет, — строго произнесла она. — И не смотри на меня так!