Страница 107 из 177
— Вижу, вам передали мой подарок, — спросил он.
Он явно ждал продолжения. Ждал благодарности. Или, по крайней мере, объяснения, почему браслет не на моей руке.
Я взяла чашку и сделала глоток чая. Сейчас я могла пить его, поскольку Мелли отрегулировала кровать так, чтобы я почти сидела. И на удивление сегодня это было не больно. Напиток был ещё слишком горячим, обжигая губы, но я не торопилась ставить его обратно. Мне нужно было время.
Руаль посмотрел на коробку, затем снова на моё запястье.
— Он вам не понравился?
— Нет.
Герцог замолчал. Кажется, он не ожидал настолько прямого ответа. Он привык, что женщины реагируют на его подарки предсказуемо: восторг, примерка, благодарность.
— Ювелир может заменить камни, — произнёс он после небольшой паузы. Голос был ровным, деловым. — Или сделать другое украшение. Браслет был выбран, потому что колье пока будет для вас неудобно.
— Я поняла. Спасибо. Можете забрать его обратно. Я не просила подарков.
— Тогда что именно вам не понравилось?
— Сам подарок.
Его челюсть напряглась. Мелли возле окна старалась стать невидимой. Она смотрела куда-то в сад, но по напряжённой спине было понятно: она слышит каждое слово, каждое колебание воздуха между нами.
— Очень содержательное объяснение, — заметил герцог. В его тоне появилась сталь.
— Другого у меня нет.
— Вы даже не примерили его?
Это прозвучало не вопросом. Это было обвинение в нарушении негласного ритуала.
Я поставила чашку на блюдце. Фарфор тихо звякнул.
— Не примерила.
— Почему?
— Потому что не собираюсь носить, — ответила я, глядя на чаинки.
Теперь он действительно растерялся. Не внешне. Руаль Эдельгейм, вероятно, не терялся даже под падающими зданиями. Но я увидела короткую паузу, в которой он словно перебирал возможные причины и не находил подходящей в своём мире логики.
— Застёжка регулируется, — сообщил он. — Размер должен подойти.
— Дело не в размере, — спокойно ответила я.
— В камнях?
— Нет, — отмахнулась я.
— В исполнении? — в голосе герцога слышалось удивление.
— Герцог, браслет прекрасен.
— Тогда я не понимаю!
Он произнёс это с таким искренним недоумением, что я едва не улыбнулась. Все женщины любят бриллианты. Наверное, именно так он думал вчера, отдавая распоряжение ювелиру. И теперь стоял перед единственной женщиной, которая отказалась надеть их на руку, и не знал, как продолжить разговор.
— Можете забрать его обратно, — сказала я.
— Обратно? Это подарок! Вам! — в его голосе прозвучала резкость.
— Который я не принимаю, — улыбнулась я.
— Подарки обычно не возвращают.
— Обычно их дарят лично.
Он замер. В комнате стало очень тихо. Мелли всё-таки повернула голову.
Руаль посмотрел на меня пристальнее. В его бирюзовых глазах мелькнуло раздражение. Не злость. Скорее досада человека, который решил сложную задачу, а ему сообщили, что ответ неверный.
— Вас оскорбило, что я передал его через управляющего?
— Меня не оскорбил браслет.
— Тогда что?
Я вздохнула. Он действительно не понимал. Или делал вид настолько убедительно, что разницы уже не было.
— Вы поняли, что вчера поторопились с обвинениями, — сказала я.
Его лицо стало неподвижным. Маска вернулась на место.
— Я не обвинял вас.
— Вы спросили, не я ли обрушила арку. Я это прекрасно помню!
— Я задал вопрос.
— Человеку, который лежит перед вами с переломанным позвоночником именно из-за этой арки! — повысила я голос.
— У меня были основания.
— Слова разгневанной женщины и разбитая ваза? — насмешливо произнесла я.
Руаль слегка прищурился. Значит, я угадала. Он действительно проверил. Он узнал правду о моем роде и понял, что его подозрения были беспочвенны.
— Я выяснил, что в вашем роду не было сильных магов, — произнёс он. — Но это не исключает возможности. Позднее проявление всё ещё возможно.
— Тогда вам следовало дождаться доказательств, а не сообщать мне, что я могла сама устроить катастрофу.
— Я не утверждал этого.
— Нет. Вы просто заставили меня снова оправдываться, — ответила я, сжав гордость в кулак. — А потом прислали браслет.
Он открыл рот, но ничего не сказал. Я кивнула на коробку.
— Я хотел загладить неприятное впечатление от разговора. Но вы отказываетесь?
— Потому что это не извинение. Это подарок. Но не слова, которые мне важно было услышать.
Его брови нахмурились.
— Я не говорил, что это извинение.
— Именно.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга. В воздухе висело напряжение, плотное, как перед грозой.
— Вы хотите, чтобы я извинился? — спросил он.
— Нет. Ни к чему. Вы сказали то, о чём вы думаете. Я не собираюсь требовать от вас нужных слов. Извинения, которые приходится вытаскивать силой, ничего не стоят.
Ответ вырвался быстрее, чем я успела подумать. Он явно ожидал другого. Ожидал, что я потребую слов, чтобы потом использовать их как оружие.
— Тогда чего вы хотите?
Вот он. Тот самый вопрос. Руаль привык, что каждый человек чего-то хочет. Денег. Титула. Защиты. Брака. Драгоценностей. Возможности приблизиться к нему. Желание можно оценить. Условие — внести в договор. Проблему — оплатить.
— Ничего, — сказала я.
— Это неправда.
— Почему?
— Потому что вы явно недовольны! — вспылил он, теряя над собой контроль.
— Моё недовольство не означает, что вы обязаны его исправлять.
— Но браслет вы не принимаете. И объяснять, что могло бы исправить ситуацию, отказываетесь! — зарычал герцог, глядя на коробку.
Он замолчал. Я продолжила, глядя ему прямо в глаза.
— Вы считали меня лгуньей. Потом выяснили, что доказательств нет. Вам стало неловко, и вы решили прислать украшение. Я всё поняла. Но мне не нужен браслет.
— Большинство женщин…
Он осекся. Я всё-таки улыбнулась.
— Любят бриллианты? — закончила я за него. Руаль поджал губы. — Они являются общепринятым подарком. И я уверена, что ещё ни одна женщина не отказалась от ваших подарков. Поэтому отправьте браслет Глории. Она точно будет рада.
Имя вырвалось само. Я тут же пожалела. Но Руаль не отвёл взгляда. Герцог поджал губы.
— Это украшение выбрано для вас.
— Вы даже не знаете, какие украшения я люблю, — поморщилась я.
— Я выбрал то, которое не будет мешать вам лежать.