Страница 59 из 73
Бонус. Лидия и Дмитрий. "Без требований"
В мастерской было тихо: Пётр уже ушёл, Джун дописывал отчёт в углу, а Кристина тихо напевала себе под нос, убирая катушки на полку. Лидия сидела за своим столом, склонившись над схемой, и пыталась заставить себя сосредоточиться, но цифры сливались в одну серую полосу. День выдался тяжёлый, а самое неприятное — она сама допустила ошибку в расчётах, и все это заметили. Ей хотелось просто исчезнуть на пять минут и не видеть ничьих взглядов.
Дмитрий подошёл не спеша, поставил перед ней кружку — не чая, а горячего бульона, как она любила после выматывающих выездов.
— Не надо, — пробормотала Лидия, не поднимая глаз. — Я не хочу, чтобы ты меня жалел.
Он не стал спорить, просто сел на край стола напротив, не слишком близко, и спокойно сказал:
— Я не жалею. Я просто знаю, что когда ты злишься на себя, бульон помогает чуть раньше, чем чай.
Она наконец подняла глаза. Хотела сказать что-то резкое, чтобы он ушёл и не видел её такой — усталой и уязвимой. Но в его взгляде не было ни торжества, ни снисхождения. Только тишина и готовность просто посидеть рядом.
— Сегодня я ошиблась, — глухо призналась она. — Прямо на глазах у всех. И теперь мне кажется, что все думают: «Лидия сдала».
Дмитрий чуть наклонил голову, будто взвешивая слова:
— Знаешь, я сегодня тоже кое‑что пропустил. В журнале не отметил один скачок фона. Если бы Серая не перепроверила, мы могли бы неверно оценить остаточное напряжение.
Лидия нахмурилась:
— Зачем ты мне это говоришь? Чтобы мне стало легче?
— Нет. Чтобы ты поняла: мы все ошибаемся. И дело не в том, кто ошибся, а в том, что мы это заметили и поправили. Это и есть команда.
Она помолчала, потом тихо спросила:
— А если я снова ошибусь?
Он пожал плечами:
— Тогда мы снова поправим. И я не стану смотреть на тебя иначе. Для меня ты по‑прежнему тот человек, который держит эту мастерскую. Не потому, что никогда не ошибается, а потому, что, когда ошибается, первым это признаёт и первым же всё чинит.
Лидия вдруг почувствовала, как напряжение, стягивавшее плечи весь день, чуть ослабло.
— Спасибо, — прошептала она. — За бульон. И за то, что не делаешь из этого драмы.
Дмитрий улыбнулся уголком рта:
— Драмы тут и так хватает. Дом, который плачет, артефакты, которые норовят сорваться… Мне вполне хватает этого. А дома я хочу просто сидеть и знать, что рядом есть кто‑то, кто не требует быть идеальной.
Она впервые позволила себе чуть расслабиться и даже слабо улыбнулась:
— Ты странный напарник.
— Зато надёжный.
И в этот момент Лидия поняла: именно в этом и была его сила. Он не пытался её спасти, не пытался доказать, что он лучше, не требовал ничего взамен. Он просто был рядом — и этого оказалось достаточно, чтобы она перестала чувствовать себя одинокой в своей ответственности.
Кристина, проходя мимо, тихонько поставила на стол тарелку с тёплыми булочками и шепнула:
— Держите. После тяжёлого дня без сладкого нельзя.
Джун хмыкнул из угла:
— Только не ешьте всё. Я тоже устал.
Пётр, уже в дверях, обернулся:
— Завтра снова выезд. Так что отдыхайте. Но не слишком долго.
Когда все разошлись, в мастерской стало совсем тихо. Лидия допила бульон и посмотрела на Дмитрия:
— Ты можешь не уходить? Посиди ещё немного. Просто… чтобы тут не становилось слишком пусто.
Он кивнул, подвинул стул и сел рядом, не нарушая тишины.
— Могу. И даже не буду ничего советовать.
Она улыбнулась, уже почти искренне:
— Это самое ценное.