Страница 36 из 100
Развернувшись у него на коленях, я устроилась на нем задом наперед, направляя свое тело лицом непосредственно к запертому Альфи. Перехватив руку Петроса, я уверенно направила его пальцы под подол своего платья, попутно полностью стягивая с себя кружевные трусики. Небрежно отбросив этот предмет белья на пол, я шире раздвинула ноги в тот самый момент, когда его пальцы плавно скользнули по моему набухшему клитору. Крупная дрожь мгновенно пронеслась по телу от этого мягкого и нежного прикосновения. Было бы откровенной ложью заявить, будто я никогда раньше не представляла себе этот момент, где Петрос нежно сжимает меня в своих объятиях и ласкает. Во время своего пребывания в плену у последнего мучителя я частенько уходила в чертоги собственного разума, мысленно воображая, будто это именно Петрос пользуется моим делом, чтобы сделать ту страшную реальность хоть чуточку более выносимой. В своих тайных фантазиях я заставляла его вытворять со мной тысячи самых немыслимых и порочных вещей. На протяжении долгих лет рабства я бесчисленное количество раз грезила о том, как мы вместе сбежим на край света, но когда это наконец произошло, он никогда не проявлял ни малейшего интереса к интимным отношениям со мной.
То, как его пальцы сейчас неторопливо гладили мой клитор, заставило томный стон сорваться с моих губ, ведь каждое движение его руки было невероятно медленным и ласковым. Но мне сейчас требовалось нечто совершенно иное. Вопреки всей той боли, которую я перенесла в прошлом, я все еще жаждала этого. Жаждала, чтобы кто-то был со мной грубым. Жаждала боли и унижения. Но Петрос явно не был тем мужчиной, который мог бы дать мне подобное. Ему нужна была нормальная спутница жизни, у которой не было бы так сильно искалечено сознание. Женщина, которая не грезит по ночам о том, как ее прижимают к постели и до хрипоты сжимают горло, пока ее собственные пальцы ласкают киску под одеялом. Ему нужна была милая и нежная особа, которая не занимается выпуском мужских кишок ради пропитания.
Вскинув голову, я встретилась глазами с Альфи. Его потяжелевший взгляд буквально выжигал меня изнутри. Головка его налившегося члена приобрела практически багровый оттенок, пока сам он в полном отчаянии продолжал совершать хаотичные толчки в воздухе, изнывая от невозможности прикоснуться к нам. От этого зрелища все мое нутро сладостно затрепетало. Петрос уверенно протиснул два пальца глубоко внутрь моей киски, и в тишине комнаты раздался отчетливый, влажный шлепок от того, насколько сильно я успела промокнуть от возбуждения. Осознание того, что за нами пристально наблюдают, казалось чем-то запретным и невероятно грязным. Тот факт, что взрослый мужчина заперт в железной клетке и вынужден наблюдать за тем, как я получаю наслаждение с другим, испытывая при этом дикую эрекцию от собственных мучений, заставлял мои бедра судорожно дрожать.
Ритмично двигая тазом, я отчетливо ощутила, как член Петроса под моим бедром становится все более твердым и горячим, что только подстегивало меня еще быстрее гнаться за вожделенной разрядкой. Мое дыхание стало совсем прерывистым, а сладкое напряжение между ног стремительно нарастало. Опустив руку вниз, я плотно прижала ладонь Петроса к своему пульсирующему клитору, начиная неистово втираться в его пальцы, упрямо продолжая удерживать дикий взгляд Альфи.
— Пожалуйста, — одними губами беззвучно умолял меня пленник, пока сильные мышцы на его покрытых татуировками руках до предела напрягались под весом стальных наручников, приковывавших его к решетке.
Его крайняя степень отчаяния стала финальным триггером, который окончательно столкнул меня в бездну наслаждения. Моя киска судорожно сжалась вокруг пальцев Петроса, пока его вторая рука крепко обхватила мою талию, фиксируя тело на месте.
— О боже, — сорвался с моих губ громкий стон, когда он принялся быстрыми, поршневыми движениями пальцев трахать меня изнутри.
Мои щеки мгновенно вспыхнули от прилива жара, стоило глухому, мучительному стону Альфи разнестись из другого конца помещения. Парень умудрился как-то неестественно вывернуть свое тело и теперь в полном исступлении терся самым кончиком своего налитого члена о жесткие железные прутья клетки. Это было поистине жалкое зрелище. Но почему, черт возьми, именно этот позорный факт заставлял мой оргазм накатывать с еще более сокрушительной, безумной силой?
Мой пульс бился в совершенно сумасшедшем, хаотичном ритме, когда я наконец слезла с колен Петроса и повернулась к нему лицом, одарив мужчину широкой улыбкой.
— Это было просто великолепно, премного благодарна тебе за помощь. Ты только посмотри на этого извращенца.
Петрос удивленно нахмурил брови, после чего плавно перевел взгляд через мое плечо туда, где на матрасе распластался тяжело дышащий Альфи. Складывалось полное впечатление, что громила за время нашего процесса вообще напрочь позабыл о существовании пленника в комнате.
— Будь добр, закрепи на нем цепи так, чтобы он не смог получить облегчение. А мне нужно пойти и привести себя в порядок.
Я принялась торопливо поправлять подол своего измятого платья, пока между нами воцарилась внезапная, удушливая неловкость. Я загнала это неприятное чувство как можно глубже в чертоги своего разума.
Все это было продиктовано исключительно суровой рабочей необходимостью.