Бэд бой

Игнат толкнул дверь кабинета.

— Заходи.

Я вошла внутрь.

И сразу увидела его.

Дамир сидел в кресле у панорамного окна, закинув ногу на ногу. На столе — бутылка виски, пепельница и два стакана.

Пиджак он снял.

Рукава рубашки закатал до локтей.

Черно-белые татуировки оплетали сильные предплечья, уходя под ткань.

Опасный.

Слишком красивый для человека вроде него.

И именно это бесило сильнее всего.

— Садись, — спокойно сказал он.

Я осталась стоять.

Его взгляд медленно поднялся на меня. Тяжелый. Давящий.

— Не заставляй меня повторять дважды.

Я села.

Осторожно… на самый край.

Он плеснул виски в оба стакана и один подвинул ко мне.

— Пей.

— Не хочу.

— А я не спрашивал.

Пришлось взять стакан.

Алкоголь обжег горло.

Дамир наблюдал за мной так внимательно, будто изучал каждую эмоцию.

— Рассказывай про брата.

— Я ничего не знаю.

— Врешь.

— Нет.

Он усмехнулся уголком губ.

— Все сестры говорят одно и то же.

— Потому что это правда.

Несколько секунд он молчал.

А потом резко встал.

Я напряглась мгновенно.

Дамир медленно обошел стол и остановился рядом.

Слишком близко.

Я чувствовала запах его парфюма, табака и виски.

— Твой брат меня предал, Мия, — спокойно произнес он. — Из-за него я потерял деньги. Людей. Время. А я ненавижу что-то терять.

Он наклонился ближе.

Мое сердце пропустило удар.

— Поэтому теперь ты здесь.

— Я не имею к этому отношения.

— Имеешь, — отрезал Дамир. — Ты его слабое место.

— У Максима нет слабых мест кроме него самого.

Дамир вдруг рассмеялся. Не громко, но от этого смеша меня пробило ледяным ознобом.

— Может быть. Но ты все равно останешься здесь.

Его пальцы коснулись моего подбородка. Медленно. Нежно… но так опасно.

По коже тут же побежали мурашки.

Я ненавидела собственное тело за эту реакцию.

— Ненавижу тебя, — выдохнула, сжимаясь.

— Знаю.

Большой палец скользнул по моей нижней губе. Надавил.

У меня сбилось дыхание. Почувствовала как губы горят, будто к ним прикоснулось каленое железо.

— И это самое интересное, — хрипло выдохнул.

Я должна была оттолкнуть его.

Ударить.

Закричать.

Но вместо этого сидела неподвижно, словно загипнотизированная его взглядом.

Темным.

Голодным.

Разрушающим.

— Ты боишься меня, Мия?

— Да.

— Хорошо.

С одобрением улыбнулся. От этой улыбке и интонации в его голосе — внутри все перевернулось.

Дамир отпустил мое лицо и сделал шаг назад.

Свободного воздуха вдруг стало больше, но легче не стало.

— Иди спать. Завтра будет тяжелый день.

Я вскочила так резко, что стул скрипнул по полу.

Он смотрел мне вслед с едва заметной усмешкой.

Хищник, который никуда не спешит.

Потому что добыча уже в клетке.

Я вышла в коридор на ватных ногах и только там поняла, что дрожу.

Губы все еще горели от его прикосновения.

И это пугало сильнее всего.

Потому что страх — это нормально.

Ненависть — тоже.

Но то странное темное чувство, которое зарождалось где-то глубоко внутри меня рядом с Дамиром Алиевым…

Оно было гораздо опаснее.