Страница 196 из 349
, отмечает, что они делали с Джеймисоном одно дело, но делали по-разному. В то время как Андерсон включил в свой «нарратив» разных марксистов, даже тех, кто был антигегельянцем, Джеймисон описывал именно «гегельянскую традицию» (этим объясняется то, что Антонио Грамши стал ключевым автором для Андерсона и остался «слепым пятном» для Джеймисона), которая в его мечтах, как пишет Андерсон, должна была воспитать американскую литературную критику. Фактически здесь в окончательной форме сложился метод Джеймисона — диалектическая критика. Необходимо добавить, что, хотя Сартр и был любимым автором как Джеймисона, так и Андерсона, он имел одну черту, которая отвращала от него их обоих, — нерефлексивный западный антикоммунизм эпохи холодной войны
[174]
[Anderson P. Fredric Jameson, 1934–2024. См.: https://newleftreview.org/issues/ii149/articles/perry-anderson-fredric-jameson-1934-2024.]
.
Затем была «Тюрьма языка» (1972)
[175]
[Jameson F. The Prison-House of Language. Op. cit.]
, задуманная как часть «Марксизма и формы». В 1976 году Джеймисон был принят на работу в Йельский университет, с которым уже имел дела. Здесь была написана книга «Политическое бессознательное» (1981)
[176]
[Jameson F. The Political Unconscious. Op. cit.]
. В этих сочинениях Джеймисон обратился к лингвистическому повороту в литературе и философии, концепции желания и национальной аллегории, проблеме интерпретации. В данных текстах уже отражается и переосмысливается континентальная — преимущественно французская — теория, ставшая законодательницей интеллектуальных мод в США. К этому сюжету мы еще вернемся, а пока скажем, что «…здесь Джеймисон выполнил задачу переводчика, перенося эти иностранные идеи через лингвистические, философские и исторические барьеры и делая их доступными для использования на новых берегах»
[177]
[Tally R. Fredric Jameson, 1934–. Op. cit.]
.
В «Политическом бессознательном» Джеймисон задается целью раскрыть то «невидимое или подавленное историческое измерение как пережитого опыта, так и репрезентаций реальности в литературных и культурных текстах»
[178]
[Ibid. P. 320.]
. Здесь он активно и много обращается к еще одному французскому марксисту, Луи Альтюссеру, что характерно — антигегельянцу
[179]
[Стивен Бест считает, что Сартр, Лукач и Альтюссер — ключевые ориентиры в плане марксистской методологии, и называет их «Марксистский триумвират Джеймисона». См.: Best S. Jameson, Totality, and the Poststructuralist Critique // Postmodernism / Jameson / Critique / ed. D. Kellner. Washington: Maiso
. Альтюссер помог Джеймисону сформулировать одно из главных его открытий — открытие нарратива, идея которого будет использована по отношению к пониманию истории. В начале книги Джеймисон писал: «Говоря об истории литературы сегодня, мы можем заметить, что ее задача согласуется с задачей, предложенной Луи Альтюссером для историографии в целом: не разрабатывать некий достигнутый и реалистичный симулякр своего предполагаемого объекта, а скорее „создавать“ его „концепцию“»
[180]
[Jameson F. The Political Unconscious. Op. cit. P. 12.]
. Джеймисон ясно сформулировал трудность понимания истории. Проблема состояла в том, что история не может быть пережита и даже понята сама по себе. Ее можно понять только путем нарративизации: «…история — это
не
текст, не нарратив, не господствующий нарратив или что-то ещё, но то, что, как отсутствующая причина, она недоступна нам кроме как в текстовой форме и что наш подход к ней и к самому Реальному обязательно проходит через ее предварительную текстуализацию, ее нарративизацию в политическом бессознательном»
[181]
[Ibid. P. 35.]
. Нарративизируя историю, литературный критик может увидеть утопическую альтернативу — еще одна тема, которая станет лейтмотивом творчества Джеймисона.
Все эти книги, и «Политическое бессознательное» особенно, сделали Фредрика Джеймисона одним из самых влиятельных марксистских критиков. В 1982 году журнал
Diacritics
посвятил специальный выпуск «Политическому бессознательному»
[182]
[Diacritics. 1982. Vol. 12. № 3. Autumn.]
. В 1985 году в «Биографическом словаре неомарксизма» Джеймисон занял почетное место, и автор статьи писал про него следующее: «В пяти книгах и многочисленных статьях Джеймисон продемонстрировал, что марксизм обладает достаточно мощным единством знания, чтобы конкурировать с другими американскими философиями, и тем самым обеспечил значимое присутствие марксизма в интеллектуальном плане»
[183]
[Plater W. Fredric Jameson // Biographical Dictionary of Neo-Marxism / ed. R. A. Gorman R. A. Westport: Greenwood Press, 1985. P. 219.]
. Но это журнал и биографическая статья. В 1984 году про Джеймисона вышла книга — исследование Уильяма К. Доулинга «Джеймисон, Альтюссер, Маркс. Введение в политическое бессознательное»
[184]
[Dowling W. C. Jameson, Althusser, Marx. An Introduction to The Political Unconscious. Ithaca: Cornell University Press, 1984.]
. Всё это было до того, как Джеймисон предложил свою теорию постмодернизма, которая сделала его одним из главных мыслителей ХХ столетия (это уже четвертый раз, когда я напрасно использовал слово). Хотя «Биографический словарь неомарксизма» вышел в 1985 году, а эссе «Постмодернизм, или Культурная логика позднего капитализма» появилось в 1984-м, автор словарной статьи еще не был знаком с новой концепцией и восхвалял Джеймисона за предшествующие заслуги перед марксизмом.