Страница 86 из 218
Глава 29. "Отдай филактерию!"
Обе ведьмы вошли в кухню, шурша черными шелками. Обе, похоже, уже намаялись снаружи, где для них не было ничего стоящего внимания, и обе они только и ждали, когда их позовут. Обе попали в поле зрения Раэ, и тот сразу определил, кто из них мейден Юлан, а кто барышня Нанни. У новоприбывших ведьм были вызывающе непокрыты головы, распущенные волосы разделены на пробор и уложены по плечам. Аспидноволосая Юлан только скользнула взглядом по стене, в которую была встроена панель ледника, а Раэ показалось, что его проткнули тяжелым проницательным взглядом из-под густо насурьмленных черным век. Не хотелось бы ей смотреть прямо в лицо. Да уж, есть ведьмы гаже Мурчин. Барышня Нанни была нежненькая, миниатюрная, светлокудрая, эдакая мышка при мейден Юлан и магистре. И, похоже, чувствовала себя между двумя этими колдунами отлично из-за того, что оба не воспринимали ее всерьез, но нуждались в компаньонке, которая всегда будет ими восхищаться, вертеться между ними, как вьюн, и выполнять мелкие поручения.
Мейден Юлан тотчас встала за спиной Ретеваро, положила ему локоть на плечо, всем видом давая понять Мурчин кто тут с кем оно целое.
— Ну, что ей показать? — спросила она, поведя лаково-черными губами, глядя в никуда над головой Мурчин, — чего такого ей хочется увидеть?
— Юлан, мне Мурчин не верит, — сказал колдун своей мейден, чуть подняв голову ей навстречу.
— И чему она не верит? — усмехнулась черноволосая ведьма, явно насмешничая над тем, что какое-то пустое место под названием Мурчин может еще как-то себя проявлять, да еще каким-то там неверием магистру.
— Да вот не верит и все, что Султарни ее ищет.
— Может быть, ей дождаться, когда он сам ее найдет? Тогда и поверит.
— Мурчин, все очень серьезно, — тихо проговорила мышка Нанни так, что ее было едва-едва, но слышно.
— Думаю, убедить ее пораньше, ну-ка, покажи ей доказательства..
— Это ж какие? При мне их нет.
— Но ты их все-таки предоставь, уж будь послушной мейден, голубушка.
— Как скажешь, — пожала плечами Юлан, подступилась к разбитому окну, немного помялась, явно показывая, что штабеля стекла и досок ей мешают, а она к такому кавардаку не привыкла, затем одним движением руки.. заставила штабель досок обрушится и сместится с дровяным оглушительным треском в сторону! Открылся обзор помрачневшего неба — за считанные минуты погода испортилась и из солнечной превратилась в пасмурную.
— Как внезапно собралась гроза, — нарочито обыденно сказала ведьма и вытянула руку в выбитое окно.
— Спасибо, что попросили разрешения колдовать в чуждой Кнее, — язвительно сказала Мурчин.
— Было бы у кого спрашивать, — не оборачиваясь сказала Юлан.
— Ты по-прежнему думаешь, что я соглашусь пойти в твой ковен? — усмехнулась Мурчин, обращаясь к Рете, — после всего того, что я слышу?
— А у тебя есть выбор? — спросила все так же не оборачиваясь Юлан, — скажи спасибо, что магистр еще как-то с тобой пытается говорить. Я бы тебе ничего не стала объяснять..
— Юлан, хватит, ты перегибаешь палку, — сказал Рете, — она наша будущая сестра!
— Юлан так шутит, — вставила тихонько слово Нанни.
— Вот пусть и привыкает, — сказала Юлан, — у меня не забалует.
Раздалось карканье и хлопанье крыльев. На протянутую руку ведьмы тяжело села черная ворона, искрящяяся едва ли не зеркально-гладким оперением, с перекрученным и растрепанным свитком в клюве. Юлан вытащила у него из клюва бумагу, не глядя бросила ее на стол перед господином и отпустила ворона.
— Думаю, этого должно быть достаточно для.. нашей будущей.. сестры, — сказала она.
— А теперь выйдите обе, — сурово велел колдун. Нанни припустила поспешно, Юлан чуть помедлила, чтобы показать, будто это ее выбор — покинуть это место, недостойное ее пребывания.
— Что, не можешь справиться со своей мейден? — пропела Мурчин, когда каблуки обеих ведьм опять застучали по крыльцу, — она себе позволяет то, за что ты не сможешь ответить?
— Тебе сейчас должно быть не до Юлан.
— А тебя сейчас это должно заботить первым делом, — сказала Мурчин, — мейден Ронда вела себя точно так же перед тем, как наш ковен схватился за ножи. И знаешь, я виню не ее, а того, кто ее распустил и дал слишком много власти.
Колдун ловко перехватил ручку Мурчин и заглянул ей в глаза:
— Я выслушаю твои советы, звездочка, обязательно выслушаю. Но тогда, когда ты будешь в моем ковене. А сейчас подумай-ка лучше о себе.
И он придвинул к Мурчин свиток закрутившийся на столе.
— Мокрый, — сказала она.
— Да, возможно, в Аве сейчас идет дождь, ворона его сорвала с площадного столба объявлений.
Ведьма все медлила взять в руки свиток. Может, нарочно раздражая колдуна.
— Кстати, о почтовой вороне.. Может, хватит пользоваться моей ошибкой? Я очень жалею, что тогда тебе ее подарила. Впрочем, как и портал. Времена, когда я стояла на крыше и ждала ее прилета — прошли. И тут ты начинаешь засыпать меня письмами.. как ты мог догадаться, я ни одного не прочла. Все отправила в жаровню. Уничтожь эту ворону, а? А то ты меня ею задолбал!
Ах вот, значит, от кого почтовая ворона приносила письма с цветком гардении!
— Как видишь, я очень настойчив, звездочка. Ты не принимала моих писем, и мне пришлось явиться самому.. прочти уж теперь на этот раз то, что она принесла..
— НУ, если ты после этого от меня отстанешь..
И ведьма подгребла к себе свиток.
Мурчин читала, Рете следил за выражением ее лица, Раэ обмирал от смеси любопытства и страха. И вот надо было ему в наступившей тишине повести плечом да так, что лязгнул крючок, на который был повешен окорок. Колдун тотчас обернулся на звук, ведьма его отвлекла возгласом:
— А что ж так мало? За мою-то голову? Султарни вроде как богат.
— Так ты теперь веришь, что убила его сына среди этих пятерых?
— Ну, может, и убила, — сказала Мурчин, откидывая бумажонку на стол, — может, и сына.. ну.. спасибо за предупреждение. Прости, что чаю не предлагаю. Переждать дождь тоже..
— Ты внимательно читала то, что там написано? На похоронах Раэ Наура-Олмар был весь город и вся Цитадель!И все, все прочли это объявление!
"На моих.. на моих похоронах?" — потрясенно подумал охотник, — аж весь город и вся Цитадель? Меня хоронили всем миром?"
Раэ опять звякнул крючком от окорока, потому, что его теперь потряхивало не только от холода. Надо стиснуть зубы, а то скоро до колдуна донесется их стук.. Его хоронили! Рете опять глянул в сторону панели на стене и явно сообразил, что металлический лязг доносился из ледника. Ну, может, решил, что там сидит всего лишь бука.