Страница 210 из 218
— О, это то, чему вас учат в Цитадели! Истина есть, но она не вашего ума дело! Вы — ничтожества, которым не дано постичь истину, а она якобы есть, и она непостижима! Но она при этом есть. И определяет мораль! А на самом деле ее нет, мой Фере, вот и все. Все так просто.
Раэ опять осторожно пожал плечами и опустил глаза в текст книги, чтобы плавно уклониться от дальнейшего разговора. Как раз сейчас сильфы решили ей подщипать брови.. Больно же будет!
— Не веришь? — нисколько не обращая на сильфов внимания продолжала Мурчин, — Будь истина непостижима, в ней не было бы никакого проку. Не больше, чем от завалящей калоши в кладовке, которой никто не воспользуется.. Будь она, эта истина, мы бы ее постигли умом. И конечно величайшие умы уж точно. Так что нет ее, Фере. И морали не существует. Есть только очень удобный кодекс Цитадели, удобный для тех, кто тебя вырастил для того, чтобы ты стал уничтожителем колоссов, а затем смешал себя с гумусом. Ну, Фере, подними на меня свои глазки и признай, что истины — нет..
— Возможно, я тебе польщу и душеньку твою умаслю..
— Опять ты про душу!
— Извини, забыл, что у тебя ее нет.. Не цепляйся к словам.. Я тебе сейчас приятное скажу. Про людское несовершенство. Ты ж про него мне с утра до ночи твердишь.. Так вот, истина не может быть постигнута умом людей. Сама говорила, что люди несовершенны и ум их несовершенен. Мы не можем точно, истинно мыслить ни о чем на свете. Мы можем лишь с некоторой вероятностью.. Нет, истина есть, да умом нам ее не постичь.
— Ах, есть. Ну-ну.. А чем тогда ее постичь раз не умом, твою непостижимую истину? Левой пяткой?
— Правильной жизнью. Я сказал — умом не постичь и отклонился с некоторой лживостью от правды. Одним лишь умом не постичь. Человек — не только ходячая холодная голова.
— Голова должна преобладать.
— Большая-пребольшая голова? Уродство.
Про себя Раэ еще припомнил сцены и вспышки ярости, которые ему устраивала Мурчин. Да уж, вот прямо голова у нее только при этом и преобладала. Ну-ну..
— Уродство? Цель мироздания! — воскликнула Мурчин.
— Как ты постигнешь добро и зло одной лишь головой?
— Если не постигнешь головой, значит, нет добра и зла, — твердо сказала ведьма, — все относительно. Нет основных законов, ценностей, ограничений.
— Что хочу, то — творю? Даже несправедливость?
— Именно. Я — превыше всего. Я — определяю, что справедливо, а что нет.
— А я могу определять?
— Нет.
— А почему?
— Потому, что я сильнее тебя.
— Так значит, право сильного? Все к этому свелось? А если у твоего сильного вообще нет ума?
— У меня-то ума нет? Ха! У меня он есть! Умный и внутренне свободный найдет возможность стать сильным. А вот дурак никогда не выйдет из клетки глупых человеческих законов. Будет жалеть альвов поштучно.
— И куда ты денешь сострадание, которое есть у человека?
— Опять ты за свое! Ну неужели книги, которые я тебя заставляю читать, для тебя как с гуся вода? Нет сострадания! Выдумка это.
Тут по Мурчин стало заметно, что она все-таки раздражается.
— Ты же мне обещала свободу суждений, — быстро проговорил Раэ, пока его не шибанули маленькой молнией или не притянули полстаи альвов из-за окна. Но Мурчин как-то справилась с раздражением, должно быть, не хотела мешать сильфам, которые ее подпудрили и подрумянили. Махнула рукой и отошла от Раэ.
— Да-да, быстро не получится, и легкой победы я не жду.. — сказала она себе самой, — Я жду всходов.. Но что-то же уже должно быть в твоей голове?.. Нет-нет, должно быть, я сейчас поторопила события.. Ты еще же не дочитал всю библиотеку. Только приступил.. Нет, ну что-то же должно уже быть в твоей голове!
Мурчин еще раз вздохнула, явно сдерживаясь, и явно сдерживаясь с трудом.
— Пойми, — мягким вкрадчивым голосом продолжила она, — человека ограничивают, обманывают. Говорят, что он несвободен. И запрещают стремиться к свободе. Он не пользуется десятой толикой возможного могущества.
«Вот как раз ты мне и не даешь свободы», — чуть не брякнул вслух Раэ, но все же сдержался и вместо этого сказал:
— Свободен тот, у кого нет могучего разума. Даже не могучего, а вообще никакого. Тогда иди куда хочешь — хоть в некрополь в полнолуние, ешь, что хочешь — хоть белые поганки с толченым стеклом, спи где хочешь — хоть на помойке. Только конченный тупица и свободен!
— Идиот! — выкрикнула Мурчин.
— Вот тебе и свобода суждений, моего свободного мнения она захотела!
— Это не твое мнение, придурок!
— А какое мое? Ты скажи, а то не знаю!