Страница 131 из 183
Глава сорок восьмая
— Пятьсот, — шепчу я.
Отсчитав ровно пятьсот секунд, я все же решаюсь покинуть свою камеру. Бежать страшно, но оставаться здесь — страшнее вдвойне. Кто знает, когда Женевьева сорвется и прикончит меня? Конечно, пока я нужна ей как рычаг давления на Завьера, однако у этой женщины явно не все дома, так что за ней станется. К тому же, кто помешает ей солгать ему? Она вполне могла бы разрубить меня на мелкие кусочки и завтра же пустить вниз по реке. Я не тешу себя иллюзиями: если не сбегу, живой мне отсюда не выбраться.
Остается лишь надеяться, что та кровь, которой я поила Валена, даст нам хоть какой-то шанс в бою. Без него мне не справиться.
Мое тело противится каждому движению, поскольку куски черствого хлеба и маленькие глотки воды едва ли могут придать ему сил. Мало того, мне самой бы не помешало переливание крови, ведь я уже еле стою на ногах. Когда я хвастаюсь за металлические прутья в попытке подняться, мои ноги дрожат, как у новорожденного жеребенка. Бесит, насколько упала моя выносливость после долгого заточения. Возвращение к тренировкам по боксу будет той еще задачкой. Прислонившись к металлической стене, я собираюсь остатки сил и мысленно подбадриваю себя, прежде чем сделать следующий шаг.
Мой требующий внимания вампир где-то снаружи ищет меня. Кто, если не я, убережет его от неприятностей? Он так же, как и я, может оказаться в ловушке. К тому же я нужна своему отцу. Давай, Селин, спасай положение. Ты на это способна.
Преисполнившись решимости, я приоткрываю дверь и тут же морщусь от ее скрипа. Понятия не имею, кто находится поблизости и что они могут услышать. Остается надеяться, что Женевьева уже свалила.
Развернувшись боком, я проскальзываю в проем, стараясь не издавать ни звука. Камера Валена пуста, но у стены я замечаю какой-то тряпичный сверток. Я мельком видела, как он держал его, когда думал, что я не смотрю. Не знаю, что внутри, но это явно что-то важное, так что я хватаю его и запихиваю в карман.
Мне приходится несколько раз останавливаться, пока я поднимаюсь по лестнице. За то время, что я здесь провела — каким бы долгим оно ни было — моя выносливость сошла на нет. Грустно осознавать, как быстро она улетучивается без постоянных тренировок. Меня злит, что придется снова вкалывать в зале, пока я не вернусь в прежнюю форму.
Уф. Вероятно, я окажусь прикована к постели, пока буду зализывать раны, а Завьер, разумеется, будет надо мной трястись.
Я пыхчу и хриплю, словно задыхающийся кит. Чем выше поднимаюсь, тем теплее становится воздух, и это приносит облегчение, но после стольких дней, проведенных в холоде, моя кожа отзывается покалыванием. Она онемела, и теперь возвращение чувствительности вызывает двоякие ощущения. Боже, я, наверное, просто ужасно выгляжу и пахну, да и мои волосы стали грязными и запутанными. Когда выберусь отсюда — а я выберусь и даже не рассматриваю иного исхода, — то приму самый долгий душ в истории.
Наверху лестницы показывается дверь, которая, похоже, не заперта. Тупые вампиры. Я очень осторожно толкаю ее и заглядываю в узкий просвет коридора. На первый взгляд здесь тихо и пусто, однако я не собираюсь терять бдительность.
Я проскальзываю внутрь и закрываю за собой дверь. Оказавшись в очередном коридоре — чуть менее затхлом и куда более современном, чем подземелье внизу, — я начинаю озираться. По обе стороны находятся двери, так что я выбираю ту, что справа.
Стараюсь ступать как можно тише, и чем ближе подхожу к двери, тем отчетливее слышу легкое жужжание. Приблизившись к месту, я снова медленно приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. К счастью, я угадываю с комнатой и нахожу Валена, привязанного к столу. Из его руки тянутся несколько трубок, выкачивающие кровь и прогоняющие ее через аппарат, из которого та поступает в пакеты.
Поскольку в коридоре пусто, я подхожу к нему, лежащему с закрытыми глазами. Сначала я даже не могу понять, в сознании он или нет.
— Вален, — шиплю так громко, как только могу.
Его глаза медленно распахиваются и расширяются, когда он замечает меня.
— Пора сматываться. Давай. — Я указываю большим пальцем за спину и принимаюсь отсоединять от него трубки. Хоть я и не медсестра, но сейчас это неважно. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.
После забора крови он выглядит несколько обессиленным, и я тут же бросаюсь к большому холодильнику в углу. Приятно удивившись, что не ошиблась, хватаю несколько емкостей с кровью и сую ему в руки. Вален без вопросов быстро опустошат их. Надеюсь, это была не его собственная кровь, что было бы как-то странно, но и явно не хуже, чем питаться кровью случайных людей.
Его раны от проколов заживают прямо у меня на глазах, и я в очередной раз убеждаюсь в том, насколько он сильнее меня. Надеюсь, когда мы выберемся, у нас будет шанс узнать друг друга получше, словно мы обычные друзья. Хотя, зная Зава, могу предположить, что он начнет ревновать и попытается взять все под свой контроль. Пожалуй, не стоит говорит ему, что Вален укусил меня раньше, чем это сделал он.
Должно быть, сейчас мы выглядим как чокнутая парочка: он — с длинными волосами, в обшарпанной одежде, с кровью, стекающей по подбородку и капающей на босые ноги, и я — бледная, покрытая грязью и кровью. Впрочем, я выгляжу не лучше него.
— Есть идеи, как отсюда выбраться? — шепчу я, выглядывая за дверь, чтобы узнать, не заметил ли кто-нибудь наших махинаций.
— Нет, — отзывается он, и его голос звучит бодрее, чем когда-либо. — Когда меня поднимают наверх, то сразу несут сюда, а потом возвращают обратно в камеру.
— Блять. Тогда будем действовать по обстоятельствам. — Глупо было надеяться на легкий исход, но пока все идет неплохо. — Пошли.
Вален хватает меня за руку и сжимает ее.
— Увидимся на той стороне, Селин.
Надеюсь, он имеет в виду не загробную жизнь.
Я лишь коротко киваю, собираясь с духом.
Мы выходим в коридор и почти добираемся до противоположного конца, когда дверь впереди распахивается. Вампир, вошедший в комнату, ошарашенно смотрит на нас, и я не успеваю даже моргнуть, когда Вален вырывает сердце из его груди и сносит ему голову с плеч.