Страница 6 из 62
Первым делом подхожу к окну в попытке понять, где мы находимся, однако в сумраке, кроме деревьев с пожелтевшими листьями, я ничего не вижу. Часов у меня нет, их наверняка сняли ещё там, на дороге, чтобы меня не отследили по новомодному умному устройству. Но, видимо, я не так долго и спала, если учитывать, что на улице только опускается вечер.
Разворачиваюсь, прислоняюсь поясницей к подоконнику и снова осматриваю комнату. Уютная, скромная и чужая, но определённо лучше, чем подвал. Взгляд цепляется за пакет на кровати, недолго думая, подхожу и открываю. Внутри оказывается новая одежда: две пары джинсов, самые обычные свитеры, носки и даже нижнее бельё, всё с бирками не самого дорогого бренда. Но это меня как раз не волнует, несмотря на то что я всю жизнь жила в люксе и мой гардероб дома состоит только из вещей от именитых дизайнеров.
Это статус, а не моё желание, меня особо не спрашивали, чего я хочу от этой жизни. Все годы моего существования учили, как себя вести, как жить и как расставлять приоритеты.
Интересно, кто покупал эту одежду? Ратмир сам выбирал бельё для меня? Комплекты скромные, никакого кружева, обычный хлопок, но всё равно меня смущает, что незнакомый парень покупал мне трусы.
Оставив все вещи на кровати, я поднимаюсь и подхожу к шкафу, но он оказывается пустым, за исключением ещё одной подушки и пледа. Наверное, на случай если гостю станет холодно. В принципе, комната пуста, кроме мебели и вышеперечисленного, ничего нет. И ещё одна дверь, не та, через которую я сюда пришла. С минуту я колеблюсь, но в итоге открываю и приятно удивляюсь, обнаружив за ней ванную комнату.
– Спасибо, что не придётся проситься в туалет, – говорю вслух и застываю перед зеркалом над раковиной.
Оттуда на меня смотрит незнакомка с растрёпанными волосами, запачканным лицом и в платье, покрытом пятнами. Такое ощущение, что я валялась в саже, ну или меня таскали по земле. Нет, в таком случае у меня болело бы тело, но кроме усталости, я ничего не чувствую.
Возвращаюсь в комнату и беру с кровати комплект белья, решив принять душ. В ванной есть мыло, шампунь, полотенце и даже халат.
Провожу под горячими струями воды не много, трудно расслабиться, когда в доме три незнакомых мужика. Я не могу знать, что у них на уме и какие на меня планы. Папа наверняка уже всех на уши поставил, но, что конкретно этому Ратмиру надо, мне неизвестно, как и на что он готов пойти, чтобы это получить.
Вытершись насухо, накидываю поверх нижнего белья халат, расчёсываю волосы пальцами, представив, что за гнездо будет утром на моей голове без фена. Но это меньшее из зол, завтра ведь может и не наступить.
– Господи! – вскрикиваю, едва выхожу из ванной комнаты.
– Я ближе к дьяволу, – ледяным тоном отвечает похититель, устроившись на стуле у рабочего стола.
Он и в самом деле выглядит как тот, кто может убить и даже не вспотеть. Высокий, широкий в плечах, с телом будто из камня. На руках рельеф, распухшие вены, татуировки… всё говорит о силе и о том, что он точно умеет её использовать. Лицо жёсткое, без намёка на мягкость, острые скулы, резкая челюсть, борода, как у воина. В глазах нет злобы или ярости, лишь ровное, опасное безразличие и холод. Взгляд человека, для которого твоя жизнь – вопрос времени, а не совести.
Он пугающе красив. Такой, на кого смотришь и не знаешь, хочется убежать или подойти ближе.
Парень в ответ проходится взглядом по мне с головы до босых ног, и я плотнее завязываю пояс халата. Хочется возмутиться, что он ворвался ко мне вот так бесцеремонно, но вспоминаю, что я пленница, и проглатываю своё негодование.
– Твой отец желает тебя услышать, – говорит, схватив со стола телефон. – Советую без глупостей, – бросает на меня предупредительный взгляд.
– И не планировала, – веду плечами и за свой ответ получаю очередной хмурый взгляд.
Что? Не нравится моя покорность? Ты ведь хотел, чтобы я вела себя хорошо.
Набрав номер, он включает громкую связь и знаком руки подзывает к себе, словно дрессированную собачку. Фыркнув, я остаюсь на месте, мне и отсюда прекрасно слышны гудки.
Зверев, которому идеально подходит эта фамилия, сжимает челюсти так, что желваки на лице играют. Но, увы, на меня это никак не действует. Я пленница, но не собака на привязи.