Страница 24 из 103
Глава 8
Следующие несколько дней прошли относительно спокойно: Феликс довольно уминал еду в виде консервированной утки, приправленной разными эмоциями, а Джессика ходила на занятия и увлеченно грызла гранит науки. Погода на улице стояла на редкость приятная для конца второй декады сентября: золотистое солнце мягко подсвечивало рельефы университетских корпусов, а легкий теплый ветерок поигрывал с сухими листьями на улице.
После инцидента с Элен слухи гуляли по университету еще несколько дней. Миллер могла просто идти к своему месту на лекции, но наглые шепотки студентов настигали ее всюду.
— Это она…
— Говорят, Сент-Клер до сих пор в истерике, стоит ей услышать фамилию Миллер…
— Как такая «скромница» могла сломать Элен?
Джессика не отвечала и шла, глядя строго перед собой. Внутри нее все сжималось от косых взглядов, но она смиренно терпела.
«Нужно просто переждать… Нужно просто переждать, и все забудется!» — успокаивала себя она, сверля взглядом учебник. Конечно, эмоции быстро улетучивались из-за присутствия рядом хвостатого отродья, но осадок все равно остался.
Масла в огонь подлили декан и его секретарь. В две пары глаз у себя в кабинете они смотрели на молодую ученицу, словно на редкое насекомое под микроскопом.
— Мы получили отчет из медцентра, — начал Гилберт, постукивая ручкой по столу. — Состояние мисс Сент-Клер крайне нестабильно. Она утверждает, что почувствовала… физическую боль и необъяснимый ужас во время вашего разговора. Что вы можете об этом сказать?
«Скажи, что у неё просто аллергия на правду», — ехидно прокомментировал Феликс, невидимым грузом повиснув на люстре прямо над головой декана.
Джессика сжала кулаки и подумала о теплом пожелании Лиама. Нужно набраться решимости, иначе ее здесь растопчут, как гадкого таракана.
— Я не прикасалась к ней, сэр. Она начала оскорблять мою семью, я защищалась ответным словом.
— Меня не интересуют ваши девичьи ссоры, — перебила её мисс Эдриан, сузив глаза. — Меня интересует, почему после вашего ответа у «железной» Элен случился припадок, который она не может объяснить. Вы ничего не хотите мне рассказать?
В это же мгновение на плече мисс Эдриан, прямо на дорогой ткани жакета, материализовалась крошечная черная лапа. Кот, оставаясь невидимым, видимо, решил «пошутить»: он начал медленно и аккуратно переставлять брошь-камею на лацкане женщины, поворачивая её вверх ногами.
Мисс Эдриан внезапно нахмурилась и поправила воротник, явно почувствовав странное шевеление, но ничего не увидела.
«Скажи ей, что у Элен просто совесть проснулась, — подсказал Феликс. — Это самая неправдоподобная версия, в неё точно поверят».
— Я не знаю, что с ней случилось, — твердо ответила Джессика, стараясь не смотреть на проделки кота. — Возможно, давление в университете слишком высоко даже для неё. Я просто студентка с академической скидкой на обучение, мисс Эдриан. У меня нет власти над чужим здоровьем.
Куратор еще долго молчала, внимательно изучая лицо Джесс. Брошь на её груди теперь висела совершенно криво, что придавало строгой женщине нелепый вид.
— Свободны, мисс Миллер.
После этого разговора Джессика наконец смогла выдохнуть.Сплетни в коридорах постепенно сошли на нет, а инцидент в столовой стал обрастать пылью. Жизнь понемногу налаживалась: теплые записки от Лиама и ароматная выпечка по вечерам стали её личным щитом против холодности здешних жителей. Стивен тоже всячески помогал ей бороться с хандрой — то какую-нибудь шутку украдкой рассказывал, то у него в кармане «случайно» оказывалась лишняя шоколадка… С каждым днем Джессика все сильнее ловила себя на мысли, что, несмотря на все предрассудки, ей нравится общество Лэнгфорда. И хотя вопрос с той черноволосой Клэр всё еще висел в воздухе невидимой тенью, она убеждала себя, что ей достаточно и просто дружбы. Лучше такие отношения, чем совсем никаких…
Но идиллия рассыпалась в один миг.
Миллер младшая шла к аудитории, погруженная в свои мысли, когда тишину коридора разрезал резкий, сочащийся ядом голос:
— Глядите-ка, наша «звезда» всё-таки снизошла до простых смертных.
Джессика замерла. У подножия парадной лестницы, в окружении своей неизменной свиты, стояла Элен. Она выглядела безупречно, словно и не было тех дней в больнице, а в её глазах пылал такой холодный огонь, что воздух вокруг, казалось, мгновенно остыл.
— Элен… — голос «домашней мышки» дрогнул в растерянности. — Ты уже вернулась?
— Как видишь. Надеюсь, ты не слишком сильно радовалась моему отсутствию? — Сент-Клер сделала шаг вперед, и толпа студентов вокруг них мгновенно затихла. — Знаешь, Джесс, я тут подумала… В твоем родном захолустье, наверное, принято выживать, подставляя подножки тем, кто выше тебя. Но здесь другие правила. И я позабочусь о том, чтобы ты их выучила.
«М-м-м, знакомый аромат, — прозвучал в голове ленивый голос Феликса. — От неё пахнет не силой, а отчаянием. Она так боится повторения того „припадка“, что готова напасть первой, лишь бы никто не заметил, как у неё дрожат коленки. Хочешь, я напомню ей, каков на вкус настоящий страх?»
— Нет, Феликс, — прошептала Джесс.
Элен прищурилась, заметив её странное движение губ.
— Что ты там бормочешь? Опять свои провинциальные заговоры? Послушай меня: не над той ты смеяться вздумала! Пара звонков куда надо — и ты не только из университета вылетишь, но и работу потом не найдешь, даже официанткой. Тебя даже уборщицей не возьмут! Твоя репутация сейчас стоит меньше, чем кофе в пластиковом стакане, а что станет потом…
Джессика почувствовала, как ее сверлят взглядом десятки пар глаз. Шепотки вспыхнули с новой силой, и в них уже не было сочувствия — только холодное любопытство. Ей казалось, что стены холла начинают давить, лишая кислорода…
Именно в этот момент из бокового коридора вышел Стивен. Он замер на секунду, оценивая обстановку, но увидев, как блондинка буквально вжимает Джессику в стену своим напором, медленно подошел к ним, засунув руки в карманы брюк. На его лице не было ни капли сочувствия к Элен — только легкая, почти ленивая скука, которая била по самолюбию больнее любого оскорбления.
— Какое громкое возвращение, Элен, — произнес он, остановившись ровно между девушками. — Я слышал твой голос еще у лифтов. Ты всегда так старательно кричишь, когда тебе нечего сказать по существу?
Элен осеклась. На ее светлом лице появился нездоровый румянец.
— Стив! Ты защищаешь её? После того, что она со мной сделала?