Страница 14 из 103
Глава 5
Лекция по основам конституционного права тянулась бесконечно. Встревоженная утренним разговором Джессика то и дело бросала взгляды на высокое окно аудитории, боясь увидеть там мелькнувшую черную тень. Но Феликс затаился. Лишь странное покалывание в затылке подсказывало: он рядом. Он слушает. И он голоден.
Странное поведение студентки не осталось без внимания профессора:
— Мисс Миллер, что-то случилось? Может вам плохо?
Джесс поднялась с места и сглотнула, почувствовав нарастающую тревогу, но через мгновение ощутила уже знакомый холодок и непривычное спокойствие.
— Простите, мистер Тэтчер, все хорошо. Просто мне показалось… будто за окном что-то пролетело… Я внимательно вас слушаю.
«Или проползло…» — ехидный голос Феликса в голове подтвердил ее догадки.
Этот хитрюга где-то здесь!
Профессор Тэтчер приспустил очки и окинул Джессику скептическим взглядом. В аудитории воцарилась та самая тишина, когда все замирают в ожидании чужого провала. Элен Сент-Клер довольно ухмыльнулась, предвкушая, как «домашнюю мышку» сейчас размажут по мраморному полу.
— Пролетело, значит? Надеюсь, это была птица мудрости, мисс Миллер, — Тэтчер медленно сложил руки на кафедре. — Раз уж вы так внимательны, ответьте: в чем заключается основной парадокс разделения властей в условиях чрезвычайного положения, согласно доктрине, которую мы обсуждали последние десять минут?
Джессика похолодела. Она действительно пропустила эти несколько минут, следя за тенями на потолке. Кто-то рядом лихорадочно зашуршал страницами учебника, пытаясь найти ответ и отвлечь профессора, но Тэтчер пресек это ледяным взглядом. Некоторые студенты едва слышно шептались, а кто-то даже хихикал.
«Мне конец…» — паника на душе девушки нарастала все сильнее, как сахарная вата наматывалась на палочку.
«Левая колонка, третья страница твоего блокнота, — прозвучал в голове ленивый, едва различимый шепот Феликса. — Там, где ты машинально начертила кружочки. Читай про ограничение прерогатив исполнительной власти. Живее, Миллер, от твоего стыда у меня скоро изжога начнется».
Джесс мельком глянула в тетрадь. Там действительно были записи из параграфа учебника, которые она переписала вчера себе «про запас».
— Основной парадокс в том, — начала она, — что в условиях чрезвычайного положения для защиты общества исполнительная власть вынуждена временно нарушать те самые законы, которые она защищает. Согласно доктрине Локка…
Она говорила четко, уверенно, чеканя каждое слово. Тэтчер медленно кивнул, и выражение его лица сменилось с подозрительного на умеренно-уважительное.
— Достаточно, мисс Миллер. Вижу, пролетающие мимо окна объекты не мешают вашему мыслительному процессу. Садитесь. Продолжим.
Джессика опустилась на место, чувствуя, как по спине стекает капелька пота. Кто-то из соседей по ряду незаметно показал ей большой палец.
«Не благодари, — Феликс материализовался на спинке стула профессора, прямо за его затылком, и издевательски облизнулся, глядя на Джесс. На удивление, никто в зале не обратил внимания на играющегося у кафедры кота. Неужели ему под силу становиться невидимым, будучи при этом материальным? — Но учти, за такие подсказки полагается двойная порция… эмоций. Вечером расскажешь мне что-нибудь по-настоящему страшное или постыдное. Я проголодался».
«Опять будешь съедать мои запасы еды?» — мысленно спросила Джесс.
«Возможно, но ты всегда можешь купить что-нибудь специально для меня» — промурлыкал демон и поиграл лапой с нижней пуговицей на пиджаке профессора.
Миллер уткнулась в тетрадь записать новые тезисы лекции, при этом она не прекращала думать о предложении Феликса. Раз это «хвостатое недоразумение» будет рядом какое-то время, можно и прикупить ему чего-нибудь. Миску, корм или что там еще для домашних животных нужно? Рискованно, конечно. Комендант если увидит при проверке, то точно выселит! С другой стороны, раз Фелинор может становиться невидимым, жить будет легче. По крайней мере, она на это надеялась…
Когда лекция закончилась, Джесс едва не вылетела из аудитории первой. Ей срочно захотелось на свежий воздух. К присутствию в университете чернохвостого исчадия так просто не привыкнешь.
— Джессика! Постой! — Стивен нагнал её в коридоре, ловко лавируя между студентами. Он выглядел помятым, словно не спал всю ночь, но улыбка всё равно была безупречной.
— Прости за вчерашнее. Я вернулся к бару примерно через минуту после того, как ты ушла. Элен рассказала… ну, в общем, она утверждает, что это была нелепая случайность. Но зная её, я в этом сильно сомневаюсь.
Джесс остановилась, крепче прижимая к себе сумку. Странное чувство… Вроде как нужно злиться на самовлюбленную блондинку, но она не испытывала ничего подобного. Видимо, Феликс постарался от души, ну или что там у демонов… А вот подарок отца жалко все-таки.
— Случайность или нет, платье безнадежно испорчено, — она старалась говорить ровно, но голос всё равно немного подвел. — Слушай, Стив… ты не знаешь, здесь есть хорошая химчистка? Я не хочу выкидывать эту вещь.
— О, не беспокойся об этом. Я пришлю тебе адрес сервиса, который выводит даже пятна от столетнего портвейна, — Стивен сделал шаг ближе, и его голос стал мягче. — Слушай, ты выглядишь… бледной. Тебе нездоровится?
— Немного переволновалась на лекции профессора Тэтчера. Может, из-за этого? — Миллер неловко замялась, вспомнив приключение на лекции и крошки от булочек.
— Здесь, скорее всего, что-то другое, — блондин окинул собеседницу изучающим взглядом. — Не знай я, что случилось вчера на вечеринке, то подумал бы, что ты перебрала с кое-чем покрепче.
— Нет, мне не до этого было, — мотнула головой Джесс. Не станет же она проводить взрослому и наверняка богатому человеку нравоучения о вреде для здоровья некоторых видов напитков. — Я просто чуть не проспала с непривычки и не успела позавтракать, вот и побледнела, наверное.
— Тогда идем. Здесь за углом работает отличный лаундж-холл для членов профсоюза и прочих важных «шишек» университета, но у меня есть пропуск. Кофе и сэндвичи за мой счет — в качестве компенсации за моральный ущерб и плохие манеры моих однокурсников.
Девушка хотела отмахнуться, мол, сама что-нибудь придумает, теми же булочками затарится, но в ее голове внезапно зазвучал ленивый голос Феликса: