Страница 60 из 95
Поначалу она, испугавшись, даже не поняла, кто это и где она. Она, отбежав от трупа и прислонившись к стене, начала кричать и звать кого-то на помощь — ей было плевать, кто именно придёт — Архаидэс, служанки или кто-то другой из детей. Лишь бы пришёл хоть кто-то. Ей было слишком страшно быть одной в этом месте. Но время шло, а никто так и не приходил. А потом она, нехотя, присмотрелась к тому, что осталось от мальчика, и всё поняла: тот демон, с которым она сражалась последним, — это и был этот мальчик… об этом говорили все его травмы. Следом же за этим она присмотрелась к его лицу и пришла в ужас… этот мальчик — он один из них — из тех, кто жил в том месте…
А она его убила…
Она упала на колени и заплакала, не в силах отвести от него взгляда.
Она сама не знает, сколько так прошло времени, но в какой-то момент её плеча коснулась чья-то рука. Она, подумав, что это кто-то из её знакомых, сразу же развернулась в поисках помощи и поддержки. Вот только… это оказался незнакомая ей взрослая полулюдка, одетая в доспехи и держащая в другой руке меч.
Поначалу она испугалась, но когда эта девушка, обняв её, сказала, что поможет ей, она почему-то, не раздумывая, очень быстро поверила. Вероятно, это из-за её лица, на котором отражалась грусть и… будто бы понимание, которое ей было сейчас столь необходимо.
А после… для неё всё словно в тумане: вот — она идёт за этой девушкой и высоким, темнокожим мужчиной по пятам; вот — они ведут её по незнакомым ей коридорам и проходам, где лежат трупы тех, кто были одеты, как наставница; вот — они покидают это место вместе с другими детьми, что выглядят столь же потеряно, как и она сама, и теми, кто одет так же, как и эти двое, а чуть позже она замечает, как какой-то парень несёт на плече того самого мальчика, и в её голове словно что-то щёлкает — к ней приходит осознание, что он мог погибнуть, мог бы оказаться на месте того, другого мальчика, и более она бы его никогда не увидела; и вот — она, которой уже всё рассказали и объяснили эти люди, сидит над ним и всё равно использует на него исцеляющую магию, в которой у неё наилучшие результаты, отлично понимая, чем жертвует — лишь бы он проснулся…
Когда же он очнулся… она не смогла сдержаться… она крепко-крепко обняла его, сама толком не понимая зачем и почему. Просто она словно чувствовала, что так надо, и ей от этого стало чуточку легче.
А дальше… дальше ему рассказали, что произошло и он очень сильно разозлился… вот только она не поняла, на кого именно он злился — то ли на этого странного златовласого парня, который его специально провоцировал, то ли на Архаидэс и других, то ли на то место….
Она не понимала, но видела, как ему плохо, и ей самой от этого становилось ещё хуже. А когда же речь зашла об убийствах… она не выдержала… перед её глазами всплыл тот мальчик, ещё будучи живым, а потом… он же, но уже в виде изуродованного ею трупа…
Она впервые в своей жизни закричала, желая выпалить всё, что в ней накопилось, но в какой-то момент, не успев осознать, она заснула. Проснулась же только утром, когда они уже были в повозках и ехали куда-то с этими людьми из Ордена Защитников, как они сами представились.
А всё, что ей захотелось в этот момент… это тепла.
Она подошла к этому парню и, не говоря и слова, улеглась на его колени, а он, так же не сказав и слова, начал гладить её по голове, как ранее это делали служанки, когда ей не спалось. И только после этого она обрела подобие спокойствие, которое было в том месте, что теперь для неё было не родным домом, а… одним сплошным обманом…