Страница 43 из 67
— Потому что сегодня против них выйдут не те, кто просто владеет деньгами, едой или фабриками. Сегодня против них выйдут те, кто владеет инструментами формирования мнения людей о деньгах, еде, фабриках и самой справедливости.
— Красиво сказано, — заметил Василий. — И тревожно.
— Хорошая пропаганда всегда начинается красиво.
Стадион встретил сборную Человечества громко, но в этом шуме уже была новая настороженность. Люди аплодировали, кричали имена игроков, но одновременно смотрели на огромные экраны, где перед матчем шли странные аналитические сюжеты о “растущей опасности радикального футбола”. Некоторые зрители свистели этим сюжетам, некоторые смеялись, а некоторые всё же читали бегущие строки слишком внимательно.
Потом из противоположного тоннеля вышла Сборная Крупных СМИ.
Она появилась не как обычная команда. Сначала вспыхнули камеры. Потом на газон легли полосы света, похожие на студийные прожекторы. Заиграла короткая торжественная музыка, слишком знакомая, будто её уже тысячу раз использовали в выпусках новостей. И только потом на поле вышли игроки.
Их форма была чёрно-серебристой, гладкой, дорогой и почти безликой. На груди у каждого сиял символ раскрытого глаза, внутри которого вращался маленький экран. Они улыбались так, будто уже знали, как будет называться завтрашняя статья о матче.
Впереди шёл их капитан — Ненависть. Высокий, резкий, с холодным лицом и глазами, которые искали не мяч, а слабое место в душе соперника. Рядом с ним двигались Скандал и Паника. Скандал махал трибунам, будто был любимцем публики, хотя его освистывали. Паника постоянно оглядывался, и от одного его вида людям становилось неспокойно.
За ними шли Алгоритм, Эксперт на зарплате и Блогер-миллионник. Алгоритм почти не моргал. Эксперт улыбался устало, как человек, который готов объяснить любую несправедливость правильными словами. Блогер-миллионник снимал собственный выход на маленькую камеру и одновременно посылал сердечки тем зрителям, которые его ненавидели.
Защитная линия выглядела особенно неприятно. Цензор, Редактор повестки, Фактчекер по заказу и Владелец платформы шли медленно и уверенно. Они не казались самыми сильными игроками, но от них исходило чувство закрытой двери. А последним вышел вратарь — Главный редактор реальности. Он был в белых перчатках, чёрной форме и с таким спокойным лицом, будто результат матча уже был написан, утверждён и отправлен в печать.
Василий понизил голос.
— На поле выходит Сборная Крупных СМИ. И, признаюсь, мне не нравится их уверенность.
Алисия смотрела на их капитана.
— Они уверены не потому, что умеют играть лучше. Они уверены потому, что привыкли объяснять любое поражение как победу.
Луис стоял у центра поля и смотрел на капитана соперников.
Ненависть улыбнулся ему.
— После сегодняшнего матча, — сказал он тихо, — люди будут помнить не то, что ты сделал. А то, что мы скажем, что ты сделал.
Луис не отвёл взгляда.
— Тогда нам придётся сыграть так, чтобы даже вы не смогли это испортить.
Наташа стояла у бровки. Змай поднял голову рядом с ней. Трибуны шумели. Камеры смотрели. Экраны мигали. Судья готовился к жеребьёвке.
И где-то в этом шуме, между правдой и её отражением, начинался матч против тех, кто умел заставить людей любить собственные цепи.