Страница 35 из 83
Он вспомнил недавнюю встречу на даче с Берией. Тот чем-то сильно недоволен и немного распустил язык. Хотя, казалось бы, что ему ерепениться? Бомбу взорвали, сейчас клепают одну за другой, ракетчики докладывают об успехах. Но Лаврентий Павлович мрачно вещал:
— Запомни мои слова, Георгий: Василевский после Кореи обязательно поднимется и эту бездарь Булганина подвинет. И за него Вася Сталин слово скажет.
Маленков осторожно поинтересовался:
— Настолько громкие успехи там?
— Не то слово! Скоро они американцам хребет окончательно сломают. Ты слышал о начавшемся наступлении китайцев на юге? Лю Шаоци начал давить Чан Кайши по всем фронтам. И это наверняка неспроста. Все эти месяцы они копили боеприпасы и получали от нас технику. Масштабы переброски поражают! Маршал ослабляет нашу армию ради китайской!
— Это плохо?
— Ну… — Берия отхлебнул вина. — Всё равно идёт перевооружение. Ведь оружие военного времени производится не самым лучшим качеством. Сейчас мы сможем заменить его, не торопясь, на более лучшую и надёжную версию. Опыт ведь накоплен колоссальный! Но в таких масштабах… Не слишком ли смелы генералы в расчётах? И хитрая лиса Панюшкин не зря снова переброшен именно туда. Он же знает в Китае каждую собаку! И с ним там считаются.
Маленков обидчиво поджал губы. Кураторство над Китаем обещано ему. Лаврентий это заметил и обидчиво засмеялся.
— Сплюнь, Георгий. Там такой кавардак, что тебе лишняя головная боль. Но это ещё не всё.
Недавний человек № 2 в партии также потянулся к вину. Лаврентий привёз хорошего из Грузии. И как нельзя кстати.
— Говори, не томи.
— Мне тут птички на хвосте принесли, что внешняя разведка и Комитет информации что-то химичат в Европе крупное. Курирует их сам Хозяин.
— И конечно же, Абакумов.
Маленков с тихим наслаждением наблюдал, как от злости втягивается лицо бывшего главы НКВД.
— Это шнырь в каждой бочке затычка!
— Не любишь ты его!
— Да дело не в этом, — поставленный со стуком бокал пролил немного красного вина на белоснежную скатерть. — Абакумов не идёт на контакт. Вроде тебе улыбается, помогает. Не смейся: некоторые его документы очень здорово нам подсунули в главном проекте. Мы на год раньше взорвали проклятую бомбу! Ракетчики скачут от свалившихся на их голову данных. И Хозяин знает, кто их добыл. Чуешь?
— Ну… он же разведкой занимается.
— И не только. Тебе не кажется, что последние телодвижения в Корее, в Греции имеют некий тайный смысл?
Маленков всерьёз напрягся и наклонился ближе:
— Слушаю.
— Как будто Василевский знал, что американцы не пойдут на ядерное обострение. Ибо у нас также есть чем ответить. Такую операцию в чужой стране готовят сильно заранее.
— Ему Абакумов что-то доложил?
— Или Сам. Василий ведь назначен туда командовать корпусом. Его орлы американских асов в хвост и в гриву бьют.
Заметно, что ситуация Лаврентию здорово не нравится. Но у него пока руки коротки для активных действий.
— И никак нам министра не нагнуть?
— Даже не пытайся! Окружил себя СМЕРШевцами, с военной разведкой снюхался. И у Жданова часто появляется.
Георгий Максимилианович побледнел. Последнее замечание сделано не просто так. Как-то незаметно его, секретаря ЦК, подвинули от партии. Кузнецов в прошлом году загадочно погиб, ленинградцам в итоге ходу не дали, но и почистить конкурентов также не получилось. А ведь готовились… материалы копили. Но команды от Хозяина так и не последовало. Охрипшим голосом он проблеял:
— Его рук дело?
Берия сел прямо и смотрел куда-то в сторону:
— Неважно. Иосиф как-то проболтался, что, дескать, министр безопасности не желает влезать во внутреннюю политику. Зато во внешней крайне активен и… удачлив. Я тебе даже так скажу: те материалы, что нам регулярно поступают, может получить только гений от разведки. Ты, вина-то выпей.
— Я… — Маленков промочил горло, потому что оно враз пересохло. — Что-то тебя не понимаю, Лаврентий. Враг он нам или…
— Пока или. Но… я попробую с ним договориться. Это же удобно. Мы работаем внутри, а он снаружи. То есть делим поляну на берегу.
Георгий Максимилианович испугался и весь вспотел.
— Ты… предлагаешь…
— Я задумываюсь, Георгий. Он не вечен. Хрущёв… дурак. Поехал туда, где опасно. Кто-то из его окружения и слил врагу место нахождения. Ну, значит, туда и дорога. Нам же вместе с тобой выплывать. И ещё одна сильная фигура не помешает. Военные меня не любят. Не терпят и Абакумова. То есть маневра у него не так уж много. Есть ещё Серов с его людьми. Понимаешь? Сжать по сторонам и сделать предложение. Кто от такого подарка откажется? Наша тройка умоет всех.
— Так, — Маленков осторожно вытер пот с лица.
— Тебя сейчас пошлют в Болгарию. Контролировать, что там эта камарилья затеяла.
— Я против вмешательства. Зачем нам сейчас ещё одна война?
— Тебя не спрашивают! Военные всё затеяли — пусть и расхлёбывают. А твоя задача осуществить такую ма-а-аленькую провокацию.
Стёкла очков Лаврентия поблескивали, пряча взгляд.
— Обострить и стоять позади? — Георгий начинал понимать. — Но если они справятся?
— Не без потерь, понимаешь? Да и Хозяину не понравится самодеятельность. Генералам прилетит обязательно. Тогда и поставим Абакумову условие: тебя — на партию, Жданова убрать. Я — Совмином, ему — внешнюю политику с разведкой. Получается… баланс!
Берия с удовлетворением взял в руки бокал. У него как раз вскоре встреча у конструкторов ракетной техники. Они будут испытывать новую ракету, построенную с учётом материалов МГБ. Будет повод пригласить туда Абакумова. Ведь он заслужил увидеть такое зрелище! Пусть и удачлив министр МГБ, но забывает, что внутри бывшего НКВД осталось полно людей Берии. Это сейчас они сидят тихо. Но наблюдают и копят материалы.
Маленков внимательно осмотрел обозначения на карте.
— Здесь у турков укреплённый район? Но приданных частей мало.
— Так точно, — Антонов сверился с подсказкой в блокноте. — Там стоит пехотная дивизия неполного состава. Один из «фестунгов» их обороны.
Куратор поморщился. Любит эти военные щеголять фронтовыми словечками.
— Насколько сильна их оборона?