Страница 26 из 79
Глава 12
— Что скажете?
И опять этот пытливый взгляд прямо в лицо. «Серый» всматривался в Эдвина в попытках увидеть ложь, и тут же обвинить его. К счастью для парня, отвечать он мог честно.
— Он определенно точно мертв.
Тело в подворотне выглядело плохо. Смерть не бывает красивой, но здесь умерший был мало того, что мертв (удивительно, он ведь умерший), так еще и изуродован. Эдвин за свою не слишком долгую жизнь успел навидаться мертвых тел, часть из которых стали такими его стараниями, но все это было иначе.
— И еще он явно убийце не нравился. Иначе как объяснить выколотые глаза, отрезанный нос… и все остальное.
— Объяснений может быть много, — не согласился с ним «серый», так и не назвавший своего имени. — Это вы его убили?
И опять этот внимательный цепкий взгляд.
«Если все расследования у них проходят именно таким образом, то нашей империи конец», — подумал Эдвин. — «Нельзя же просто ходить у все спрашивать не убийца ли, и смотреть на мимику в ожидании лжи».
— Нет, не я. Как я и сказал, мы не были знакомы.
Мужчина кивнул своим мыслям.
— Похоже, вы говорите правду, — сказал он. — Что за женщина была с вами вечером?
— Впервые ее видел.
— И что она хотела?
— Я не уточнил.
— Правильно ли я понял: молодой парень, который уже долгое время путешествует исключительно в компании военных, прибывает в город, к нему сама, добровольно, подсаживается весьма симпатичная…
— Обычная, — перебил Эдвин. — Не крестьянка, но и красоты особой я не увидел.
— Другие мужчины из вашего трактира описали ее как симпатичную.
— Они столько пьют, что им в таком состоянии и трактирщик красивым станет. Девушка была обычной, могу описать.
— Несколько позже обязательно опишите. У нас уже есть ее портрет, вы его дополните как человек, видевший эту даму ближе всех.
— А она, простите, при чем? Не верится, что женщина способна на… такое.
И он указала на тело, которое уже накрыли простыней, и погружали на носилки.
— Женщины и не такое могут сделать. Вы свободны… на данный момент. Мои люди и художник в ближайшее время с вами свяжутся для создания портрета этой дамы.
Уже в трактире, куда Эдвин вернулся самостоятельно, он понял, что на его вопросы «серый» так и не ответил. Благо, мужская компания внутри, пусть и состоящая исключительно из магов и дворян, оказалась хуже базарных торговок. Ему даже не пришлось задавать наводящие вопросы, вся работа по добыче информации свелась к работе ушами. Пока он заканчивал свой прерванный завтрак, в зале собрались жители трактира, и принялись обмениваться слухами, фактами; слухами, которые выдавали за факты, и откровенной ложью, которая звучала зловеще. Чего только не придумают. Были и любопытные факты.
— Не первое убийство уже, — делился негромко офицер за соседним столом со своим товарищем. — Я про два похожих случая слышал, в других частях города произошли. Убивают только наших…
— Так местные нас не жалуют! Сколько уже стычек было с мужиками!
— Драка или ножом в бок это да, — кивнул первый. — Такие случае есть и будут. Только вот эти убийства выделяются…
Эдвин напряг слух в ожидании деталей.
— Чем это они выделяются?
— Жестокостью и всякими деталями. Видишь того молодого парня, который подслушивает нас изо всех сил, и даже не пытается сделать это незаметно? Вот у него можешь спросить, Марлоу с ним разговаривал, наверняка еще и убитого показал. Давай у него и спросим.
Две пары глаз уставились на Эдвина, и под этим взглядом он почувствовал себя неуютно. Один из мужчин махнул рукой, приглашая к себе за стол. Парень посмотрел на свою тарелку, в которой почти не осталось еды и поднялся.
— Утречка, — бодро поздоровался с ним офицер. — Что наши два сапога от тебя хотели?
— Два сапога? — не понял маг.
— Марлоу и Богарт, — охотно пояснил мужчина. — Два верных пса империи, ходят всегда парой, хоть у «серых» это не принято. Роют носом изо всех сил, и если в преступлении замешан военный, то они тут же берутся за дело.
— Ага, — понял Эдвин. — Как служба безопасности империи, только для военных.
— И так как дело они имеют с военными преступниками, то и методы у них… своеобразные, — пояснили ему. — Так что там было?
— Эммм… труп там был, — не зная с чего начать, сказал молодой маг. — Меня по непонятной до сих пор причине подозревали.
— С этим как раз понятно. Я, кстати, Хамфри, — протянул руку офицер.
— Эдвин, — представился парень.
— Подозревали тебя из-за бабы, никакой загадки в этом нет. Нас как раз и опросили даже с утра пораньше. Она, как я понял, сперва к тебе подсела.
— Да, так и было. Я, честно сказать, не был в настроении ее слушать…
— Ага, проиграл барону Коллину неплохую сумму, я слышал, — влез второй собеседник в рассказ мага. — Да что я, весь трактир слышал, какой Коллин успешный игрок. Пока он не проигрался. Все же знают, с Райли лучше не садиться играть. А коль уж садишься, то по мелочи.
— Жульничает? — уточнил Эдвин.
— Да кто ж его знает. За руку не поймали ни разу, хоть пытались многие. И чужими костями, и на другом столе, да хоть не земле… везет ему, не иначе. Так вот, эээ… о чем я?
— О девушке, — напомнил парень.
— Да, точно. Баба эта подсела к тебе, потерлась, но не сторговались вы…
— Не дошло до торга, — не стал вдаваться в подробности Эдвин. — Взял вино и пошел к себе.
— Вот оно, — понял что-то Хамфри и продолжил вместо своего приятеля. — Было уже похожее дело, и не раз. Местные, из тех, что храбрее и злее, такое уже делали. Подсылают к выпившему офицеру девку посимпатичнее, а та под любым предлогом должна его выманить или на улицу, или в какой дом… ну и все, вместо приятной ночи он ножик в печень получает. По первому времени часто случалось, ну, ясное дело, а потом самых горячих успокоили, да и мы все иначе себя ведем теперь.
— Такое, да не такое, — к ним без спроса подсел еще один офицер. — Простите, господа, я вас случайно подслушал.
«Да нас весь трактир сейчас случайно подслушивает», — оглядел притихший зал Эдвин.
— А что не так? — заинтересовался Хамфри.
— С этим убийством вообще все не так. Поэтому «серые» так и возбудились. Больше похоже на расправу и личную месть, тебя же по этой причине дергали.
«А чего я, собственно, теряю?», — спросил сам у себя молодой маг и честно и подробно рассказал вообще все. И про внешний вид, и что спрашивали, и как смотрели. Даже почти не приукрасил, хотя местами очень даже хотелось.