О, мой босс

Эпилог

Три года спустя

Элизабет, устроившись на шезлонге у бассейна, наблюдала как ее любимый резвится в воде с их трех летним сынишкой и полуторагодовалой дочкой.

Они весело брызгались водой. Играли в догонялки.

Не смотря на совсем юный возраст их дети уже довольно резво и уверенно чувствовали себя в воде.

И все это благодаря их любящему папочке.

Майкл старался уделять семье как можно больше внимания.

Они много путешествовали.

Часто их поездки были связаны с работой. Но это не мешало им совмещать полезное с приятным.

Посмотрев на мужа. Элизабет скользнув взглядом по его груди, задержалась на совсем не заметном маленьком шраме.

Видя беспокойство жены, Майкл всегда отшучивался, что шрамы мужчин украшают.

Только девушка так не считала.

Это отпечаток воспоминаний о том, что она могла его потерять.

И каждый раз видя его или касаясь она мысленно возвращалась в те страшные дни.

В дни, когда думала, что ее жизнь никогда уже не будет прежней.

Что ее только что родившийся сынишка не сможет увидеть своего папу. Не сможет с ним поиграть или услышать от него сказку на ночь.

После операции Майкл больше недели был в коме.

Пуля попала в легкое и задела артерию.

Если бы врачи немного замешкали, он мог умереть.

Все время Элизабет проводила вместе с ним.

Когда Майкл пришел в себя первое что он потребовал увидеть свою жену и ребенка, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.

И на все отговорки врачей не отступал от своего. Грозясь самому встать с постели и пойти к ним сам, если их не пропустят к нему в отделение.

И когда после всех анализов и процедур им все же разрешили увидеться, Элизабет не могла сдержать слез.

Майкл прижимал к груди таких ему родных и близких людей. И был счастлив что с ними все в порядке.

Эго отец, смотря как его сын идет на поправку, сам по не многу приходил в себя.

За то время что тот был в коме Реймс старший осунулся прямо на глазах.

Бледность, постоянная слабость и темные круги под глазами стали его постоянными спутниками.

Он много проводил времени с внуком.

Стараясь с его помощью заглушить рвущийся страх из груди.

Страх потерять сына. Единственного сына.

Они с Элизабет по очереди дежурили у палаты Майкла.

Том с Хлоей также редко покидали больничные стены.

Все бросили свои дела и единственным важным осталось выздоровление Майкла.

Джоанна, появившись в больнице стала просить о прошении.

Просила показать внука и не вычеркивать ее из своих жизней.

Не смотря на все ее уверения, что она изменилась и все осознала с мужем они все же, развелись.

Реймс старший так и не смог простить жену. Не смог принять ее назад. После всего случившегося он не захотел возвращаться к старым отношениям.

Не смог себя заставить окончательно ей все простить. И снова, рука об руку двигаться дальше.

Развод оказался громким.

Джоанна, не смотря на свои уверения, все же продолжала упрекать мужа. Обвинять и чуть ли не требовать прошения и понимая к себе.

Все понимали.

Скандала не избежать.

Соню к сожалению, спасти не удалось.

Даже не смотря на все ее поступки, смерти ей никто не желал.

Хоть ее и достаточно быстро вытащили из воды все попытки ее реанимировать были напрасны.

Ее ребенок выжил. И теперь мистер Грей сам воспитывает внучку. Пытается не совершить тех же ошибок что допустил в воспитании дочери.

На тесте ДНК Майкл все же настоял. Что-бы в дальнейшем даже мысли не возникало усомнится в том, что он не являлся отцом этой девочки.

И анализ это благополучно подтвердил.

За клевету и попытки разорить бизнес Реймсы посовещавшись решили иск в суд не подавать.

В их понимании Грей и так понес самое суровое наказание за свои поступки.

Не смотря на то что Соня успела натворить, она все же была его дочерью. И он ее потерял. А как известно такое даже врагам не желают.

Крепкие руки мужа, прижавшие ее к своей груди, вырвали Элизабет из воспоминаний трехлетней давности.

— Ты снова летаешь в облаках.

Она обвила любимого за шею и припала к таким родным и сладким губам.

— Люблю тебя. — промурлыкала она ему прямо в губы.

Майкл ухмыльнулся.

— И я тебя. Больше жизни.

— Где дети?

— Их няня забрала, пока ты мысленно была где-то далеко… Снова воспоминания поглотили?

Элизабет тяжело вздохнула

— Ничего не могу с собой поделать… Страх никуда не ушел.... Хоть прошло уже не мало времени. Боюсь себе даже представить, чтобы было потеряй я тебя тогда… Я... Я просто не смогла бы жить дальше.

Майкл прижал любимую покрепче к себе. Попытался отшутится, дабы поднять любимой настроение.

— От меня так просто не избавится.

Элизабет стукнула его легонько в плечо.

— Майкл, ты все отшучиваешься. А я серьезно.

Он перестал улыбаться.

— Я, когда вспоминаю что мог вас потерять… Что мог где-то задержаться и зайти в палату на пару минут позже… Мог не успеть вас спасти…. Я не пережил бы этого… Не смог бы…

Она прижалась к сильному телу любимого. Поглаживая его грудь. То и дело касаясь отметины на груди.

Майкл поцеловал любимую, стараясь унять ее тревоги и плохие воспоминания.

Не известно сколько они бы так просидели, если бы за их спинами не раздалось нервное покашливание.

— Простите что отвлекаю… Я тут приехал с ребятишками поиграть… Ну если хотите остаться на одни могу их забрать мороженого поесть в детском кафе?

Реймс старший, ухмылялся во весь рот.

Судя по его довольному лицу, он даже не смутился что прервал влюбленных.

В их доме он был частым гостем. И уже привык к тому что его сын не может оторваться от своей жены.

И искренне был за них рад.

Они заслужили счастья.

Заслужили это как никто другой. За все то что они пережили.

Он очень любил проводить время со своими внуками.

Потакал всем их прихотям. Баловал. Делал все возможное, чтобы стать для них любимым дедушкой.

И если эти крохи желали поиграть в лошадку, без колебаний крупный бизнесмен, в дорогом костюме превращался в ту самую лошадку.

Ползал с ними по полу, лепил куличики из песка.

Не раз спасал от наказания за проказы от родителей.

Он был тем дедушкой, о котором мечтает каждый ребенок.