Страница 47 из 48
Пришло сообщение о разгроме крымского хана, которому турки смогли выделить лишь двадцать тысяч. Крымский хан Арслан Герай вывел из Бахчисарая свою пятидесяти тысячную армию навстречу русским войскам. Однако мусульмане наткнулись на земляные укрепления, поддерживаемые пушками. Попытки взять русские укрепления провалились после трех попыток и ополчение дрогнуло и побежало. Янычары, которых прислал султан, растерялись и были уничтожены все до единого. Хан с остатками своего окружения скрылся за стенами Кафы, откуда попытался бежать на галере, но был захвачен русскими кораблями.
Я приказала отлить из меди медали «Героям Крымской компании» и вручить их всем участникам боевых действий. Так же я ввела Георгиевские кресты для низших чинов четырех степеней. Крест первой степени, выполненный из золота, давал право на получение личного дворянства и на первый офицерский чин. Для отличия офицеров за заслуги на поле боя и выслугу в воинских чинах был мною введены ордена Святого Владимира и Святого Георгия четырех степеней отличия. Награждённые только орденами Св. Владимира и Св. Георгия любых степеней получали права потомственного дворянства, в то время как для других орденов требовалось награждение высшей – 1‑й степенью.
Сразу после окончания русско–турецкой войны я решила положить конец своеволию запорожских казаков и приказала ликвидировать Запорожскую Сечь.
Во исполнение царского указа Румянцев немедля из захваченного Крыма выступил в поход и занял основные стратегические пункты Запорожского войска.
А спустя месяц русские войска подошли к «столице» запорожцев Новой Сечи, где им зачитали императорский Манифест «Об роспуске Запорожской Сечи и о причислении оной к Новороссийской губернии». Согласно Манифесту из бывших запорожцев создавались пехотные полки, которые могли использовать в качестве морского десанта на кораблях.
С турецким населением в Крыму я решила поступить так же как Сталин – всех, кто отказался покинуть Крым и переправиться в Турцию, я приказала с весны следующего года отправить на переселение в Польшу, часть которой я надеялась захватить, поддержав начавшееся весной 1750 года очередного гайдамацкого восстания на Правобережной Украине. Несколько гайдамацких отрядов вступило на территорию Речи Посполитой со стороны степи и Киевского округа. Регулярное польское войско, сформированное для защиты южных владения Речи Посполитой от набегов гайдамаков, было полностью не подготовлено для отражения противника. Украинские крестьяне сочувствовали и оказывали поддержку гайдамакам. После появления первых гайдамацких отрядов коронный региментарий Ожга разослал универсал к шляхте, призывая её собирать и вооружать надворных казаков для борьбы с гайдамаками. Через две недели Ожга разослал второй универсал, в котором предлагал шляхтичам вооружить своих крепостных крестьян, но предостерегал шляхту, что многие из крестьян связаны с гайдамаками. Коронный региментарий приказал шляхтичам арестовывать и доставлять на военный суд всех крестьян, заподозренных в связях с гайдамаками.
Во время появления гайдамаков на территории украинских воеводств местные крепостные крестьяне стали в большом количестве переходить на их сторону, другие снабжали восставших провиантом, укрывали отбившихся гайдамаков и служили проводниками повстанцам.
Увеличив свою численность за счёт беглых крестьян, гайдамаки стали действовать смелее и решительнее. Гайдамацкие отряды, прорвавшиеся на территорию Киевского воеводства со стороны реки Тясмин, «собравшись в большом числе конных и пеших» атаковали местечко Мошны, принадлежавшее великому гетману литовскому Михаилу Радзивиллу Рыбоньке. Мятежники взяли местечко и перебили в нём евреев, затем в течение дня штурмовали городской замок. Оттуда гайдамаки бросились на Белую Церковь, самую сильную из польских крепостей на Киевщине. Было опустошено Чигиринское староство, откуда бежал местный губернатор вместе с гарнизоном. Небольшой отряд Мартына Тесли, отделившийся от основных сил гайдамаков, дважды, летом и осенью совершал набеги на местечко Володарку, разорив её.
В это же самое время другие гайдамацкие отряды вступили на территорию Брацлавского воеводства через реку Синюху. Повстанцы захватили и сожгли город Умань, где разрушили католический костёл, перебили многих ксендзов, шляхту и евреев. Затем гайдамаки разорили Гранов и двинулись на Винницу, столицу воеводства. Ночью гайдамаки ворвались в городской замок, уничтожили документы, хранившиеся в городской канцелярии, и ограбили купцов‑евреев, пытавшихся найти убежище в Виннице. Из Брацлавщины гайдамаки ворвались в Подольское воеводство, где захватили город Летичев. В нём повстанцы разорили доминиканский монастырь и захватили богатое имущество местной шляхты. В августе отряд гайдамаков под руководством Алексея Письменного взял и разорил город Фастов на границе Киевского Полесья.
В Полесье гайдамацкие отряды, прибывшие из степей, соединились с мелкими отрядами, вышедшими в течение весны и лета из Киевского округа. Гайдамацкие отряды, пришедшие из Киевского округа, были сформированы из крестьян, принадлежавших киевским монастырям. Один из таких отрядов под начальством атамана Ивана Подоляки взял замок Радомышль и в течение нескольких месяцев разорял киевское, овручкое и мозырьское Полесье. Другие отряды действовали вдоль всей долины р. Припять, где разоряли и грабили шляхетские имения. Гайдамаки ограбили монастырь цистеров в Кимбаровке, под Мозырем, и опустошили имения Пинской иезуитской коллегии, проникнув на левый берег Припяти. Шляхта в Полесье, чувствовавша себя до этого в безопасности, была в панике. В октябре 1750 года крупные отряды правительственных сил и местная милиция были отправлены в Полесье для борьбы с гайдамаками.
Освободившаяся армия Румянцева, прекратив существование Сечи, вобрав в себя всех козаков, направилась на помощь Гайдамакам.
Глава 19
март 1752 года
Захватив часть территории Польши и выселив из Крыма и расселив татар вдоль новой границы, я справилась о Суворове. Тот уже закончил обучение с отличием и производством в прапорщика гвардии. Я приказала вызвать его ко мне и теперь с любопытством разглядывала молодого русского гения полководческого таланта, который нескромно, во все глаза, разглядывал меня.
Я невольно прониклась к этому невысокому юноше симпатией и задала ему вопрос:
– Скажите, Александр, чему в научились в Шляхетском корпусе?