Страница 38 из 48
Александр поднялся и получил приказ – На двое суток назначаешься нашим квартирмейстером. Вот тебе задача – ускорить наше продвижение. Слишком много времени занимают привалы и готовка еды.
Александр задумался и предложил – А что если поступать впредь так: кашеваров высылать следом за разведчиками вперед ребят. Их задача не только отыскать подходящее место для следующего привала, причем обязательно около источника воды, но и нарубить дров, набрать воды и сварить в котлах кулеш.
Когда парни подойдут, то им останется только поесть и дальше двигать. Не нужно ждать пока каша будет готова.
– А что, толково изложил! Молодец. За сообразительность пожалуй ты останешься на должности квартирмейстера до конца наших учений. Да, не забудь – разведчики теперь подчиняются тебе, так как созданному недавно Генеральному штабу передали еще и обеспечение армии разведданными.
Суворов теперь все чаще стал лично принимать участие в разведке, пользуясь властью, привлек своих троих друзей, которые двигались дальним разъездом.
Километра за два до Торжка, трое казачат в подзорную трубу обнаружили выходящий из города обоз – Глянь, Гришка! Похоже это московские кадеты.
Гришка прильнул у окуляру протянутой ему трубы и кивнул – Действительно они. Твоего жеребца забираем, тебе, Ваня, оставляю позорную трубу, бери ее как зеницу ока, спросят за утерю по полной. А мы с Васькой назад, предупредим наших.
Через час двое казачат достигли арьергарда, с которым двигался и Суворов – Сашка, москвичи идут практически без разведки – их передовой дозор всего лишь на двести метров вперед выдвинулся. Вообще ничего не боятся. Ванька остался наблюдать за ними, двигаясь в нашу сторону пешком. Здесь они будут через пару часов, может и через три часа. Мы коней почти загнали. – Гриша и Василий взяли коней под уздцы и повели их по дороге, давая им возможность отдохнуть.
Суворов поспешил к командиру – Противник в двух‑трех часах отсюда. Предлагаю вернуться назад на пять километров – там идеальная позиция для засады у реки. Я даже кроки зарисовал, уж очень мне та позиция понравилась. Останется в некоторых местах небольшой овраг углубить и получится прекрасный окоп. А вот здесь и здесь так и просится построить редут. Все по новой военной науке, которую нам преподает господин фон Бреверн.
Суворов отдал листы бумаги, на которых к удивлению поручика были даже указаны место для батареи из их двух орудий, грамотное распределение зон ответственности, или так называемых «секторов обстрела».
– Ну что же, раз твой план, Суворов, то тебе и поручаю за оставшееся время организовать подготовку обороны!
Вернувшись назад на облюбованную поляну, Суворов распределил учащихся, нарезав каждому свой участок работ. Каждый курсант имел остро заточенную саперную лопату и как муравьи пацаны принялись возводить укрепления. Суворов поручил еще десятку человек нарубить небольшие елки и замаскировать ими позиции пушек и возводимые редуты. Лошадей и телеги отвели подальше и подготавливаемой позиции. Когда на поляне показался Иван с известием, что москвичи появятся здесь через двадцать минут, парни приготовились к бою, спрятав полсотни человек в леске так, что они окажутся в тылу у обоза противника и должны ударить им в спину по сигналу трубы.
Московский дозор, который лениво проследовал мимо, пропустили – Их должны были встретить еще десяток лучших бойцов курса и ссадить по тихому с коней. Москвичи верхом на лошадях были полусонными, один из их четверки и вовсе поклевывал носом. Появление с обоих сторон дороги питерцев оказалось неожиданным и москвичей повязали, вбив в рты кляпы, буквально за минуту.
Когда появилась колонна москвичей во главе с их поручиком на коне, пушки произвели выстрелы, окутав позиции дымом, с криком ура на пришлых набросились курсанты, направив штыки ружей на своих врагов, арканом Гришка сбросил с коня московского поручика и в тыл к дрогнувшим москвичам ударил засадное подразделение. Полная победа!
Признав свое поражение, москвичи предложили совместно добраться до Торжка, где всем организованно помыться в бане.
Поручик москвичей сообщил, что в Торжке он получил известие о ходе войны. Пока русская армия совершала марш через всю Германию, Мориц Саксонский седьмого мая взял Маастрихт и тем самым лишил англо‑голландцев последних форпостов во Фландрии. Репнин пришёл на Рейн, когда всё было уже кончено для англо‑голландцев, но его действия способствовали переговорам по заключению Аахенского мира.
Герхард Фридрих Миллер, Действительный член Императорской Академии наук и художеств в Санкт‑Петербурге, профессор истории внёс значительный вклад в расширение источниковой базы исторических исследований за счёт использования делопроизводственных и актовых документов и источников нероссийского происхождения. Стал первым российским исследователем, кто обратился с научными целями к архивным документам. Миллер подготовил доклад «Происхождение народа и имени российского» где выводил Рюрика из шведов, варягов от них же, но главное – определил шведов в качестве решающего фактора в становлении Древнерусского государства. Ломоносов подверг этот доклад жесточайшей критике.
Я решила заслушать прения обоих сторон и покончить с распрями внутри Российской Академии. Я знала, что в академии текла нормальная цивилизованная и научная жизнь – все интригуют, грызутся друг с другом и поливают друг друга грязью. Что в принципе характерно и для того времени, из которого я сюда попала.
Первым делом я подняла вопрос перед президентом петербургской Академии наук Кириллом Разумовским о том, что в 1742 году после расследования жалобы Нартова, Шумахер за растрату средств был отстранён от должности и посажен 7 октября под домашний арест, но потом был оправдан комиссией князя Юсупова и восстановлен в должности. Шумахер был признан виновным лишь в растрате казённого спирта на сумму 109 рублей 38 копеек. В результате, наказаны были те, кто написал жалобу.
– Я не допущу, чтобы русской Академией как хотел вертел вор Шумахер! Извини, Кирилл Григорьевич, как бы я хорошо не относилась к твоему брату, но руководить Академией наук ты больше не будешь! Новым президентом с этого дня будет Михайло Васильевич Ломоносов!