Страница 17 из 78
— Я ещё не закончила.
— Вы закончите, если рухнете на пол.
Марта подхватила Ветту под локоть.
— Он прав. Не тратьте силы на человека, который приехал слишком поздно.
Ветта хотела возразить, но в глазах действительно потемнело. Лиор тревожно пискнул и ткнулся мордой ей в колено.
Снаружи Кайран услышал этот звук.
Его драконья сущность отозвалась мгновенно. В груди что-то рванулось — древнее, защитное, острое.
— Что там с тобой? — голос стал жёстче. — Ветта?
Она выпрямилась.
— Со мной всё лучше, чем было в вашем замке.
— Ты ранена?
Марта прошептала:
— Не отвечайте.
Но Ветта вдруг устала скрывать саму боль, хотя главную тайну всё ещё держала под сердцем.
— Нет. Просто впервые за долгое время пытаюсь жить, а это оказалось непривычно.
Рейнар посмотрел на неё странно — с уважением и тревогой одновременно.
Кайран молчал так долго, что Ветта подумала: сейчас прикажет окружить здание, дождётся, пока она ослабнет, войдёт любым способом. Он умел быть терпеливым. Все драконы умели. Особенно когда считали что-то своим.
Но он произнёс другое:
— Я оставлю людей у дороги. Не у ворот. Если понадобится помощь…
— Мне не нужна ваша помощь.
— Тогда не тебе. Лечебнице. Здесь много хищников.
— Один уже был, — сказала Ветта. — Я справилась.
Снова тишина.
— Что значит справилась?
Рейнар резко покачал головой.
Ветта поняла: он не хочет, чтобы Кайран знал о её силе.
Слишком поздно.
— Значит, я больше не так беспомощна, как вам удобно было считать.
Кайран услышал в её голосе усталость.
И ещё что-то.
Скрытую боль. Не душевную — телесную.
Он сделал шаг назад, заставляя себя не ломиться внутрь. Впервые за много лет каждый его инстинкт требовал одного, а разум — другого.
Дракон хотел забрать.
Мужчина должен был не разрушить последнее доверие.
Если оно ещё существовало.
— Я вернусь, — сказал он.
— Я не жду.
Эти три слова оказались хуже всех прежних.
Кайран повернулся к стражам.
— Отходим.
Старший всадник удивлённо вскинул голову.
— Ваша светлость?
— Отходим.
Никто не посмел спорить.
Когда звуки копыт начали удаляться, Ветта ещё долго стояла у стены, не веря, что он действительно ушёл. Только когда Лиор перестал рычать, а печать над воротами погасла до мягкого золотого мерцания, она позволила себе выдохнуть.
И тут ноги всё-таки не выдержали.
Рейнар поймал её почти у самого пола.
— Вот видите, — проворчал он, подхватывая её на руки. — Драматические разговоры с бывшими мужьями вредны для здоровья.
— Он не бывший, — машинально сказала Ветта.
Рейнар посмотрел на неё сверху вниз.
— Вот это, леди Вейл, как раз и есть главная беда.
Марта шла рядом, с тревогой заглядывая Ветте в лицо.
— Ей плохо?
— Ей нужно лежать, есть и не спорить хотя бы час.
— Она не умеет.
— Заметил.
— И вы тоже не подарок.
— Я хотя бы не беременен от ледяного дракона.
Ветта тихо сказала:
— Рейнар.
— Молчу.
Но он не молчал глазами.
В них было беспокойство.
Он отнёс её обратно в комнату, уложил на кровать и быстро проверил пульс. Потом приложил ладонь к её лбу, нахмурился, достал из кармана тонкий кристалл и провёл им над животом.
Ветта сразу напряглась.
— Что вы делаете?
— Проверяю, не навредил ли вашему ребёнку этот разговор.
— И?
Рейнар молчал слишком долго.
Марта вцепилась в спинку кровати.
— И?
Кристалл в руке лекаря вдруг мягко засветился не синим, как можно было ожидать от северной магии, а тёплым золотом.
Рейнар выдохнул.
— Жив. Силен. Очень зол, если подобное можно сказать о существе размером меньше ладони.
Ветта закрыла глаза, и слёзы, которых она не ждала, скользнули к вискам.
Жив.
Это было всё, что имело значение.
— Но вам нельзя так больше, — жёстко добавил Рейнар. — Никаких силовых всплесков. Никаких разговоров у ворот. Никаких попыток доказать дракону, что у вас есть позвоночник. Мы уже убедились, что есть. Теперь нужно, чтобы он не сломался.
Марта кивнула:
— Я прослежу.
— Вы? С вашим ножом?
— Нож хотя бы честный. В отличие от некоторых лекарей, которые недоговаривают половину истории.
Рейнар прищурился.
— У вас удивительная тяга к опасным темам.
— У меня удивительная тяга защищать свою госпожу.
Ветта открыла глаза.
— Не ссорьтесь.
— Мы не ссоримся, — одновременно сказали Марта и Рейнар.
И тут же посмотрели друг на друга с одинаковым раздражением.
Несмотря на усталость, Ветта почти улыбнулась.
Но улыбка исчезла, когда за дверью послышался тонкий скребущий звук.
Лиор, которого оставили в соседней палате, видимо, решил иначе. Дверь приоткрылась, и серебристая морда просунулась внутрь. Драконёнок посмотрел на Ветту огромными голубыми глазами, осторожно вошёл и, прихрамывая, направился к кровати.
Рейнар всплеснул руками.
— Прекрасно. Пациент сам нарушает постельный режим.
Лиор фыркнул на него маленьким облачком инея.
— Не груби лекарю, — устало сказала Ветта.
Драконёнок сделал вид, что не понял, и положил голову на край кровати.
Марта присела рядом.
— Он милый.
— Он дракон, — сказал Рейнар. — Милый дракон сегодня умещается у кровати. Через год он может снести стену, если ему не понравится завтрак.
— Значит, будем хорошо кормить.
Ветта провела пальцами по гладкой чешуе Лиора.
Его рана действительно затянулась, но слабость оставалась. Маленькое тело дрожало. Он боялся. Он пришёл сюда так же, как она: раненый, загнанный, без уверенности, что его не выгонят.
— Он останется, — сказала Ветта.
Рейнар посмотрел на неё так, будто ждал именно этих слов.
— Лечебница уже решила.
— А вы?
— Я здесь давно не решаю ничего важного.
— Это неправда.
Он отвернулся.
— Отдыхайте.
Но отдохнуть ей не дали.
Сначала за дверью послышался грохот.
Потом приглушённый стон.
Рейнар резко выпрямился.
— Что теперь?
Он вышел в коридор. Марта осталась с Веттой, но через мгновение издали донёсся мужской голос:
— Помогите! Ради всех святых, помогите!
Ветта села.
— Кто это?
Марта шагнула к двери.
Рейнар вернулся быстро. Лицо его было мрачным.