Страница 80 из 86

Изгнанная в Академии Стражей

Нечаева Марина

Глава 20. Ночь Великой Луны

Оставшиеся дни до Ночи Великой Луны пролетели словно миг. Лекции, практические занятия, тренировки на полигоне – все это никуда не исчезло из моей жизни и по-прежнему составляло большую ее часть. Но неожиданно все это стало лишь фоном, простым списком дел, позволявшим скоротать долгие дневные часы вдали от Мэтта и скорее дождаться наступления вечера.

Когда солнце заходило и город погружался в ночную тьму, мы вновь выходили на дежурство, и я могла, наконец, не таясь, прильнуть к груди моего Стража и поцеловать его. Сперва неуверенно и немного робко, а потом, убедившись, что он не отталкивает – все смелее. Каждый раз он крепко обнимал меня и, смеясь, спрашивал:

– Соскучилась?

– Очень! – восклицала я, и рассказывала, как прошел день.

Я наслаждалась нашими короткими ночными встречами и радовалась, что Мэтт поддался моим уговорам и не стал оставлять меня в Академии, как планировал сделать изначально.

Я пересказала Мэтту разговор с оборотнем, призналась, что могу быть Навигатором, а он взамен поделился со мной подробностями своей поездки в Бренвиль и Фокстон.

– Так значит, ты сам обо всем догадался? – спросила я.

– Именно, – улыбнулся Мэтт. – Так что тебе не стоило переживать тогда в арке. Я уже все знал о тебе, Элизабет.

Мэтт стал называть меня настоящим именем и слышать это было невероятно прекрасно. К сожалению, в самой Академии нам приходилось скрывать свои чувства. Несмотря на то, что у нас были все доказательства того, что Филипп Лерой – преступник, мы не могли выдвинуть ему обвинения, пока не найдется мой брат.

Мэтт переживал за Марка больше, чем я. Он сокрушался, что мог бы поговорить побольше с мистером Андерсоном накануне, когда тот упомянул про странных личностей, шатающихся вокруг дома.

– И что бы ты предпринял тогда? – спрашивала я.

– Разобрался бы. Осмотрел бы местность. Не оставил бы их одних, – хмуро отвечал Мэтт.

Я успокаивающе гладила его по руке и говорила:

– Я чувствую, что с Марком все хорошо.

Я и правда не беспокоилась за брата. Внутри меня была уверенность, что он находится в безопасном месте. Она появилась как раз в тот день, когда, по рассказам Мэтта, он обнаружил исчезновение Марка и семьи Андерсонов.

Но, конечно, несмотря на мое спокойствие, Марка мы искали. Через Центральное управление Мэтт разослал ориентировку, так что по всей стране Стражи знали об исчезновении мальчика со светлыми волосами и голубыми глазами и знали, куда его везти в случае обнаружения.

На всякий случай я даже встретилась с Чарльзом, которого старалась избегать. Но мы должны были проверить, не Лерой ли похитил моего брата.

Так что я отправила Чарльзу магический вестник и тем же вечером ждала его в библиотеке, за тем же столом, где он угрожал мне несколько дней назад.

Через секцию от меня притаились Мэтт с командором Вайсом, но, Чарльз, на удивление, вел себя спокойно и благоразумно. Он ничего не говорил о моем брате, не выдвигал никаких требований, а когда я проинформировала его о том, что собираюсь принять участие в Охоте на Ночь Великой Луны, отнесся к этому совершенно спокойно и даже дал свое согласие.

Я не понимала, почему манера его общения со мной столь неожиданно поменялась с угрожающей на дружелюбную, но размышлять об этом особо не было времени.

Все свободные от занятий и дежурств часы я теперь проводила с командой Мэтта, готовясь к предстоящей Охоте. Хоть мы и старались держать мой допуск до Охоты в тайне, новость о нем все равно разлетелась по Академии, и мои одногруппники, избегавшие меня все прошедшие месяцы, вдруг стали намного приветливее и не упускали случая расспросить меня об Охоте, дежурствах и капитане Рейнсе.

Их внимание было мне неприятно, так что я отвечала достаточно сухо. Я слишком хорошо помнила, как тяжело мне было в первые месяцы, когда днем магия не слушалась меня, и как никто из них не хотел тогда мне помогать.

Тем более, общения мне хватало. Ребята из команды Мэтта тепло приняли меня.

– Наконец-то у нас появился свой собственный портальщик, – говорил Доминик, ищейка. – Лин, ты не представляешь, насколько тяжело без тебя нам было все это время.

– Но теперь все будет по-другому, – улыбалась Кристина, связистка. – Кстати, я помню тебя. В день посвящения ты спрашивала у меня, как найти свою комнату.

– Точно, это же была ты! – вспомнила я, поразившись, как же много времени прошло с того дня.

Кажется, посвящение было целую жизнь назад.

– Нам нужно хорошо отработать взаимодействие, – заметила Крис, которая, судя по всему, была негласным лидером команды.

И мы отрабатывали переговоры, команды, принятые между ребатями сигналы. К концу недели я была абсолютно готова к предстоящей Ночи. А проснувшись утром, накануне нее, узнала, что мой брат нашелся!

Оказалось, Марк увидел меня во сне, запомнил наш разговор и мои слова про опасных людей, и убедил Джули бежать из Фокстона. Она сперва не хотела, переживая, как оставит родителей одних, но мистер Андерсон заметил, что давно мечтал посмотреть мир, а молодым девушкам, как Джули, и вовсе нечего делать в этой дыре. Мать Джули поддержала решение мужа, так что в середине ночи, под прикрытием темноты и пуль из ружья мистера Андерсона, Марк и Джули сбежали от надсмотрщиков, которых приставил к ним Лерой.

– Мистер Андерсон отбивался как лев! – восхищенно рассказывал брат, которого я, разумеется, зацеловала и заобнимала, стоило мне только войти в кабинет командора Вайса, где брат дожидался меня вместе с подругой.

Когда Марк, наконец, устал говорить, и переключил свое внимание на «настоящих Стражей» в лице Мэтта и командора Вайса, Джули отвела меня в сторону и тихо спросила:

– Мне кажется, или между тобой и вон тем красавчиком что-то есть, – и она выразительно посмотрела на Мэтта, который как раз показывал Марку огненный шар, заточенный в воздушную сферу.

– От тебя ничего не скрыть, – улыбнулась я. – А почему ты спрашиваешь?

– Понимаешь, – смущенно ответила подруга, – я не знала, кому можно доверять, и мне было страшно везти Марка через всю страну сюда, в Академию, так что я нашла Фредерика и попросила ему нам помочь. Он и привез нас сюда. Мне кажется, пока мы вместе ехали, мы с ним сблизились, и вообще, он мне нравился еще со школы. Но я помню, что он собирался делать тебе предложение и, если у тебя есть на него какие-то виды, то ты скажи...