Страница 92 из 101
Килиан снова распрямился.
— Яна!
И тут увидел её. Она стояла далеко позади, подняла руку, махала ему и пробивалась сквозь толпу. Те, кто оказался ближе, уже выталкивали друг друга на сцену.
Даниэль схватил его за локоть.
— Идём! Мы тут только мешаем.
Килиан попытался вырваться.
Надо добраться до Яны — одна она ни за что не пробьётся.
Но Даниэль тянул его прочь.
— Идём!
— Нет! Яна там, сзади!
Толпа наконец сообразила, куда устремились первые, и паника с хаосом разрослись. Не считаясь ни с кем, бегущие хлынули через сцену, и Килиана отнесло назад. Он попробовал пробиться против течения — и тут же получил локтем в лицо. В глазах потемнело.
— Ну же! — Даниэль за руку протащил его сквозь дверь в декорации и вниз по лестнице.
Тем временем люди спотыкались о реквизит. Падали стулья и торшер, опрокинулся стол. Кого-то швырнуло на декорацию, и она с треском сорвалась с креплений. Обе опорные балки переломились, и весь задник, словно в замедленной съёмке, медленно и со скрипом стал заваливаться назад.
В тот же миг сорвалась задняя часть металлической фермы с софитами и рухнула сверху.
— Берегись! — крикнул какой-то пожилой мужчина.
В последний момент Даниэль успел затащить Килиана в коридор — и тут же позади с грохотом обвалилась конструкция с осветительными приборами. Лопались кабели, разлеталось вдребезги стекло, погас свет.
Сразу следом задник ударил в заднюю стену зала и лёг на металлическую ферму. Дверь в декорации захлопнулась. Со скрежетом вылетели петли. Килиан услышал, как под тяжестью обрушившегося задника проломилась деревянная лесенка и как отчаянно закричали люди за ней.
Проклятая ферма заклинила так, что наглухо перегородила выход. Дверь в декорации уже было не открыть. Люди давили на неё сзади и только усугубляли положение.
Оттуда уже никто не выберется,
— с ужасом понял Килиан.
При мысли о том, каково сейчас Яне в зале, сердце сжалось. На глаза навернулись слёзы.
— Помогите! — закричал он в коридор у себя за спиной. — Надо приподнять эту штуку!
Если бы только удалось сдвинуть ферму с софитами хотя бы на несколько сантиметров — дверь в декорации снова открылась бы, и люди успели бы вырваться.
В отчаянии он упёрся плечом в железную балку. Балка чуть подалась, но вместе с софитами эта дрянь весила, должно быть, больше центнера. Сверху ещё давил и деревянный задник.
Даниэль, кашляя и хрипя, встал рядом и тоже взялся за балку.
— На счёт три… — выдавил он, и они попробовали подсадить конструкцию выше.
Но и вдвоём ничего не вышло. Килиан чувствовал, как силы покидают его.
А спрессованная масса людей сзади всё напирала, пытаясь высадить дверь.
— Отойдите от выхода! — закричал Даниэль. — Отойдите…
Голос его сорвался, и его начал колотить кашель, выворачивающий наизнанку. Дым, валивший в щели и трещины деревянной стенки, был для его лёгких уже непосильным.
Килиан обернулся и увидел в коридоре закопчённые лица молодой пары. Оба стояли как вкопанные и недоверчиво таращились на него. Так же, как и остальные дальше по коридору, — те, кому они с Даниэлем перед этим помогли вылезти из зала.
— Помогите нам… — прохрипел Килиан, обращаясь к молодым.
Хватило бы одного-двух человек.
— Возьмитесь… все вместе…
— Пойдём, уходим, — потянула женщина мужа за руку. — Это бесполезно.
Молодой человек закашлялся.
— Простите…
Пара развернулась и побежала к остальным.
— Нет! Вернитесь! — крикнул им вслед Килиан.
Теперь и оцепеневшая группка дальше в коридоре зашевелилась. Они просто бросились прочь, к выходу. На одной из женщин было красное платье.
Алейна Аль-Рашид!
— Стойте! — прохрипел Килиан.
Алейна — единственная — отреагировала. Она и в самом деле остановилась и обернулась.
— Мне нужна ваша помощь!
Свет на потолке коридора замигал и погас.
— Я не могу… мне срочно надо отсюда! — взвизгнула она в панике и исчезла, бросившись вслед за остальными.
Рядом оставался только Даниэль.
— Да помогите же! Вместе мы справимся! — выл Килиан, но уже понимал: всё напрасно — никто из этих жалких трусов не вернётся.
Обречённо он повернулся обратно. Вдвоём они вцепились в железную ферму и в последний раз попытались её приподнять. Но проклятая штуковина опять сдвинулась лишь на несколько миллиметров, а за ней уже плясали и потрескивали оранжевые языки пламени. Высадить расщеплённую дверь людям так и не удалось, и они в панике кричали о помощи.
— Бесполезно! — Даниэль схватил Килиана за руку и потащил прочь.
Тот нехотя поддался и почувствовал, как с каждым шагом жар отступает.
В конце концов он рухнул на пол коридора.
— Нет! Яна там умирает! — кричал он в полном отчаянии сквозь слёзы.
Тут его подхватили ещё две сильные руки и поволокли дальше, к выходу. Он поднял глаза и увидел Оскара Вагнера. Тот, должно быть, вошёл в театр через служебный вход и пробежал мимо тех немногих, кому удалось добраться до коридора, — чтобы прийти на помощь. От них, впрочем, и след простыл.
— В коридоре, кроме вас, ещё кто-нибудь есть? — крикнул Оскар.
— Нет, никого! — выдохнул Даниэль.
Дым уже заволок весь коридор. Кашляя и хрипя, они выбрались наружу — на парковку. Ветер охлаждал пылающее лицо Килиана, а его раз за разом выворачивало рвотой, и омерзительное чувство в желудке не отпускало. Как в трансе, поддерживаемый Даниэлем и Оскаром, он пересёк улицу и оказался на другой стороне.
И тут с оглушительным грохотом взорвались стёкла рядом с входной дверью театра, и пока осколки ещё сыпались на землю, из здания уже вырвалось пламя. Передний фасад полыхал на несколько метров вверх. Жар внезапно стал таким нестерпимым, что им пришлось отступить ещё дальше.
— Яна ещё там, — рыдал Килиан.
Может быть, ещё жива.
Всё происходящее казалось ему совершенно нереальным — словно дурной сон.
— И мои коллеги тоже… — выдавил Даниэль. — И весь персонал.
— Кроме нас и ещё семерых, никто не выбрался, — отчаянно сказал Оскар.
Килиан не мог поверить, что в эти самые секунды, всего в нескольких метрах от него, несколько десятков человек борются за жизнь, а он ничем не может помочь. Он ждал, но больше никто не выходил.
Должен же быть какой-то способ!
Но сделать уже было нечего.
К отчаянию и полному бессилию прибавилась неудержимая ярость. Он накрепко запомнил лица тех, кому помог выбраться в коридор, — и кто потом хладнокровно бросил его на произвол судьбы. Достаточно было одной искры мужества, готовности подставить плечо, хоть капли выдержки — и катастрофы удалось бы избежать. Им требовалось всего лишь приподнять эту чёртову ферму на несколько сантиметров и открыть дверь в декорации. Сообща они справились бы.
— Сволочи, — выдавил Килиан, захлёбываясь ненавистью.
Виноваты во всём — и просто так выйдут сухими из воды.
Даниэль покосился на него. По этому взгляду Килиан понял: тот в точности знает, о чём он сейчас думает.
— У меня в телефоне план рассадки, — произнёс Даниэль совершенно бесстрастно. — И ещё я сделал несколько фотографий зала с публикой.