Страница 62 из 101
— Ты учишься на медицинском, верно?
— Да, в будущем хочу перенять стоматологическую практику отца.
— А чем занимались девушки?
— В смысле?
— Чему учились?
— А, ну да. Актёрскому мастерству — театр и кино — в школе на Рехте-Винцайле, в венском Маргаретене. Обе на шестом семестре, то есть почти выпускницы.
— Такое образование оплачивается из своего кармана и стоит недёшево. Не знаешь, как они могли себе его позволить?
— Ну, для начала, квартирка у них была совсем небольшая и не такая уж дорогая. И всё же Улли как-то обмолвилась, что обучение обходится в две тысячи двести евро за семестр. Сумма внушительная. Откуда у неё столько денег, не в курсе, но по вечерам она подрабатывала официанткой. А у Рианы был богатый дед — какая-то крупная шишка в полиции, он ей и помогал.
— Извини за прямоту, но между тобой и одной из них что-нибудь было?
— Нет, у меня и шансов-то не было — все знали, что они пара. Мы просто дружили и отлично понимали друг друга.
— Когда ты их нашёл, они лежали в одной кровати?
— Да, у них была двуспальная.
— По каким признакам ты понял, что они мертвы?
— Ни пульса, ни дыхания, помутневшие зрачки, трупные пятна, кал и моча на простыне и одеяле.
— Так, верно, ты же будущий медик. Но одну деталь ты не упомянул… бледность кожи.
— Да, обычно это один из признаков. Но здесь всё было иначе.
— А именно?
— Кожа имела нехарактерный ярко-красный оттенок… и даже пятна отливали почти красноватым.
— У обеих?
— Да.
— И тогда ты понял…
— …что естественной смертью это быть не могло. К тому же я уловил едва различимый запах горького миндаля. Заподозрил отравление и, как уже говорил, сразу позвонил в полицию.
— Ты прекрасно сообразил и сработал молниеносно, Робин. Спасибо за визит и удачи с учёбой… Итак, отравление!
Об этом я и хочу поговорить со следующим гостем — судмедэкспертом в отставке, госпожой доктором Ханиш.
— Добрый день.
— Вы ознакомились с теми фрагментами протокола вскрытия, которые мне удалось раздобыть. Что вы можете из них заключить?
— На момент обнаружения тел трупные пятна ещё не успели проявиться полностью. Это означает, что смерть наступила глубокой ночью — предположительно между двумя и тремя часами.
— Что стало причиной гибели девушек?
— Ингаляционный яд.
— Не могли бы вы пояснить подробнее?
— Подобные яды поступают в кровь через органы дыхания. Они блокируют газообмен между кровью и клетками, вызывая прямое поражение мозга и так называемое «внутреннее удушье».
— Какой яд мог бы здесь подойти?
— Синильная кислота.
— Но разве её обычно не получают с пищей?
— Верно. Как правило, она попадает в кровоток с продуктами, содержащими её соединения. Но здесь случай иной. Кислота проникла в кровь как через дыхательные пути, так и через кожу. Поскольку синильная кислота прекрасно растворяется в воде, проникновению через кожу способствует пот.
— Хорошо. И что происходит дальше?
— Клеточное дыхание прекращается, поскольку клетка больше не способна использовать кислород для выработки энергии. Организм отвечает на эту мнимую нехватку учащённым дыханием. Так и наступает то самое «внутреннее удушье».
Кислород в крови не усваивается, скапливается в венозной — отсюда и ярко-красный оттенок кожи. А нехватка особого нуклеотида, который в норме образуется при клеточном дыхании, в конечном счёте и приводит к гибели клеток.
— Звучит как довольно затяжной процесс.
— Напротив. Пары синильной кислоты убивают мгновенно.
— Что значит — мгновенно?
— Удушье в течение нескольких секунд, самое большее — минуты.
— Каким же образом эти пары могли проникнуть в спальню девушек? Тем более что погибли они между двумя и тремя часами ночи, а в это время, по словам свидетелей, никого постороннего в общежитии не было.
— На этот вопрос я ответить не могу.
— Возможно, вам поможет одна деталь: на всех трёх радиаторах их маленькой квартиры стояли увлажнители.
— Такие небольшие ёмкости с водой?
— Да, плошки. И в них были обнаружены следы воска и аккумуляторной кислоты.
— Ага-а…
— Похоже, у вас появилась догадка, госпожа доктор?
— Пожалуй… Синильная кислота — это почти бесцветная, чуть желтоватая, горючая, очень летучая и хорошо растворимая в воде жидкость. Но… дайте подумать… если запечатать соль цианида — а это белый порошок — в восковые шарики и опустить их в упомянутые плошки, то воск, как только вода на радиаторе нагреется примерно до сорока градусов, расплавится, а порошок вступит в реакцию с аккумуляторной кислотой — и в этой водяной бане мгновенно образуется высокотоксичная синильная кислота.
— И при обычной комнатной температуре она быстро испарится и наполнит воздух?
— Именно.
— О каком количестве идёт речь?
— Что ж, уже один-два миллиграмма синильной кислоты на килограмм массы тела действуют смертельно.
— Согласно протоколу, девушки весили пятьдесят семь и шестьдесят пять килограммов.
— Так, значит — позвольте подсчитать — около двухсот миллиграммов синильной кислоты.
— Сколько же таких восковых шариков потребовалось бы на одну плошку?
— Зависит и от их размера, но совсем немного. Четыре-пять, пожалуй. Однако радиаторы должны были быть включены на такой максимум, чтобы шарики расплавились.
— А они и были включены — ведь ночь, как мы уже выяснили, выдалась морозная. Но вопрос вот в чём: достаточно ли было такой обычной температуры отопления? Пригласим-ка ещё одного гостя — техника общежития. Здравствуйте, господин Эберт.
— Здравствуйте, господин Килиан.
— Господин Эберт, вы отвечаете не только за электрику и сантехнику в доме, но и за обслуживание радиаторов.
— Верно, я в общежитии, так сказать, и швец, и жнец, и на дуде игрец.
— Термостат в квартире Рианы и Улли был включён?
— Да, и это как раз самое странное. Он разогревал комнаты до двадцати четырёх градусов аккурат к часу ночи. А в это время обычно спят.
— Не исключено, что термостат перенастроил тот же человек, что разлил по плошкам аккумуляторную кислоту и подложил восковые шарики с цианидом. Но к чему такие сложности? Что скажете, госпожа доктор?
— Я, разумеется, не криминалист, но рискну предположить: ради отсрочки и из соображений самосохранения. Ведь и для самого преступника было бы крайне опасно вдохнуть эти пары.
— А ещё, конечно же, ради алиби — ведь к моменту смерти жертв убийца… или убийца-женщина, по всей видимости, был уже далеко. Уважаемая госпожа доктор Ханиш, уважаемый господин Эберт, я очень рад, что вы пришли, и благодарю за визит.
— Не за что, всегда пожалуйста.
— И это всё?
— Да, господин Эберт, это всё — а в следующем выпуске мы выясним, не было ли это вовсе не убийством, а изощрённым двойным самоубийством. Берегите себя — и не выкручивайте, пожалуйста, радиаторы на всю катушку.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ЧАСТЬ 6. ПРИГОВОР
ГЛАВА 49
Среда, 15 мая
За завтраком в отеле Пуласки отправил эсэмэску Маартену С. Снейдеру — намеренно короткую: он знал, как следователь из БКА ненавидит лишнюю болтовню.