Страница 8 из 61
При мысли о том, что этот полный жизни мужчина должен вскоре погибнуть от руки палача, у Авроры болезненно сжалось сердце.
— Ну что же, — с горькой усмешкой продолжал Николас, — несмотря ни на что, я намерен довести дело до конца — я обещал отцу позаботиться о благополучии моей сестры. И поэтому… — Николас сделал многозначительную паузу, пристально посмотрев Авроре в глаза, — я бы хотел сделать вам официальное предложение выйти за меня замуж.
Аврора отказывалась его понимать. Ей даже показалось, что она ослышалась.
— Вы это серьезно?
— Абсолютно. — Его красивый рот скривился в усмешке. — Уверяю вас, я серьезно отношусь к браку. Никогда никому я еще не предлагал руки и сердца и не стал бы делать этого сейчас, если бы не обстоятельства.
Аврора ошеломленно молчала. Затем села на край топчана.
— Мистер Сейбин, я не… — Она не находила слов.
— Вы обещали выслушать меня до конца, прежде чем дать ответ.
Аврора медленно подняла на него глаза.
— Да, но… Вы знаете, что сразу по возвращении в Англию я выйду замуж?
— Перси мне говорил. Вы обещаны герцогу Холфорду. Но ведь помолвка еще не состоялась?
— Нет. Потому что я носила траур по жениху. Но отец настаивает на браке с Холфордом.
— А вы, Аврора? Насколько я понял, выбор отца вам претит. Или я ошибаюсь?
— Нет, не ошибаетесь, — тихо произнесла Аврора.
— Тогда попробуйте оценить преимущества нашего союза. Вам не придется выходить за Холфорда. Это уже немало. Я встречался с герцогом, когда в последний раз приезжал в Англию. Он надменный, самодовольный деспот. Он превратит вас в свою рабыню.
Аврора молчала. Николас умел убеждать.
— Есть и еще преимущества. Я богат, леди Аврора, пожалуй, богаче Холфорда. Мне удалось убедить в этом Перси, после того как мы обсудили мое финансовое положение. Он остался вполне удовлетворен. Вы станете независимой, и отец не сможет распоряжаться вашей жизнью.
Весьма соблазнительная перспектива. Не зависеть от отца. Есть о чем подумать. И все же…
— Мне кажется, в качестве мужа я бы устроил вас больше, чем Холфорд. В любом случае вам не придется быть связанной со мной всю жизнь. Наш брак продлится всего несколько часов, максимум день. Потом вы станете вдовой.
Аврора вздрогнула — еще одно мрачное упоминание о нависшем над ним несчастье. Он старался не сгущать краски, не хотел, чтобы она его жалела, но истина от этого не становилась менее мрачной.
— Я понимаю, что злоупотребляю вашей добротой, но у меня нет выбора, — почти прошептал он, накрывая ее руку своей.
Это прикосновение заставило ее вздрогнуть. Аврора встала и принялась ходить по камере.
— Я же сказала вам, мистер Сейбин, что с радостью помогу вашей сестре, — стараясь не выдать волнения, проговорила Аврора, — не понимаю только, зачем мне выходить за вас замуж.
— Положение Равенны тогда будет более надежным. Как родственница, вы сможете вывезти ее в свет. Я, если не возражаете, мог бы переоформить опекунство на вас. — Сейбин помолчал, дав ей возможность переварить услышанное, после чего продолжил: — Но если вы выйдете за Холфорда, то ничего не сможете сделать для моей сестры. Скорее всего он запретит вам даже принимать ее у себя в доме: герцогиню может скомпрометировать общение с… экстравагантной девицей вроде Равенны.
— Пожалуй, вы правы, — задумчиво протянула Аврора, поднеся руку к виску. Холфорд, вне всяких сомнений, не разрешит ей общаться с Равенной, не то что ей покровительствовать. — И все же брак с вами — это такой странный шаг…
Сейбин вымученно улыбнулся:
— Возможно, вы стали бы более сговорчивой, если бы я повел себя по-другому. Подольстился бы к вам, подластился.
Аврора застыла на месте.
— Я не нуждаюсь ни в лести, ни в ласке, мистер Сейбин.
— Не нуждаетесь? — Глаза его заискрились весельем. — Тут я с вами не соглашусь. — Николас вздохнул и перешел на шепот: — Я действительно сожалею, что вынужден делать вам предложение при таких неприятных обстоятельствах. Будь по-иному, я приложил бы все силы, чтобы увлечь вас, но, увы, времени для этого нет. Не покривлю душой, если скажу, что ваша красота меня покорила.
Аврора смотрела на него, гадая, искренне он говорит или просто хочет казаться галантным. Николас Сейбин умел пользоваться собственным обаянием и поражал цель без промаха.
Глубоко вздохнув, Аврора сказала:
— Я не могу прямо сейчас дать вам положительный ответ. Мне надо все хорошенько обдумать.
— Что именно?
Хотя бы то, что Николас Сейбин не тот человек, за которого она хотела бы выйти замуж. Он слишком сильно влиял на нее, а это опасно. Живя рядом с ним, она могла себя потерять. Вот и сейчас он давил на нее. Но возможно, это потому, что речь шла о судьбе его сестры.
— Вряд ли я выбрала бы себе в мужья пирата. Вы сами признали, что склонны к насилию.
— Не помню, чтобы я делал подобные признания.
— Но капитан Геррод сказал, что при аресте вы убили одного из членов его команды.
Сейбин сжал зубы, продолжая смотреть ей прямо в глаза.
— Того человека ранил его же соотечественник. Я был безоружен, когда на меня навалились шестеро матросов. Когда я стал сопротивляться, один из них вытащил нож, а его товарищ случайно на него напоролся. Это произошло незадолго до того, как я потерял сознание. Полагаю, меня ударили бутылкой по голове. — Николас показал то место, где была рана. — Понимаю, почему вы не торопитесь принять мое предложение, — уже мягче продолжил он, — Не пристало леди выходить замуж за пирата, да еще висельника. — Он рассмеялся. — Будь вы моей сестрой, я не позволил бы вам подходить к такому, как я, ближе чем на милю. В свое оправдание могу лишь сказать, что в бытность свою капером всеми способами пытался сохранить наследство, оставленное мне отцом. А также его дело. Ваши соотечественники пытались разрушить все, что он создал, а я пообещал ему не допустить этого.
Его темные глаза словно заглядывали ей в душу.
— Я совершил, казалось, ошибку, решив, что смогу ускользнуть от британцев на Моитсеррате. Проявил преступное легкомыслие. Меня узнал один из людей Геррода, когда я снял комнату в гостинице и собрался отправиться к Равенне. Горькая ирония состоит в том, что меня выдал тот самый человек, которому я спас жизнь, не отправив его к рыбам заодно с остальной командой тонущего «Бартопа».
Аврора нахмурилась. Спасти команду вражеского судна — это, конечно, благородный жест, по от этого Николас Сейбин не становился святым.
— Геррод сказал, что вас зовут Капитан Сабля. Едва ли подходящее имя для джентльмена.
— Военная кличка, не более того. Заставляет врага дважды подумать, прежде чем атаковать мои корабли.
— Но вы обвиняетесь в убийстве, не только в пиратстве, — прошептала она, с тревогой вглядываясь в его лицо.
— К сожалению, люди на войне гибнут, леди Аврора. Я не намерен просить прощения за то, что стал капером. Уверяю вас, в этом есть доля вины капитана Геррода. Немало американцев погибло по его вине, среди них и мои друзья. У меня есть матросы, которые были незаконно захвачены флотом его величества, с ними обращались как с животными, многие умерли от непосильной работы на флоте. — Сейбин замолчал, с трудом сдерживая гнев. — Мое прошлое небезупречно, но в убийстве я не повинен. И никогда не проявлял насилия по отношению к женщинам, уверяю вас. Меня вам нечего бояться.
Аврора и не боялась его. Боялась чувства, которое он в ней вызывал одним лишь своим присутствием. Все ее тело было в огне.
— И прошу не забывать, наш союз недолговечен. Вам не придется годами терпеть меня. Максимум день. И на этот короткий промежуток времени я оставлю свои пиратские привычки.
Аврора отказывалась верить, что этот мужчина, в котором жизнь бьет ключом, скоро умрет.
— Вы делаете предложение так… хладнокровно, — пробормотала, хватаясь за соломинку, Аврора.
Николас покачал головой:
— Смотрите на это как на деловую сделку. Именно так в подобных случаях поступают леди вашего круга.