Страница 21 из 53
Отношения у них сейчас не самые лучшие, Ленька, несмотря на его амбиции и грубость, далеко не дурак и сразу ее заподозрит во всех смертных грехах. А также в чем-нибудь похуже. Нужно действовать тоньше. Вроде бы она усовестилась, решила ему помогать, главное – не спорить, в общем, вести себя примерно.
У себя в комнате Леня разложил на столе фотографии в хронологическом порядке и принялся их разглядывать.
– Леня, Пу И у тебя нету? – спросила Лола, заходя в его комнату, увидела, чем он занимается, и стала смотреть через Ленино плечо.
– Симпатичный мужчина, – проговорила она первым делом. – Только одет как-то невзрачно…
Вербицкий был в черной футболке, на которой были цветные изображения нескольких экзотических рыб.
– И еще, мне кажется, что он позирует, – добавила Лола после непродолжительного раздумья.
– Позирует? – переспросил Леня и еще раз присмотрелся к снимкам. – Почему ты так думаешь?
– Ну, смотри – он явно держится так, как будто знает, что находится в кадре. Ты уж мне поверь, я актриса, я знаю, как ведет себя человек, когда не знает, что его снимают, и когда знает! У него при этом совсем другая пластика…
– Ну да, пожалуй, ты права, – согласился Леня. – А здесь и вот здесь он прямо смотрит в камеру…
– Значит, он не случайно попал в кадр, – продолжила Лола, – он сделал это специально… только вот зачем?
– Он что-то хотел сообщить… допустим, он знал, что за ним следят, и не мог прямо связаться со своим компаньоном, и решил что-то ему передать… только вот как?
– Надо подумать… может быть, дело в его футболке… – Леня увеличил фотографию так, что изображенные на ней рыбы стали отчетливо видны. Под каждой рыбой было написано ее латинское название.
Леня придвинул к себе чистый блокнот и аккуратно выписал в него:
«Seriola», «Labrax», «Lucerna».
Затем он включил компьютерный словарь и нашел в нем общеизвестные названия тех же рыб. Seriola оказалась желтохвостом, иначе лакедрой, Labrax – лавраком, или известным всем сибасом, а яркая, красивая Lucerna – триглой, или морским петухом.
– И что это нам дает? – осведомилась Лола, ознакомившись с результатами поиска.
– Не знаю… пока не знаю, но на всякий случай запомню.
– Может быть, нужно подойти к вопросу с другой стороны?
– Это с какой же? – проворчал Маркиз.
– Не знаю! Пока не знаю! – передразнила его подруга.
– А может быть, ты и права… может быть, сообщение не в надписи на футболке, а в его маршруте…
Леня перевел взгляд с фотографий на список улиц, где эти снимки были сделаны.
– Шамшева, Ораниенбаумская, Кронверкская, Ижорская, улица Маркина, Ординарная… нет, не так…
На этот раз Леня расставил названия улиц в том же порядке, что и фотографии, и снова стал их читать:
– Кронверкская, Ижорская, Маркина, Ординарная, Шамшева… получается Кимош… чушь какая-то!
– Шамшева? – задумчиво проговорила Лола. – На улице Шамшева находится очень известный бутик – «Наина»… у них сейчас, кажется, распродажа… Мне как раз прислали сообщение на мобильник…
– «Наина»? – переспросил Маркиз. – Там что, продают всякие приворотные зелья, метлы, сушеных мышей и прочие аксессуары для начинающих ведьм?
– Почему это для ведьм? – обиделась Лола. – Там продают одежду лучших европейских брендов!
В это время из-под дивана выбрался Пу И. В зубах у него была какая-то скомканная бумажка.
– Странно! – проговорил Леня, не обращая внимания на песика. – Наина – старая колдунья, очень уродливая! Кому пришло в голову назвать так бутик модной женской одежды?
– Этот бутик один богатый человек подарил своей жене, а ее зовут Наина. Так что все понятно… Кстати, умеют же некоторые люди делать подарки! – Лола мечтательно вздохнула. – Вот ты никогда не делал мне таких ценных подарков! А ведь мы с тобой так давно знакомы, так давно работаем вместе!
– Действительно, понятно! – оживился Маркиз, сделав вид, что не заметил ее последнюю реплику, или действительно не заметив ее. – Точно, здесь на заднем плане видна вывеска этого бутика! Так что, наверное, вместо «Ш» нужно поставить «Н», а потом еще одно «О» – Ораниенбаумская! И вместе получается «Кимоно»!
– Кимоно в бутике «Наина» не продают, – меланхоличным тоном сообщила Лола.
Только теперь она заметила Пу И с бумажкой в зубах и строго обратилась к песику:
– Пу И, немедленно выплюнь эту гадость! Я тебе говорила – не хватай что попало, у тебя может быть несварение…
Лола потянулась за бумажкой, песик решил, что она с ним играет, и отскочил к Маркизу. Леня машинально подхватил его на руки, отобрал бумажку и расправил ее:
– Что тут у тебя, Пу И? Какая-то рекламная листовка… наверное, в почтовый ящик бросили… сколько раз я говорил, незачем всю эту рекламную макулатуру тащить в дом, нужно выбрасывать ее, не заходя в квартиру…
– Вот и нет, – привычно возразила Лола. – Иногда в ящике попадается что-то полезное, вот на прошлой неделе в ящик положили рекламу очень хорошего нового корма для маленьких собачек. Кстати, ты так и не съездил…
– Но это совершенно бесполезная бумажка! – поспешно перебил ее Маркиз. – Рекламируют какой-то японский ресторан… все время подсовывают в почтовый ящик какую-то дрянь…
Леня снова уставился на яркую листовку, и вдруг брови его поползли наверх:
– Вот оно! Нашел!
– Что еще ты там нашел? – проворчала Лола. – И если кто-то действительно что-то нашел, то вовсе не ты, а Пу И! А ты, как обычно, присваиваешь чужие заслуги…
– Пу И, ты молодец! – Маркиз подбросил песика, ловко поймал его и поцеловал в нос, после чего спустил на пол. Затем повернулся к Лоле и с выражением прочитал:
– Ресторан традиционной японской кухни «Кимоно»! Бармалеева улица, дом шесть! Там же, на Петроградской стороне! Вот куда хотел отправить нас Вербицкий!
Леня поднялся и добавил деловым озабоченным тоном:
– Лолка, мы немедленно идем в этот ресторан. Одевайся, и постарайся сделать это быстро.
– Вообще-то я предпочитаю итальянскую кухню, – закапризничала Лола, – Японская кухня сейчас вышла из моды. Все уже объелись этими суши! И мне совершенно нечего надеть…
– Лолка, прекрати этот театр одного зрителя! – строго проговорил Маркиз.
За время совместной работы Лола хорошо изучила своего компаньона, и она знала, когда шутки кончаются и начинается настоящая работа. В таких случаях нужно немедленно прекратить капризы и беспрекословно выполнять указания своего сурового напарника.
Она исчезла у себя в комнате и всего через десять минут появилась в прихожей, одетая и подкрашенная.
Причем, учитывая то, что они направляются в японский ресторан, она выбрала лиловое шелковое платье в иероглифах и даже подкрасила глаза так, что в ее лице появилось что-то восточное.
Леня оценил ее вкус, а особенно – удивительную скорость, с какой его боевая подруга сумела собраться, и показал ей большой палец. Лола в ответ высунула язык.
Через полчаса партнеры вошли в японский ресторан на Петроградской стороне.
У входа их встретил мрачный швейцар в коротком черном кимоно, с японским мечом-катаной на поясе. Узкие глаза, собранные в узел черные волосы и непреклонная решимость во взоре довершали его сходство с самураем.
Лола и Маркиз прошли к свободному столику, устроились с удобством и огляделись.
Тут же подошла молоденькая официантка в голубом кимоно, положила перед ними меню, написанное от руки тушью на шелке, и поставила чайник из черной японской керамики.
– Японский чай, – проговорила она с заметным акцентом, – за счет ресторана. Очень хорошо для аппетита, – и, низко поклонившись, замерла в ожидании заказа.