Дети времени

7.2 Что за грубый зверь

Далеко за пределами материальных щупальцев, которыми пауки окружили свою планету, лежит и более обширная паутина. Биотехнологические рецепторы в холодном космосе слышат радиосигналы, ждут возвращения беззвучных призывов в пустоту и выискивают нарушения в силе тяжести и электромагнитном спектре – дрожания нитей, которое даст им знать, когда к ним заявится гость.

Они готовились к этому дню на протяжении жизни многих поколений. Вся планета это делала – с тех самых пор, как им наконец удалось преодолеть пропасть между ними и Богом и сблизить кончики пальцев с кончиками лап. Вся их цивилизация объединилась с одной целью – и этой целью стало выживание.

Посланник целую вечность пыталась их подготовить, переплавить по Своему образу и подобию и дать им оружие. Она считала, что оно им понадобится, чтобы дать отпор. Только когда Она перестала обращаться с ними как с детьми… как с обезьянами… то смогла сделать то, что, наверное, должна была сделать изначально: сообщить им о проблеме и позволить найти такое решение, которое вписывается в их мышление и в их технологии.

Одним из плюсов того, что Бог перестала действовать непостижимо, стало то, что вся планета обрела прежде не ведомое единство. Ничто так не фокусирует коллективный разум, как угроза полного уничтожения. Посланник постоянно заверяла, что у пауков не будет будущего, если они не окажут «Гильгамепгу» сопротивления. Она прошерстила все свои обрывочные воспоминания об истории своего вида и нашла только иерархию разрушения: ее вид уничтожил фауну на планете Земля, потом обратился против своих родственных видов и, наконец, когда других подходящих противников не осталось, уничтожил самого себя. Человечество не выносит соперников, так Она им объяснила – даже в виде собственного отражения.

С тех пор на протяжении жизни многих поколений политическое единство паучьих городов трудилось над созданием этого громадного орбитального присутствия, используя все доступные им средства. Пауки вошли в космический век с отчаянной решительностью.

И вот сейчас Бьянка смотрит на темнеющее небо, на невидимую филигрань Большого Звездного Гнезда – орбитального города – и понимает, что предпочла бы, чтобы во время ее жизни этого не случилось.

Враг приближается.

Она никогда не видела этого врага, но знает, как он выглядит. Она выискивала древние Понимания, сохранившиеся в веках, которые уходили к тому времени, когда ее виду грозило истребление от челюстей гораздо более понятного противника. Ибо во время своего покорения муравьиной сверхколонии сородичи Бьянки столкнулись с теми, кто теперь ей известны как люди. В те дни в мире существовали великаны.

Теперь она видит (глазами давно ушедшего предка) того пленного монстра, что упал с неба – не от Посланника, как тогда считалось, а от этой приближающейся угрозы. Они и не подозревали, что это предвестник конца.

Трудно поверить, что такое громадное медлительное существо было разумным, – но, оказывается, было. Более чем разумным. Вот такие штуки – и Посланник тоже когда-то была такой штукой – и являются исходной расой, древними астронавтами, ответственными за всю ту жизнь, что развилась на планете Бьянки. И теперь они возвращаются, чтобы исправить свою ошибку.

Размышления Бьянки приводят ее из огромного мегаполиса Семи Деревьев к ближайшей якорной точке, быстро перемещая по канату в капсуле, приводимой в движение искусственной фотосинтезирующей самодостаточной мышцей. И вот она выходит, ощущая вокруг себя громадные открытые пространства. Большая часть ее мира лежит в зоне тропиков, а умеренный пояс все еще отдан лесам – либо в сельскохозяйственных целях, либо как заповедники дикой природы, либо как материал для каркасов, которые пауки используют при строительстве своих городов. Однако районы вокруг якорных точек расчищены – и перед ней встает громадный шатер с шелковыми стенами высотой в сто футов, сходящийся в одной точке, которая уходит на огромную высоту, за пределы возможностей ее зрения. Однако она знает, куда именно уходит этот трос: вверх, за границы атмосферы, а потом все дальше и дальше – тонкой нитью проходя половину пути до луны. Экватор усеян такими якорями.

Та давняя воздухоплавательница была права: существует более легкий способ вскарабкаться наверх и вырваться из гравитационного колодца на орбиту: достаточно было просто спрясть достаточно прочную нить.

Бьянка встречается со своими ассистентами – молчаливой группой из пяти самок и двух самцов, – и они спешат к еще одной капсуле. На этот раз в движение кабину приводят всего лишь принципы механики, примененные в огромном масштабе. Невероятно далеко находится сравнимый по тяжести груз, уже начавший движение к поверхности планеты. Благодаря применению той математики, которая освоена пауками уже много столетий назад, кабинка Бьянки начинает свой длинный подъем.

Она – генерал, тактик. Ей предстоит занять свое место в деловитом сообществе, известном как Большое Звездное Гнездо, чтобы командовать обороной планеты от инопланетных захватчиков – Звездных Богов. Именно она отвечает за выживание своего вида. Множество более мощных умов, чем ее собственный, составили план, который она попытается воплотить в жизнь, но именно от ее решений будет зависеть успех или провал.

Путь наверх долгий, так что у Бьянки полно времени для размышлений. Враг, с которым они столкнутся, – порождение невообразимых технологий, продвинувшихся далеко за пределы мечтаний величайших ученых ее расы. Они используют металл, огонь и молнию – подобающие инструменты для мстительных божеств. В ее распоряжении только легко рвущийся шелк, биохимия и симбиоз – и отвага всех тех, кто вручил ей свою жизнь.

Нервничая, она прядет и разрушает, прядет и разрушает – пока ее саму и ее соратников тянут к темным просторам космоса и сверкающей сети, ставшей величайшим архитектурным шедевром ее народа.

Порция, уже находящаяся на орбите в охватившей планету трехмерной скульптуре, которую называют Большим Звездным Гнездом, готовится к битве.

Громадная экваториальная паутина усеяна обиталищами, которые протягиваются от одного к другому, объединяются, расширяются или демонтируются. Это стало для пауков образом жизни, и они на удивление быстро к нему приспособились. Они – представители вида, которому очень подходит жизнь в постоянном свободном падении вокруг планеты. Они рождены, чтобы карабкаться и ориентироваться в трех измерениях. Их задние лапы служат мощным средством перепрыгивать туда, куда их точно нацеливают зоркие глаза и острый ум, а если они и промахнутся, то у них всегда есть страховка. Как это ни странно, но, как представляется Порции и многим другим, они рождены, чтобы жить в космосе.

Старые неуклюжие скафандры, которые когда-то первые воздухоплаватели надевали, чтобы оказаться в верхних слоях атмосферы, давно отошли в прошлое. Порция и ее команда пересекают прочерченный решетками вакуум быстро и ловко, совершая маневры, необходимые для подготовки к будущему бою. Большая часть скафандра расположена у них под брюхом: в легочные книжки поступает воздух, который химически вырабатывается по мере надобности, а не запасается в баллонах. Благодаря тренировкам и относительно нетребовательному метаболизму они могут оставаться в космосе в течение многих дней. Химический нагреватель крепится у них под телом рядом с компактным радио. Маска с линзами защищает глаза и рот. Прядильный орган на кончике брюшка соединен с крохотной шелковой фабрикой, которая прядет нити – чудовищно прочные нити – в безвоздушном пространстве. И, наконец, у них есть ранец с ракетным топливом и регулируемыми соплами, обеспечивающими им направленный беззвучный полет в пустоте.