Госпожа Лидия

– Могу я коснуться вас, госпожа, ртом? – всё так же робко повторил свой вопрос Барчи, на секунду перестав ласкать мою грудь.

Наверное, только из-за этого я смогла достаточно хорошо мыслить в этой ситуации.

Быстро оценив горящие похотью глаза, дрожащую от возбуждения плоть, что уже успела испачкать мою юбку, я приняла решение прервать наш урок танцев и заняться куда более приятными вещами.

– Можешь. – словно противореча самой себе я толкнула мужчину в грудь, от чего он пошатнулся, спотыкаясь о собственные ноги.

– Госпожа? – испугавшись, что его вопрос разозлил меня, Барчи подобно верному псу, опустил голову и посмотрел на меня, сложив брови домиком, и закусив нижнюю губу.

Но я не стала тратить время на слова, решив действовать. Взявшись за пояс, я легко стянула юбку до середины бедра. Дальше она уже сама упала на пол, оставив меня абсолютно голой.

Если во время танца я считала себя непривлекательной гусыней, то после разговора с Барчи, оставшись без одежды я чувствовала себя едва ли не богиней, да простит меня Стефилия за сравнение.

Щёлкая каблуками по паркету, я дошла до дивана, специально виляя бёдрами, чтобы заставить Барчи буквально истечь слюной. Стоило мне сесть на мягкую светлую обивку, широко расставив ноги, давая мужчине лучший обзор на свои прелести, как он в буквальном смысле схватился за сердце.

Не успела я испугаться, что довела бедного мужика до инсульта, как он заговорил:

– Госпожа. – его голос был полон восхищения. – Ранее я мог лишь представлять, как вы красивы без одежды. Теперь, я могу сказать, что моя фантазия скудна, ведь и в самых сокровенных видениях я не представлял такой красоты.

Сколько пафоса! В этом мне больше нравился Бахум, что отдавал предпочтение грубым, немного пошлым словам, а не крылатым фразам, словно их взяли из прошлого тысячелетия.

– Меньше слов, Барчи. – чтобы простимулировать его, я легла на спину, развалившись на сидение, и положила руки на грудь, играясь с ней, перекатывая между пальцами ноющие соски. – Иди ко мне и доставь удовольствие. Я приказываю. – почувствовав свою власть над ним, я не могла не покомандовать.

Хотелось посмотреть, как он будет исполнять мой приказ. И Барчи меня не разочаровал.

Он словно барс, бросился на меня, накрыв своим телом, набрасываясь голодным ртом на мои жаждущие внимания соски.

– Да… – радостно зашептала, ощущая горячий влажный рот, что жадно сосал вершину, как голодный младенец.

Раньше я особо не любила, когда мужчины нависали надо мной, придавливая своим телом к кровати. Казалось, что я в ловушке, из которой нет выхода. Но благодаря стараниям Бахума и Эрима я осознала, что прошлое осталось в прошлом. А в настоящем я госпожа, эрсхонка, и мне ничего не угрожает в моём собственном доме.

В этой позе, когда его рот ласкал мою грудь, из-за разницы в нашем росте, он не мог проникнуть в меня, что сильно злило. Как бы мне не было приятно, когда он буквально поклонялся моим сиськам то облизывая, то покусывая соски, оглаживая большими ладонями кожу, я хотела ощутить его мощь в себе.

Борода слегка колола кожу, добавляя пикантности ощущениям. Щетина мужей была более жёсткой, а у Барчи борода была как мех британского кота. Набивная и щекочущая.

Внизу я была такой мокрой, уже предвкушая как буду чувствовать себя насаженная до упора на горячую плоть раба. Между бёдер было мокро и горячо, а киска пульсировала в такт сердцебиению, умоляя заполнить её пустоту толстым членом.

– Барчи. Барчи. – с каждым разом всё требовательнее звала раба, но он не отвлекался от своего дела, будто от этого зависела его жизнь. – Барчи! – пришлось стукнуть его по плечу, так как этот младенец переросток так увлёкся сосанием груди, что видимо оглох.

Он с влажным хлопком выпустил изо рта почти половину моей груди, что уже покраснела от его стараний. Соски приятно покалывало, а сами они напоминали твёрдостью и цветом рубины. Чую, ближайшие дни ношение лифчика станет для меня сложностью, сопряжённой с болезненными ощущениями. Но ещё это будет доказательством нашей страсти, и я буду помнить об этом каждый раз, когда соски будут царапаться о ткань.

– Госпожа, вам не нравиться? – он отстранился, приподнявшись на руках, нависая надо мной. – Я что-то сделал не так?

Именно в такой позе всё было так. Сейчас, когда он нависал, его нижняя часть тела была плотно прижата ко мне. Его твердыня упиралась во влажный вход. Всего один шаг отделял нас от того, чтобы быть единым целым. И я очень хотела, чтобы Барчи сделал этот шаг как можно скорее.

– Всё так, – быстро затараторила, чтобы он не потерял нужный настрой, – просто мне этого мало. – запустила руку в его волосы, наслаждаясь их шелковистостью и прохладою. – Я хочу, чтобы ты вошёл в меня и как следует растянул свои членом.

Я словно горела изнутри, пылала страстью. Ещё миг и я бы просто набросилась на него, насилуя.

Видимо что-то такое было на моём лице, потому что Барчи не стал переспрашивать, а просто решил выполнить мой приказ.

Опустив руку, он направил своё орудие точно в цель и за один толчок проник внутрь на всю длину.

Киска сладко заныла от растяжения, всё же он был значительно толще, чем я привыкла, хоть и уступал в длине, не доходя до матки, как делали мужья. Ощущать себя растянутой до предела было необычно, но приятно.

Казалось, что каждый вздох даётся с трудом. Мышцы судорожно сжимались вокруг пульсирующей плоти.

– Я, – жадно хватая ртом воздух, я обвила его за пояс ногами, упираясь пятками в его крепкую задницу, – хочу почувствовать тебя в себе. Твои толчки. Перестань думать, как раб и возьми меня, как если бы я была просто женщиной, а ты просто мужчиной.

Наверное, я сошла с ума, прося о таком кого-то, кто не являлся моим мужем, но мои мозги заволок туман желания, а тело требовало разрядку. И так как Эрим и Бахум не были против наших сексуальных игрищ с рабом, даже подталкивали меня начать их, я могла с чистой совестью отдаться на волю своих чувств.

Барчи вдруг резко стал серьёзен, почти как во время нашей беседы на полу. Его голубые глаза взяли в плен мои, гипнотизируя подобно змее. Он медленно согнул руки в локтях, опуская своё лицо к моему, замерев, когда наши носы соприкоснулись.

Всего миг мы были в этой страной позе. Моё сердце учащённо забилось в груди, казалось, что вот-вот выпрыгнет наружу. Губы пересохли, их согревало его дыхание.

В этот момент все условности и статусы между нами перестали существовать. Не раб с госпожой лежали на диване, а просто женщина и мужчина, что испытывали друг к другу больше, чем просто симпатию.

Когда наши губы соприкоснулись, мои ресницы трепеща опустились, погружая разум в полумрак, где я могла ощущать всю палитру чувств: нежность, трепет и… любовь.

Не знаю как, но я через поцелуй поняла, что любима Барчи. Он относился ко мне не как к госпоже, а как к девушке, которая тронула его сердце. Его губы были мягкими, словно зефир. А пахло от него как от моего любимого десерта – вишнёвого варения.

Я не могла надышаться им. Руки жадно оглаживали его крепкие плечи, зарывались в гриву волос, сгребая её в кулак, но не для того, чтобы оттолкнуть, а наоборот.

Наш поцелуй не был страстным, он был нежным. Каждое касание губ, языка будило во мне что-то тёмное, сильное. Оно требовало присвоить себе этого самца, стать его центром Вселенной.

Никогда бы не подумала, что являюсь такой страшной собственницей, но сейчас не могла спорить с очевидным. Я хотела обладать Барчи, сделать его своим и никогда не отпускать от себя дальше, чем могу видеть.

Руки, что до этого лишь ласкали его, впились в кожу, оставляя красные царапины, что станут свидетельством нашей близости и будут напоминать мне о ней каждый раз, когда взгляд упадёт на его спину или плечи. А так как он ходит всегда в одних шароварах, я буду помнить о-о-очень долго.