Госпожа Лидия

– Вы слишком много думаете, госпожа. – опять сделал замечание мой строгий учитель. – Ваши движения дёрганные, резкие, а должны быть лёгкими и плавными. Не думайте, а просто живите танцем.

– Я пытаюсь! – в расстройстве всплеснула руками, сдирая резинку с пучка, который стал только хуже от моих попыток изобразить что-то сносное. – Но у меня ничего не выходит.

В бессилии я просто села на пол, скрестив ноги по-турецки, уперев локти в колени и уронив голову на ладони. Мне было тошно от этой комнаты, от музыки, даже от Барчи. Он казался мне чересчур правильным и идеальным.

– Госпожа. – тихий голос Барчи был полон неуверенности.

Казалось, он в одной комнате с гремучей змеёй, а не с адекватной женщиной, которая просто расстроена.

Он сел рядом со мной, я поняла это по шороху ткани. Вот так мы сидели и молчали, пока у меня не лопнуло терпение.

Я убрала руки от лица и посмотрела прямо на него, встретив его пронизывающий, как у хаски, взгляд. Он не был зол, огорчён или обижен, просто смотрел на меня как на загадку, пытался найти ответ на какой-то свой вопрос.

– Что? – грубо спросила, смутившись от столь пристального внимания.

Раньше, когда он просто пялился на мои сиськи, я чувствовала себя уверенно, но, когда его взгляд наполнился этим слишком взрослым выражением, я начала чувствовать себя неуютно.

– Простите, госпожа. – он слегка улыбнулся. – Я просто думал, почему такая красивая женщина стесняется своего тела.

Его слова заставили меня задуматься.

После вчерашнего вечера, когда я отпустила прошлое, я стала проще относиться к своему голому телу. Даже волосы сегодня собрала, оголяя спину со шрамами, что никогда не делала до этого.

Но в словах раба всё же была немалая доля правды.

Когда танцевала, смотрела в отражение зеркала и видела не прекрасную женщину, а неуклюжую гусыню. Бёдра казались слишком широкими и круглыми, руки тонкими, а ноги, наоборот, толстыми.

Я вдруг резко начала сомневаться в себе и искать другие недостатки. Например веснушки. Они у меня буквально везде: на руках, плечах, спине и даже на лице. Я раньше не обращала на них внимание, но видя идеальную золотистую кожу мужей и знакомых эрсхонцев, что блестела словно припорошённая шиммером, я начала осознавать, как сильно мы отличаемся. И, возможно, в их глазах я дурнушка, которую можно только пожалеть.

– Я не похожа на эрсхонок. – в итоге пришла я к этому очевидному и печальному выводу.

Раб удивился моим словам. Его голубые глаза стали такими круглыми, как у совы. Он несколько раз открывал рот, но почти сразу же закрывал, пытаясь найти подходящие слова.

– Госпожа Лидия, – осторожно начал он, придвигаясь немного ближе, – но вы же родом с другой планеты. Логично, что у наших видов есть различия, пусть мы и относимся к гуманоидным расам.

– Да, знаю я! – резко оборвала его, в раздражении запуская руку в гриву, растрёпывая и без того взлохмаченные волосы. – Просто… – не знала, как описать то чувство, что поселилось во мне, когда я посмотрела на себя в зеркало. – Я не уверена, что устраиваю мужей. Да, они меня любят, я в этом не сомневаюсь. Но, возможно, они хотели бы кого-то похожего на них.

– О чём вы? – ещё больше растерялся Барчи.

– Ну, например, моя грудь. – вспомнив, как часто ловила его взгляд на своих сиськах, я задумалась, а не было ли это сочувствие или отвращение из-за отсутствия второй пары молочных желёз. – У меня даже соски не похожи на те, что у эрсхонок, не говоря уже про количество.

– Госпожа, – растерянно протянул Барчи, касаясь своей бородки, – я не совсем понимаю вас. Вы очень красивая! Господин Эрим и господин Бахум невероятные счастливцы, что вы выбрали их в свои спутники жизни. Многие эрсхонцы мечтают стать мужьями или хотя бы рабами у землянки.

– Но почему? – широко раскрыв глаза от новой информации, я повернулась к нему. Теперь мы сидели друг напротив друга, почти соприкасаясь носами. – Мы же отличаемся от ваших женщин.

– В этом нет ничего плохого. – Барчи слегка повёл голым плечом. – Нам нравится ваша кожа, что меняет свой цвет от количества времени, что вы проводите на улице. И вашу грудь удобнее ласкать, а ваши соски похожи на сосочки эрсхонок в период кормления детей. Только молоко не течёт.

Его описание немного смутило меня. Соски, как у молодой матери это хорошо или плохо?

– Это прекрасно. – мечтательно протянул раб, отвечая на мой вопрос, который я случайно высказала вслух, едва ли не причмокивая губами. – Мне нравилось во время обучения ласкать соски у андроидов, особенно у землянок. К сожалению, только у нескольких рас это эрогенная зона.

От новой информации щёки обожгло смущением, а обсуждаемая часть тела напряглась, выделяясь на фоне синей ткани.

– У вас ещё остались сомнения в красоте вашего тела, госпожа? – решил продолжить наш внеплановый сеанс психотерапии Барчи.

Стоит признать, от нашего разговора мне стало немного спокойнее, хотя и оставалась ложка сомнений.

– Тебе не кажется, что у меня непропорциональная фигура? Бёдра слишком широкие, ноги толстые? – перечислила свои нюансы, на которые успела обратить внимание во время разминки. – Только прошу, не нужно льстить или врать, я не обижусь и не разозлюсь, если ты ответить горькую правду. – понимая, что Барчи, как раб не может грубить мне, я попыталась дать ему свободу слова. – Клянусь, что не буду тебя наказывать.

Барчи улыбнулся. Его рассмешили мои слова.

– Госпожа, – он осторожно, словно боясь, что его отдёрнут, положил свою большую ладонь на мою, – мне не нужно вам лгать. Потому что я считаю вас одной из самых прекрасных женщин, что я видел за свои пятьдесят лет. – от возраста раба я немного оробела, ведь он мне казался более юным. – У вас пышные и красивые формы, яркие длинные волосы, глаза, что меняют цвет в зависимости от вашего настроения и улыбка, что освещает всё вокруг. – он поднял мою руку к своим губам, оставляя на костяшках горячий след. – Если судить по взглядам ваших супругов, они со мной одного мнения. Вы очень красивы, госпожа. И у меня есть идея, как вам это доказать и научить танцевать, не стесняясь своих форм.

– Как? – заинтересовалась его идеей.

Барчи и ранее казался мне достойным мужчиной, но после нашего разговора я окончательно осознала, что он незаметно стал важным членом нашей семейки. Сын его обожал, мужья доверяли, и у меня от его слов на сердце потеплело, стало легче дышать.

Он не просто описал мои прелести, но буквально стёр страхи, заставил поверить в то, что я ослепительна и привлекательна, что мне нечего стесняться.

– Очень просто. – он слегка прищурил глаза, медленно осмотрев меня от оголённых коленок до низкого декольте бюстгальтера. – Просто нужно снять всё, что скрывает ваши аппетитное тело. Когда вы увидите себя голой, сможете понять, почему у меня и других мужчин вы вызываете желание.

Я в шоке замерла перед ним.

«Он реально предложил мне раздеться перед ним и станцевать голой? Может у меня слуховая галлюцинация.» – пыталась объяснить себе услышанное.

Но Барчи был предельно серьёзен, а его закушенная в предвкушении губа, намекала громче слов, что он ждёт моих действий.

С другой стороны, он мой постельный раб и я хотела перейти с ним на новый уровень, так не лучшая ли сейчас возможность? Если не пересилю себя сейчас, оголившись перед ним, то смогу ли сделать это вообще, вопрос довольно тяжёлый.

«Чем ты рискуешь?» – голос богини правосудия, что резко раздался у меня в голове, заставил подпрыгнуть на месте. – «Ты и твой раб, больше никого тут нет. Так почему бы тебе не расслабиться, отдаться на волю чувствам и желаниям?»