Варвар

И вот длинный германец наконец-то скинул свой плащ – видать, разгорячился, – бросил в траву. А Радомир кинулся на добычу словно коршун – ухватил, свернул, сунул под мышку и метнулся в сторону. Только отойдя шагов на двадцать, как ни в чем не бывало набросил на плечи. А никто и не обернулся даже. Вот она, волшебная сила искусства! Расправив плечи, молодой человек напустил на себя важный вид – ни дать ни взять какая-нибудь чиновная харя на лимузине с мигалкою, а ну-ка, р-расступись, быдло!

С самым важным видом проследовав к узилищу, Радомир щелкнул пальцами и заорал:

— Эй, кто тут есть?

— Да, господин! – Подскочив, часовой с копьем склонил голову. – Что угодно?

— Командира своего позови, – сквозь зубы приказал Родион. – Да побыстрей шевелись, некогда мне тут!

— Сейчас, сейчас. – Юный воин торопливо приложил ладони ко рту и позвал: – Вильфрид! Вильфрид! Десятник!

Появившийся на зов усатый толстяк с мечом на украшенной серебром перевязи поначалу шествовал лениво, грозно нахмурившись – мол, оторвали от важного дела.. Однако, заметив богатый плащ, враз переменился – подтянулся, прибавил шагу.

— Звали, господин? Что случилось?

— Здесь у вас сидит гунн по имени Миусс?

— Сидит, господин.

— Давай его сюда, сам херцог требует.

— Да, господин! – Десятник кивнул подчиненному: – Приведи! Мы можем сами доставить заключенного к херцогу, – добавил он, вновь обратив почтительный взгляд на Радомира. – Только скажи, господин, к какому именно?

— Заключенного требует херцог Варимберт. И немедленно, так что я должен доставить его сам.

— А, вон оно что! Видать, серьезное дело.

Дожидаясь, пока Миусса приведут, Радомир с притворно скучающим видом посматривал по сторонам. До чего же просто все получились! А всего-то – богатый плащ надел да начальственное лицо сделал. Ни документов не спрашивают, ничего.. Что если попробовать и к Хильде так пройти? Но это же во дворец надо, а там подобный номер едва ли пройдет – здешние вельможи все друг друга знают..

— Вильфрид, ты почему здесь? – вдруг раздался рядом надменный голос.

— Это я вызвал! – Радомир обернулся, быстро состроив недовольную физиономию.

— Понял, господин!

Подошедший в это время молодой германец низко поклонился, потом выпрямился, поднял глаза.. И Родион узнал Эрмольда.

Нечего говорить, что и гот немедленно его узнал. И выхватил меч.

— Сюда! Все сюда! Хватайте лазутчика!

— Но, господин.. – Десятник пришел в изумление.

— Разуй глаза, Вильфрид, на нем же плащ сотника Арбольда! Не узнал?

— И правда! – сообразил десятник. – Арбольда!

— Он еще и вор! Что же ты стоишь, Вильфрид?

Итак, двое с мечами, еще трое бегут на подмогу. А он, Радомир, один и без оружия. Что же остается? Играть ретираду, как говорили в более поздние, но не менее романтические времена.

— Лови! – Бросив плащ прямо на выставленные мечи, молодой человек со всех ног рванулся к воротам.

Почему Эрмольд вдруг назвал его лазутчиком? А черт знает! Может, хотел напакостить, не рассказывая никому истинную историю их взаимоотношений. Ну, Эрмольд, сволочь готская! Не по его ли навету заключен в узилище Миусс? Он ведь подлецу тогда ладонь прострелил.

На бегу Родион оглянулся – брошенный плащ задержал врагов ненадолго, и они настигали. Куда дальше? Носиться наперегонки возле самых ворот опасно, здесь слишком много стражи. А погоня все ближе – стражники размахивают мечами, потрясают копьями, орут: держите его, держите! Вот уже дозорные у ворот заинтересовались, обернулись. Господи, что же делать-то?

Понимая, что надо остановиться, Родион тем не менее не хотел попасть в руки преследователей. Была бы толпа, чтобы в ней затеряться.. Где ее взять?

Осененный новой мыслью, Родион, не замедляя хода, рванул прямо на воротную стражу; выпучил глаза, заорал вовсе горло:

— Пожар! Пожар! Горим, братцы!

— Что такое? Где пожар? – Опустив копья, стражники встревожились, начали озираться.

Шедшие по своим делам слуги собрались у ворот, подъехали ближе какие-то всадники.

— Что, что такое?

— Говорят – пожар!

— Пожар? А где горит-то?

— Где-то у дворца..

— А не дворец ли?

— Дворец и горит – он же деревянный!

— Скорее бежим, скорее!

Напрасно подоспевший Эрмольд вертел головой и кричал про лазутчика, напрасно пытался отыскать беглеца среди поднявшейся суматохи – никто его даже не слышал.

— Бежим ко дворцу, воины! – гомонили со всех сторон.

— Ведра, ведра тащите! Бадьи!

— Воды давайте!

— Добро выносить!

Все кругом суетились, бегали, кричали. Но расслабляться было рано: Эрмольд, не слушая криков о пожаре, продолжал выискивать в толпе Радомира. Хитрая сволочь, предусмотрительная и мстительная, его так просто не одурачишь. Что же теперь делать – бежать вместе со всеми к дворцу? А когда станет ясно, что никакого пожара нет?

— Эй, парень! – Какой-то всадник осадил коня прямо перед юношей. – Прыгай сзади, и едем.

Радомир живенько взобрался на круп гнедого конька, покрепче ухватился за сидевшего в седле парня:

— Едем? Куда?

— Куда-нибудь подальше отсюда! – обернувшись, расхохотался всадник.