Страница 1 из 4
Глава 1
Свободное падение
I
Представьте себе иную реальность. Что вы в ней видите? Что мерцает за ставнями, которые смирно охраняют вход в блаженные врата? Эта история от одного человека, что устремил свой взор на погружение. Дорогой читатель, скоро ты поймешь о чем пойдет речь, только терпение.
Штильсберг город, который никогда не забуду, своими красотами он меня воодушевил. Я будто стал новым человеком. Мой возраст сто шестьдесят восемьдесят семь лет, я уже далеко немолод, а внутреннее состояние еще древнее. О, мое лицо оно похожее на рыхлое пальто, где можно углядеть остатки многоликих шрамов, ран. Я думал никогда уже не увижу иного своего лика, однако жизнь часто преподносит неожиданные подарки. Я чуть ли не впадал в непроходимое отчаяние, но некое провидение остановило меня, оно ласково и жизнеутверждающе сказало мне: «Ты встретишь дары, которые тебе уготованы на столь зрелый возраст. А так ли важен возраст в мире, в котором ты находишься? Это другая форма мира, словно во сне предстали все предметы, они будто ожили, заново наполнились неведомой для них ранее жизнью. Не отрадно ль прибывать в мире, где всё по-мистически манящее, и даже пленяет взор, тех кто и вовсе погрузился в шумную, ”бродяжную” жизнь.»
Когда я услышал её обращение ко мне легкость заполонила мою душу, как будто взяв за руку к новым высотам, а точнее к покорению их. И после облегчения меня повели в страну холмов. В этой стране очень много холмов самых разных величин и форм. Даже увидел один холм чудной формы с видом кита, как в синее море опустил свои голубые очи. Очень красивая башня открылась нам с мудрой попутчицей. Внутри холма с обозначанием синего кита бушующий ветер привёл нас в пещеру, где хранятся артефакты, к примеру пожелтевшие очерки кельтов, военноносцев и других. А еще в пещере внутри есть огненные факелы в форме сфинкса. Таинственное озарение подступило к Штильцу, что аж он на мгновение его переместили в кабинет, где огромный камин, в котором беспощадно сжигали древные знания людьми, которые славились монажеским строем, и зачастую презирали инаковость взглядов и прозвали их еретиками, якобы не видящие Бога. Сколько лицемерия и лжи скрывали за собой ”монахи”, что аж они не сумели скрыть, того что тайком принимали в свои ложи распутных дам, над которыми они извращались, как могли. Один этакой "монах" мысленно произносил богохульные и ханженские речи с тонами явного притворства: «Да, бог не видит, что я делаю в данную минуту. Я притворялся глубоко верующим, чтобы скрыть свои деяния, когда я обобрал одного именитого купца, и взял с него померно много денег, всучив ему немалое количество икон и церковных атрибутов, сувениров, однако он не знал, что эти атрибуты, к примеру кресты были облиты не святой водой из под божественных источников, а из обыкновенной воды с кровью. Что я сейчас совершаю? Это наслаждаюсь жизнью вдоволь, как сумасшедший безумец, которого выпустили из мессы. Как же я услажден ее объятиями в данную секунду, её пальцы скользят по моей ладоне!» Но наше путешествие не закончилось, оно продолжалось.
Я не представился вам по имени. Мое имя в честь прекрасного города, который удосужился сперва упоминуть любимое мною место, и это имя—Штильсбург. Далее она меня провела по центру мистической горы, и мы оказались внутри её вместилища, а во внутреннем строении, я видел множественное количество колб, от самых маленьких до самых объёмных колб. Одновременно внутренним оком я наблюдал на то как алхимик творит чудеса при помощи смешения разных металлов в один очень ценный по своей природе, этот камень истончал восходящие и нисходящие лучи света, будто этот камень спустился прямо из солнечного всплеска, сродни с распадом либо со взрывом некоторых сгусткообразных соединении. Алхимик из колбы в колбу переливал..., а по окончанию лабораторной деятельности, создал прообраз с элементами напоминающего Франкенштейна.
Я смотрел на всё великолепие мистического явления, как завораженный красотой чудак. А она повела меня дальше рассматривать глубину таинственного подземелья, несущего за собой именование "Крестцовые походы". Она меня кружила что есть было мочи, я не знал, об её способностях совершенно ничего, а в данный момент всё неверие испаряется, будто оно привязалось ко мне, оно не являлось частью меня, словно неверие умышленно всыпали в бездонный колодец, покрытый оазисами, материками, островами, континентами и населён существами, которые зачастую упускают свои дары, ссылаясь на точные системы. Раскопки идут, и я чувствую себя археологом, который стремится познать древные писания великих мастеров, живших когда-либо здесь на земном шаре. С виду кажется земной шар так огромен, а в большей своей степени населён порою маленькими домами, забывая о первозданности, заложенной изначально—гармония. И чувство, луч гармонии в нас людях обитает, да может быть, тонко спрятан, создавая видимость, что его не сущевствует. Золотое сечение почему оно нас так манит, привлекает? По внутреннему ориентиру к той чистой гармонии, человек научился видить её через формы, цвет, запах, сочетания, арнаменты.
Я занимаюсь раскопками в темном подземелье рыцарей, копаю, копаю и вдруг выглядывает свёрток, словно говоря: «Прочти меня, прошу!» Я принялся читать свёрток вместе с наставницей, которая помогла мне войти в междумирье и исследования, а я то наивный хлопец полагал, что жизнь в "старческом" возрасте невозможна либо она несёт безликое бремя, проходящими несторопными шагами к удручающему забвению... Вернусь к писанию на свёртке, на нем острым жезло-мечом нацарапаны следующие изречения: «В Египте мужчине звали его Емфрий. Любил он расхаживать около священных обителей, жил себе спокойно с верблюдами под ручку, ему этого было недостаточно, Емфрий устремился глобальнее свой взор, выбор выпал на жизнь кочевника, который вместе с верблюдами изучает неизведанные тропы, которые раньше казались сверх паранормальным..Внезапно для себя Емфрий встретил по дороге обратно рядом со священными, древными местами Татоса хранителя загадочных ключей и даров. Он преподнёс "внезапному" прохожему Емфрию дар—это подвеска вечной жизни. Татос величественно стоял перед ним, однако он ласково отказался от подвески, сказав: «Господин, я не принимаю сиё чудо природы.» Он совершил свой выбор. Каждый совершает выбор, который может поднять ввысь и наоборот погрузить в чёрную, непроглядную дымную копать.
Что произошло дальше с Емфреем? А в дальнейшем он начал больше беседовать с Татосом. Татос открыл ему ключи от древних знаний, передал казалось бы "случайному проходимцу" полномочия на место следующего хранителя. Впоследствии Емфрей стал хранителем древних знании, и написал имя на свободном листе: «Амфрелла, Амфрелла сослужи в сохранении знании, чтобы прочно держать их под замком. Посланница венерианского кольца. О, Амфрелла...,Амфрелла высбоводи дары кольца Венеры. Молодость прибудь к нам истинная. О, Богиня ночи и дня подари нам "грешным" выход в мир прекрасный, наполненный плодами молодыми, наливными...Уста твои внемляют правду, а очи блаженную красоту привносят в мир. Великолепие её пусть осветит вам тропы лунные, непроглядные глазами.» Емфрей умер от сквозного прореза копьём, он отказался от подвески вечной жизни, выбрав путь добровольного скитальца, который самостоятельно изучал свой путь, однако ему ниспослали знаки, развернувшие Емфрея к хранителю древних знании. Вся его жизненная тропа благоволила к тому, чтобы он стал великим другом Татоса. Конец свитка.»
После прочтения свёртка я сознавал сколько знании потаенно от "посторонних" глаз, видел перекрестки, на которые заходили крайне редко, не до конца осознавая, что мы бывали в тех местах. Тот же космос покрыт гурьбою тайн.. Обрыв тянет за собою, не могу сопротивляться сильному порыву ветра, я бы сказал песчаной буре, я падаю, словно в безликую бездну, где всё преобретает несущевственный мотив....Меня подхватили бескрылые девы(существа) со звездно-резными нимбами, а затем в ту же секунду отпустили со словами:«Твоя свобода не заканчивается в мире людском, она станет расширяться, можешь переместиться куда пожелаешь..»