Когда тьма любит

- Неа. У него было круче. Не как у всех.

- Что, прям все? - подхватывает Диляра, ее глаза горят любопытством.

- Все, - уверенно киваю.

- Да ну. А у Брендона?

- Тоже ниче так. Но после случая в ванной, этот придурок въелся мне под кожу, постепенно вытеснив другого. Разве так бывает? Раз и разлюбить.

- Бывает, - отвечает она спокойно. - Во-первых, он сам все разрушил. Во-вторых... кажется, у тебя в любом случае не было шансов против Найта. Рано или поздно бы влипла.

- Я не влипла.

- Говорит та, кто мечтает о еще одном сексе с ним.

- Секс - еще ничего не значит! - повышаю голос, привлекая к себе кучу внимания. Но мне пофиг. Эмоции так и прут.

- А что, если значит? - улыбается Диляра, склонив голову набок. - Ты же не просто так вспоминаешь о нем. Ты хочешь его снова, признай. Это больше, чем секс.

Я отпиваю коньяк, чувствуя, как жар разливается по телу. Хотела забыться, но этот придурок никак мою голову не покинет! Исчезни из нее уже!

- Не хочу, - проговариваю тихо.

- Ты влюбилась, Сирия, - выдает она, чем сильнее мой бедный мозг доконает.

- Нет, нет, нет. Вот тут ты ошибаешься. У меня еще к Брендону чувства остыть не успели. Какой влюбилась?

- Ты о Брендоне за все время так много не говорила, как о нем.

- Потому что он...

- Потому что он нравится тебе.

- Тебе пора прекращать пить, - нервно усмехаюсь я, глядя на нее. - Слишком много бреда несешь.

- Ну так какого черта тогда разбрасываешься словами, что он круче всех присутствующих здесь?

- Потому что это факт. Ты просто не видела его те...

- Вот видишь. Тебя из всех волнует только его тело.

Не нравится. Сказала же не нравится.

- Если я говорю, что мне не нравится, значит, не нравится. И точка. Все.

- А я говорю, что ты врешь. Ты же сама только что сказала: "У Найта было круче. Гораздо." Это не то, что говорит человек, которому не нравится.

- Это просто значит, что у него тело лучше, чем у других.

- Господи, что за упрямство? Боишься признать свои чувства из-за Брендона? Из-за того, что отец может забрать домой, если отменишь свадьбу? Из-за того, что люди осудят? Или все вместе?

- Говорю же нет! Мне без разницы Найт это или кто-то другой. Я бы с любым в такой ситуации переспала. Это все было на эмоциях.

- Да?

- Да! Не веришь?

- Ни одному слову.

- Отлично. Тогда... тогда возьму и... пересплю с кем-то отсюда. Вот прямо щас.

- Да? Ну валяй. А я посмотрю.

- Ну и смотри.

Направляюсь в сторону танцпола и хватаю первого попавшегося за руку. Обвиваю его шею руками. Ни черта не различаю, но замечаю, как он довольно улыбается и тянет меня к себе. Руки молниеносно захватывают ягодицы, сжимая их.

Я чувствую, как его тело прижимается ко мне. Но вместо сладости я ощущаю лишь пустоту. Это не Найт. Это просто тело, такое же безвкусное, как они все. Внутри меня кричит протест, но я продолжаю двигаться в такт музыке, пытаясь убедить себя, что Диляра ошибается, что я не зарала на него.

Я чувствую на себе взгляд Диляры, но мне плевать. Я должна доказать ей, себе, всему миру, что могу забыть о нем. Но каждый раз, когда руки мужчины сжимают меня сильнее, я чувствую, что хочу убежать как можно дальше.

Закрываю глаза. В памяти вновь всплывают его глаза, то, с каким безумием они смотрят на меня, то, как целует, пользуясь любой возможностью. Глубоко. Жарко. Как ни целует никто. Как его руки нежно и в то же время властно касаются меня, обязательно оставляя след на коже. Желание повторить это, такое сильное, пугающее, охватывает меня.

Я резко открываю глаза и отстраняюсь от незнакомца, оставляя его в недоумении. Бегу к выходу, игнорируя крики Диляры за спиной.

Это невозможно. Я не могла влюбиться в него так внезапно.

Я вылетаю на улицу, прохладный ночной воздух бьет в лицо, обжигая легкие. Словно выпитый коньяк, он дарит остроту ощущения, но не облегчение. Сердце колотится где-то в горле, каждое биение отзывается глухим эхом.

Я не могла. Не могла настолько поддаться. Это же просто секс, который алкоголь раздул до размеров всепоглощающей страсти. Завтра, когда он выветрится из организма, я приду в себя.

Я глубоко вдыхаю, пытаясь успокоить дрожь. Брендон, моя предстоящая свадьба… Мне нужно беспокоиться об этих вещах, а не о нем. О том, что придется сегодня вернуться в комнату к Брендону, а завтра пойти смотреть платье с ним. Но почему... Почему сердце так разрывается? Почему мне так больно?

- Сирия! Ты куда побежала?

За мной выходит Диляра с нашими вещами. Накидывает мне на плечи мою куртку и, придерживая за плечи, ведет куда-то.

- Пошли. Хватит с тебя на сегодня. Поедем домой.

В такси меня ужасно укачивает, но я пользуюсь своим проверенным методом в таких ситуациях. Закрываю глаза, стараясь как можно скорее провалиться в сон, и это немного помогает.

Мы добираемся до дома, куда нету никакого желания заходить. Первым делом смотрю по сторонам в поисках мотоцикла или знакомой машины. Но ни того, ни другого не нахожу. Что ж... как-нибудь переживу эту ночь.

- Мне пойти с тобой? - спрашивает Диляра, отпуская, когда заходим внутрь.

- Не нужно. Я пока могу стоять на своих двоих, - отвечаю, улыбаясь, и иду к лестнице. На первой же ступеньке чуть не подворачиваю ногу, но удерживаюсь, к счастью. Дальше следует целый лабиринт, но я кое-как прохожу его.

Поворачиваю в сторону своей комнаты. Глаза уже закрываются. Ужасно хочется спать. Открываю дверь и, еле доходя до кровати, плюхаюсь на нее, скидывая куртку вниз.

Странно. Кровать куда более твердая и пахнет по-другому. На ощупь не нахожу свою маленькую подушку, которую обычно прижимаю к себе. Да и ощущения совсем другие.

Да ну нафиг. Я спать хочу.