Когда тьма любит

- А чего ты лезешь в мои дела? Я согласился на твой план. Приехал сюда, полез в их чертово болото, дышу одним воздухом с этими уродами, так каково хера ты мне еще приказываешь, что мне делать? Это моя мать. Моя кровь. Ты к ней не имеешь никакого отношения. Я отомщу за нее всем, кто заставил пройти ее через ад. Не оставлю ни одну тварь. Так что не лезь.

Я чувствую, как Рик пытается манипулировать мной, играя на моих чувствах. Он прав, я все еще одержим местью за мать. Но Сирия… Она меняет все.

- И что ты собираешься сделать? Как отомстишь, если днем и ночью только ею увлечен?

- Не лезь, я сказал!

- Не буду. Если тебе эта девушка важнее матери, так уж и быть не буду лезть.

- Я разве так сказал? Чего ты каждое мое слово переворачиваешь так, будто я собственную мать предаю? Какое на хрен отношение она имеет к этой долбаной семейке? То, что она - невеста Брендона? Так я изменю этот чертов факт.

- И что сделаешь? Заберешь себе?

- Заберу.

Я смотрю на него, и внутри меня поднимается волна отвращения. Он думает, что может мной управлять, дергать за ниточки, как марионеткой. Но он не знает, насколько сильно я могу быть одержим. Не знает, что Сирия - это не просто увлечение, это что-то гораздо большее. Это искра, которая зажгла во мне желание, которое я давно считал погасшим. И эту искру я собираюсь использовать, чтобы поджечь весь этот гребаный мир, если потребуется.

- Заберешь, - тихо произносит он спустя время. - Заберешь, значит. А она согласится? Она же до смерти влюблена в...

- Хватит! Если уже закончил читать мне нотации, можешь идти. Меня ты контролировать не сможешь, Рик, как бы сильно не любил мою мать. Если я сказал, что заберу ее себе, значит заберу, какую бы херню ты не нес. Если сказал, что буду действовать по-своему, буду действовать так, как посчитаю нужным. Я тебе не марионетка, Рик.

Он встает и молча смотрит на меня. Его глаза отражают усталость и разочарование. Я тоже устал. Но отказываться от той, кто одним лишь своим присутствием снимает рукой эту усталость, я не собираюсь.

- Делай, что хочешь. Но потом не говори, что не предупреждал. Эта девчонка потянет тебя на самое дно, уничтожит тебя.

- Я и так уже давно уничтожен. Дальше некуда.

Он вздыхает и уходит, громко хлопнув дверью, и я наконец выдыхаю. Херовый день выдался. Капец, какой херовый!

- Найт...

- Молчи, - отрезаю, глубоко вздохнув. - Если собираешься нести ту же херню, лучше просто молчи, Дэн.

- Не собираюсь. Я тебя знаю лучше него. И лучше разбираюсь в твоей голове. Но одно понять не могу. Почему ты ей фотки не показываешь? Думаю, шансы заполучить ее возрасли бы в разы, если бы она узнала, что ее такой весь из себя идеальный жених изменяет ей.

- Потому что, - бросаю коротко, закрываю глаза и вижу ее. Только ее зеленые глаза. То, как учащенно бьется ее сердце, когда я загоняю ее в угол, как срывается ее голос, когда приближаюсь к ней, как мелко подрагивают пальцы, когда я касаюсь ее.

- Че за потому что? Нормально объясни, придурок. У меня мозг работает только на половину в таких вещах.

Опять делаю глубокий вдох и выдыхаю.

- Потому что..., - повторяю, глядя на него. - Тогда она уйдет из того дома. А я не смогу вытерпеть и секунды там без нее.

- У тебя крыша совсем поехала, дружище, - качает он головой. - Совсем. А видеть ее каждый день рядом с ним ты можешь терпеть, да?

- Сдурел? Я его в такие моменты так хочу убить, не представляешь как сильно. Именно поэтому я и зациклен только на ней в последнее время. Потому что цель - влюбить ее в себя не изменилась ни на йоту. Изменился только результат. Я хочу ее себе. Навсегда.

- Ты помешался, брат. Конкретно помешался на ней.

- Знаю. Но я разве когда-нибудь отступал от того, чего хотел?

- А Диана? Она знает о твоем интересе к ней?

- Даже если узнает, думаешь она меня сможет остановить? Нет, Дэн. Ни она, ни Рик, ни кто-либо другой. А теперь мне пора. Семейка Адамс ждет.

- Ладно. Как знаешь. Кстати, деньги за бой заберешь?

- Оставь здесь. Меня в последнее время выворачивает от одного этого слова. Если нужны будут, скажу.

- Окей.

- Да, и еще, откопай все, что сможешь про Самуэля Рохас. И его местоположение кинь мне ночью. У меня с ним личные счеты есть.

- А кто это?

- Узнай. Вытряси всю его грязную душу. Мне он нужен сегодня же.

- Нуу... Пахнет, конечно, бурей, ураганом и кровью. Но сделаю, как скажешь. Будет тебе сегодня.

- Спасибо.

Выходя из дома Дэна, я чувствую, что снова обретаю себя. Ярость, которая раньше была хаотичной, теперь обретает фокус. Я знаю, чего хочу. Я не потерял цель, я просто добавил новый, самый важный элемент.

Месть за мать важна, но Сирия стала синонимом этой мести. Я не могу позволить ей уйти из моей жизни, потому что без нее теперь все мое существование потеряет смысл.

Возвращаюсь в этот проклятый дом, но уже не чувствую прежнего отвращения, потому что знаю. Она дома. И я увижу ее.

Стол уже почти накрыт всякой едой, от которой меня просто тошнит. Не люблю я ни есть тут, ни пить. Любой кусок пищи встает комом в горле.

Пока стою над этим пиршеством, в голову приходит одна мысль. Рука нашаривает в кармане брюк снотворное. Я часто ношу эти таблетки с собой, потому что сон в этом доме - роскошь для меня. Помогают только они.

Достаю две таблетки и, убедившись, что никто меня не видит, добавляю их в тарелку с супом Брендона.

Поспи сегодня хорошенько, братишка, пока я твою невесту буду иметь.