Под сенью омелы

— Бери белое, чтобы дурные мысли не терзали твою красивую голову, – автоматически предложила она сестре.

— Белое только свадебное! – возмутилась Ника.

— Какие еще цвета у нас остались? – Аля наконец-то подняла измученный взгляд на сестру.

— Фиолетовое, светло-голубое и бордовое, – с энтузиазмом перечислила Ника.

— Бери все.

— Я их еще не мерила, – обиделась та.

— Пристрелите меня кто-нибудь, – закатила глаза Аля.

— Аль, – Ника, оторвавшись от своего отражения в зеркале, медленно подошла к побледневшей сестре, похожей на призрак самой себя, присела перед ней на корточки и заглянула прямо в глаза, – давай тебе что-нибудь купим, а? Я эту рубашку уже пятый год наблюдаю, а у твоих ботинок скоро подошва отвалится. Смотреть больно!

— Спасибо, у меня все есть, – отрезала Аля и поднялась, чтобы избежать дальнейших попыток залезть ей в душу. – Давай свое голубое или фиолетовое, какое там..

— Нет, я серьезно, я понимаю, что с деньгами сейчас не очень.. – Сестра вцепилась ей в руку в попытке удержать.

— Ни хрена ты не понимаешь, Ника. Лечение Ромке не помогло, – отрезала Аля и уставилась на телефон, задрожавший в руке. На экране отобразилось имя Пал Палыча, непосредственного Алиного начальника. Ника тоже это увидела.

— Это дядя Паша? – тут же навострила она уши.

— Он самый, – кивнула Аля и занесла палец, чтобы ответить на звонок.

— Не отвечай, сегодня вообще выходной! Нам нужно поговорить о Роме. Мы что-нибудь обязательно придумаем, ты только не волнуйся! – зачастила сестра. – Мамуся скоро вернется, у нее всегда есть идеи. А давай вообще забьем на этот шопинг и просто напьемся, а?

Ника не готова была так просто расстаться с идеей, что сегодня их девичник не удался. Как, впрочем, не удавался он и все предыдущие разы. Но Ника была упорна и не теряла надежды вернуть сестре хотя бы видимость нормальной жизни.

Аля лишь покачала головой, легкой полуулыбкой выражая Нике признательность. Пожалуй, работа сейчас будет лучшим лекарством. Первые эмоции улягутся, а потом они действительно что-нибудь придумают. Обязательно придумают. Она нажала на кнопку приема звонка.

— Аля, – трагическим голосом Павла Павловича Орлова сообщила трубка, – у нас убийство.

* * *

— Шульман?

— Он самый, – грустно подтвердил Пал Палыч племяннице, уже несколько минут созерцающей труп крупного промышленника, лежащий на полу собственной спальни. – Довел все-таки свою супружницу. Я тебе давно говорил, что добром эта вся свистопляска не закончится.

Родившийся в семье еврейских эмигрантов, Петер Шульман, отучившись на исторической родине и получив докторскую степень в одном из лучших университетов Америки, неожиданно решил вернуться на родину родителей. Немного поскитавшись по городам и весям, чтобы поднабраться житейской мудрости и почувствовать глубинный дух страны, которую решил покорить, он приехал в их город, где и начал свою звездную карьеру на посту финансового директора одного из заводов. Через пару лет, ожидаемо, он стал директором, а чуть позже и вовсе владельцем этого самого завода. Злые языки поговаривали, что Шульман так все провернул, что предыдущий владелец ничего и не заметил, пока у него на пороге не появилась прокуратура.

С тех пор карьера и благосостояние Петера рванули в гору с космической скоростью. Спустя десять лет Шульман был самым богатым человеком города, а то и области.

Маленький и удивительно некрасивый, Шульман женился на первой красавице края, вице-мисс страны, которая была его на голову выше. Но любви это не помешало, и через полгода после пышной свадьбы Катерина Шульман подарила супругу королевскую двойню – мальчика и девочку.

После рождения детей идеальный брак красавицы и чудовища дал трещину. Спустя год после родов супруга решила вернуться к модельной карьере, но встретила неожиданное сопротивление со стороны мужа, который на ней благодаря этой самой карьере и женился. В свое время Петеру необычайно льстило, что фотографиями его будущей супруги были украшены многие рекламные щиты в городе, что ее часто приглашали на фотосессии глянцевые издания и что она даже снялась в клипе у популярного певца. Ведь когда-то Шульман бросил все связи и возможности к ногам красавицы в попытках ее покорить: романтические выходные в Париже, шопинг в Милане, концерты в Нью-Йорке, лучшие курорты, машины, недвижимость, косметология и безлимитная кредитная карточка – все было передано в цепкие ручки прекрасной Катерины, решившей, что она отыскала ключи от рая. Вот только о том, что после рождения детей в ее жизни все изменится, новоиспеченную супругу Шульман предупредить забыл.

Едва покинув роддом, ошарашенная Катерина узнала от супруга, что летать на роскошные курорты она долгое время не сможет: «Ты же не потащишь маленьких детей в самолет, пусть даже частный!» Отдыхать на экзотических островах на другом краю света тоже представлялось теперь невозможным, как и регулярно посещать косметологов: «Они тебе всякую дрянь колют, а ты детей кормишь! Ну и что, что им уже год? Кормить будешь сколько потребуется».

Катерина оказалась не готова к такому повороту событий и, имея в анамнезе казачьи корни, однажды громко и решительно высказала протест подобному деспотизму. С того момента весь город с упоением наблюдал за семейным разборками Шульманов, проистекавшими в духе лучших итальянских драм.

Когда спустя два года после рождения близнецов Катерина против воли мужа все-таки улетела на несколько дней с подругами в Турцию, чтобы отдохнуть от невыносимой тяжести бытия, Петер собрал все ее вещи из последних коллекций известных брендов, дополнил их дизайнерскими туфлями и любимыми сумочками супруги, вывез все это богатство к центральному вокзалу, где обитали местные опустившиеся граждане, и предложил им не стесняться – выбирать все, что им понравится.

Срочно вернувшаяся из Турции Катерина немедленно направилась к вокзалу, где смогла лично полюбоваться на местную достопримечательность – бомжиху Маринку, щеголявшую в ее костюмах от «Шанель» и «Гуччи» и мочившуюся на мостовую возле вокзала прямо в них же.

Отколотив Марину как следует сумочкой от «Дольче и Габбан» («Я просто хотела привить ей хорошие манеры!»), Катерина взяла массивный гаечный ключ и оставила мужу эмоциональное послание, выцарапав его на вызывающе роскошном «Мерседесе». С чувством она вывела на идеальном серебристом боку любимой машины супруга: «Мудак с маленьким членом», что Шульман, любивший машину больше собственной мамы, не смог просто так пережить. Да и надо сказать, послание Катерины показалось ему весьма обидным и задело за живое. Недолго думая, он разбил бейсбольной битой машину супруги. В ответ Катерина вызвала наряд полиции, который, узнав, о чем речь, никуда не поехал, сославшись на занятость, а вместо этого отправил стажера в ближайший супермаркет за чипсами и семечками.

Катерина, решив, что если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе, лично явилась в полицию пылающей жар-птицей, чтобы закатить там феерический скандал, от которого содрогнулись стены отделения. Вслед за ней приехал муж на искалеченной машине и стал громко требовать, чтобы его супругу заключили под стражу на несколько суток за хулиганство и порчу имущества. Привлеченные стражи порядка протокол, конечно же, оформили и в качестве доказательства сфотографировали искалеченную машину с обидной надписью. Но происшествие показалось дружному коллективу забавным, пара полицейских поделились фото машины с друзьями и родственниками. К вечеру того ужасного дня весь город знал, что у Петера Шульмана маленький член.