Страница 59 из 90
Исла на всю жизнь запомнит эту ночь! И первое страстное прикосновение ее мужчины, и его лихорадочные поцелуи, горячий шепот, срывающиеся с губ признания, его гладкую кожу под ее ладонями, перекатывающиеся мускулы его спины и рук, приятную тяжесть его тела на ней.. Но запомнит Исла не только это! Она запомнит, как нежно гладила его кудри, когда он заснул мертвым сном, прижимая ее к себе, а она чувствовала подступающую к вискам боль. Запомнит, как осторожно выскользнула из объятий Данира, как оделась и понеслась во двор к колодцу, чтобы жадно напиться холодной воды и остудить разрывающуюся от боли голову. Период «затишья» на этот раз был еле заметен, почти сразу Ислу накрыло девятым валом «бури». Вовремя почувствовав начало этой «бури» и кое-как нацарапав записку, чтобы рыжик не волновался и не отправился ее искать, Исла вывалилась за дверь и бросилась бежать. Прочь, прочь от дома, в котором спит на кровати совершенно беззащитный сейчас Данир!
В помутненном сознании Ислы рождались причудливые фантасмагорические образы. Ей казалось, что ее Дар принял телесное воплощение в виде огромного мутного облака, на котором горели неистовым огнем два красных глаза и кривился криком щелеобразный рот. Этот воплотившийся и пробужденный Дар визгливым фальцетом кричал в голове Ислы, что она должна вернуться и подчинить себе этого мужчину! Подчинить навсегда, внушить ему пожизненную привязанность к ней, чтобы Данир никогда-никогда не смог бы без омерзения даже посмотреть на другую женщину!
«Ты же способна это сделать, вернись! – визжал Дар Старших хранительниц, рисуя перед мысленным взором Ислы безмерное обожание зачарованного Даром Данира, его беспрекословное подчинение ей. – Ты можешь заставить его обожествлять тебя, так сделай это! Или ты хочешь, чтобы он со временем охладел к тебе, ушел к другой?! Ты действительно намерена оставить ему свободу выбора?! Одумайся!!! Одумайся, пока не поздно, пока он рядом и ты можешь, можешь повлиять на него! Сломать, привязать.. навсегда!!!»
Требования собственного Дара поддерживали отравившие сознание магические феромоны:
«Вернись! Тебе ведь так хочется поцеловать его, припасть к его губам, вновь окунуться в это неимоверное счастье! И он же не против.. вернись!!!»
Перед внутренним взором Ислы соблазнительно замаячила двухместная комнатка в лаприкории Тоска: обожающий ее Данир, преданно смотрящий на нее и целующий, целующий.. и она – в непрерывной наркотической эйфории. Исла со стоном упала на колени и продолжила ползти вперед, смутно замечая, что село уже осталось далеко позади и она, впиваясь скрюченными пальцами в обледенелую землю, судорожными рывками движется по пустому ночному проселочному тракту, сбивая в кровь ладони и колени.
В какой-то миг стремление вернуться стало нестерпимым, и Исла в последней отчаянной надежде, оттолкнувшись от дороги всеми руками и ногами, прыгнула в большой сугроб и покатилась вниз по склону, обрастая и обрастая снегом. Если бы высота склона была больше полутора метров, то на этом жизнь девушки и завершилась бы..
В ледяном коконе в замерзающем теле Ислы проснулся и громко завопил инстинкт самосохранения, подавив на время наркотическое стремление к магу. Разрывая руками и сбивая ногами облепивший ее снег, Исла вырывалась из ледяной неволи, очищая лицо и делая торопливые, глубокие вдохи свежего морозного воздуха.
«Жуткая жуть эти магические феромоны!»
Боясь развести костер и согреться, Исла держалась за инстинкт самосохранения, как за единственный надежный якорь в поглотившем ее наркотическом угаре. И бежала, бежала, согреваясь движением.
«Движение – жизнь! Движение равно выживанию, остановка равна смерти!»
Безмерно удивлял Ислу тот факт, что несмотря на наводнившее ее сознание образы, на жгущие вены магические феромоны, требовавшие вернуться и целовать.. кусать.. целовать.., ее разум оставался кристально ясен и четко осознавал все происходящее. Исла могла сравнить свои ощущения с чувствами умирающего от жажды человека, который видит перед собой истекающие влагой, мясистые, сочные листья дикого гадючника. Человек может проползти мимо ядовитого куста и сохранить надежду добраться до дома, но непреодолимая жажда влечет его к отраве. Человек все понимает, осознает все последствия, но не может не стремиться к ядовитой влаге! Аромат вечнозеленого смертельно опасного растения кружит ему голову, подавляет волю и влечет, влечет к себе!!! «Напиться, только напиться, всего один глоток», – думает человек. И либо справляется с собой, либо погибает под густой ядовитой сенью.
Закоченевшая Исла не рискнула, как в прошлый раз, полезть на высокую скалу. Но ведь гор и ущелий тут масса, обрывистых скал много, в том числе с невысокими, но достаточно сложными для восхождения склонами. И Исла поползла вверх. Вниз. Снова вверх и снова вниз. Кажется, к утру она изучит каждый камушек на окрестных возвышенностях. Холодно Исле уже не было: ее грели адреналин и огромная физическая нагрузка. За эти сутки она точно станет тоньше, легче, стройнее. Хотя вернее сказать – костлявее.. И ЗЛЕЕ!
Рассвело. Розовые облака проплывали над Ислой, солнце рассыпало по заснеженному лесу бриллиантовые искры.. Вверх по скале, вниз по скале.. Умыться снегом..
«Жуткая жуть эти магические феромоны!»
--------------------------------
Абсолютная уверенность Данира в способности Ислы справиться с его феромонами к вечеру дала легкую трещину, а к ночи стала медленно, но верно, сменяться паническими настроениями:
«Где она?! Почему до сих пор не пришла – обещала же! Невесты, которых поцеловали за завтраком, к ужину уже в себя приходят, а я ведь целовал задолго до завтрака! Правда, не только целовал. Это все из-за меня! Я, негодяй, не сдержался, а ласточка моя теперь мучается сверх меры! Самого себя прибить хочется! Где же ты, Исла?! Где искать тебя, моя ясноглазая?!»
Данир метался по спальне, то и дело подскакивая к окну и до рези в глазах всматриваясь в сливающуюся с ночной тьмой скальную стену внизу, по которой скользили холодные лучи равнодушного лунного света. Собственное бессилие сводило мага с ума, и он упорно старался что-то придумать: какой-нибудь способ быстро разыскать и помочь.. Хотя в его случае, лучшая помощь – находиться как можно дальше!
За спиной Данира скрипнул подоконник, и легкая фигура соскочила на пол. Закрыв за собой окно, в освещенную комнату шагнула Исла.
И тут же попала в медвежьи объятия своего мужчины.
— Задушишь! – прохрипела Исла, пытаясь разомкнуть сдавившие ее руки. – Так нечестно – нападать без предупреждения! Хочешь силами помериться – во двор пошли!
— Не хочу я силами мериться, – выдохнул Данир. – Мерялся уже, зимой, на поляне, когда ты втихаря улизнуть от меня хотела! Ласточка, совсем плохо было, да? Это я виноват! Я не должен был.. Боги, это ужасно, что тебе пришлось так долго с действием моих феромонов бороться! Обычно за день все проходит, только после первого поцелуя все медленно тянется. Прости!
Исле дали глотнуть воздуха, нежно поцеловали в кончик носа. Девушка перевела дух после неожиданно бурной встречи и призналась:
— Действие феромонов в самом деле прекратилось ближе к вечеру.
— А почему заявилась так поздно?! Я волновался, с ума сходил! – разозлился Данир.
— Потому, что я до самой ночи подавляла в себе настойчивую потребность сбросить тебя в море с самой высокой скалы! – огрызнулась смертельно уставшая и голодная Исла. – А потом коня арендованного возвращала. Где горячий ужин, хранимый?! Корми главу семьи! Я пришла..