Страница 46 из 90
-----------------------------
В конце зимы Даниру приснился зловещий аллегоричный сон: восьмиглавое чудовище, размахивая шестнадцатью руками, подползало к печальной Исле, уныло сидящей у дверей знакомой деревенской избушки. Чудовище рычало и шипело всеми восьмью ртами:
— Ты без нас пропадеш-ш-шь!
— Голодом уморишься!
— Пылью покроешься!
— Холодом заморозишься!
— Не отпустим тебя! Защищай нас! Дичь нам носи! Рыбу лови!
Все шестнадцать рук вцепились в Ислу, как клешни, головы громко захохотали, и чудовище поволокло девушку по еле заметной тропе, уводящей в горы, прочь от него, Данира.
Проснулся наместник в холодном поту, но с железной решимостью в душе. Исла говорила, что он будет ее любимым мужем? Вот пусть и держит свое обещание! А он сумеет убедить ее в том, что другие мужья ей и вовсе не нужны. Он сам свою ненаглядную и накормит, и согреет, и пыль с нее смахнет!
Вызвав по амулету связи верного Бортела, Данир сообщил ему о своих планах:
— Я пойду в горы и отыщу ту тропу, начало которой на старинной записи в магическом кристалле просматривается. Я помню, что ты не раз там летал и никакой дороги не обнаружил, но сверху многие малозаметные следы не видны. Прямо сейчас уйду на разведку, и если она увенчается успехом – то завтра же двинусь в путь.
— Ты точно уверен, что твоя невеста из того мифического затерянного города, что ты отыскать пытаешься, твое высочество? – вздохнул Бортел. – И почему не хочешь дать этим розыскам официальный ход?
— На все есть причины, дорогой друг. Вот решу свои личные проблемы с невестой – и все тебе расскажу, и Рейса в известность официально поставлю. А пока никому ничего не говори. Только Каяру можно сообщить, что я в горы ушел – он в курсе моих поисков.
Лорд Бортел Мальон вызвался помочь с разведкой, но теперь уже не с неба, а с земли. Поиски в предгорьях два мага начали в указанном на записи в кристалле месте. Стихийник убрал магией толстый слой земли с прохода между двумя склонами, лекарь-маг раздвинул в стороны переплетенные корни кустов и деревьев, и перед их глазами открылась растрескавшаяся дорога из небольших известняковых плит.
— Вот она! – радостно выдохнул Данир. – Есть дорога, есть!
Лорд Мальон не разделил его оптимизма:
— Этот путь ведет высоко вверх, дальше нет ничего, кроме нагроможденных друг на друга скал. Теперь я начинаю приходить к выводу, что на эту дорогу давным-давно маги-стихийники обрушили часть высоченных гор. Теперь здесь никто не пройдет, здесь только стихийник пролететь может, но я тебе уже говорил – никаких признаков жилья в этих горах нет! Ты проходишь много дней по обледеневшим скалам, каждый миг рискуя лишиться жизни, а в итоге ничего не найдешь. Одумайся, Данир! Я, как лицо, отвечающее перед королем за безопасность населения западных провинций (а значит, и твою безопасность в том числе!), запрещаю этот безумный поход! Давай организуем экспедицию из десятка магов, в которой и стихийники, и артефакторы, и лекари будут, возьмем снаряжение, амулеты, артефакты, предупредим короля и только после этого тронемся в путь. Если не хочешь сообщать об истинной цели экспедиции, то можно сказать, что она ведется с научно-исторической целью, что тоже правда: мы же древний затерянный город ищем.
Несмотря на желание немедленно кинуться по найденной дороге, Данир признал слова друга заслуживающими внимания.
— Хорошо, я еще подумаю, – согласился он. – И ты подумай, кого из магов можно включить в состав этой экспедиции.
— Подумаю. Но предупреждаю: первого марта большинство магов уезжает в столицу на венчание короля. Я лечу и ты, разумеется, тоже со мной летишь! А заодно предупредишь старшего брата о планируемом нами походе в горы.
— Но до первого марта еще две недели! – простонал Данир.
На лорда-мага Бортела Мальона его стон впечатления не произвел, так что принц был вынужден смириться с отсрочкой своих поисков.
— Я вернусь сразу после свадьбы! – упрямо заявил Данир. – Вот сразу после венчания и первых поздравлений мы с тобой домой полетим!
Глава № 19. Дом – это место, где тебя ждут всегда.
Обратная дорога далась Исле куда сложнее, чем путь в загорный мир. И дело было даже не в том, что ее хранимым было труднее брести по снегу и карабкаться по обледенелым тропинкам, чем шагать летом по зеленой траве, и не в том, что море встретило их волнением и порывистым ветром, который четверо суток швырял их парусник по волнам, не давая причалить к родному берегу. Дело было в нежелании самой Ислы возвращаться в Город без своего мага. Каждый шаг, уносивший ее все дальше и дальше от рыжика, казалось, отрывал от сердца Ислы маленький кусочек, пока оно не превратилось в жалкие ошметки, тоскливо трепыхавшиеся в груди и вяло отстукивавшие положенные удары.
Стук-стук. Он не сможет найти ее в горах. И еще один надрез на сердце Ислы. Стук-стук. Он и не будет ее искать, ему нужна жена, не обремененная кучей хранимых и «мужских» с его точки зрения обязанностей. Стук-стук. Он выберет невесту из местных. Стук-стук. И это правильно. Стук-стук. Главное – дойти до долины, увидеть дочку, родных. Любовь к ним поможет ей пережить эту боль.
Наконец, это мучительное путешествие закончилось. Высадившись на знакомой полоске галечной отмели, на которой они летом частенько сушили водоросли и потрошили рыбу, что удавалось наудить с плотов, Исла приветливо махнула рукой постовой из ее отряда, которая уже успела развести сигнальный костер, оповещая женщин долины о возвращении третьей наследницы. Прибежавшие на сигнал девушки быстро спустили вниз веревки, которыми Исла обвязала мужчин, чтобы их подняли на скалу (на таких же веревках их и спускали летом), а к некоторым веревкам прицепила тяжелые сумки с книгами и газетами. Сама же Исла быстро и без посторонней помощи привычно поднялась вверх по знакомому склону.
— С возвращением, лера! Мы счастливы, что вы благополучно вернулись! – приветствовали Ислу сияющие радостью девушки и женщины ее отряда.
«Приятно видеть, что тебя ждали и твоему возвращению рады. – Исла пожимала руки, обнимала своих сослуживиц за плечи, похлопывала по спине. – И как приятно видеть сильных, ответственных, умелых женщин, а не тех серых мышек, что живут в загорном мире и позволяют помыкать собой, насильно выдавать себя замуж, позволяют избивать своих детей. За последнее время я научилась уважать тролльих женщин и разучилась уважать человеческих. Ничего, скоро я приду в себя и буду жить, как раньше».
У городских ворот Ислу встретила целая делегация с Сариной Дохран во главе.
— С возвращением, любимая племянница, третья наследница дома Дохран, – приветствовала аро-лера Ислу и крепко обняла ее под ликующие крики собравшейся толпы. – Для меня огромное облегчение видеть тебя в добром здравии!
Исла склонила голову, растроганная таким теплым приемом: ее тетка редко так открыто проявляла свои чувства, особенно на людях, а сейчас Сарина Дохран буквально светилась счастьем и умиротворением, на ее ресницах даже капли радостных слез дрожали. Вслед за аро-лерой Ислу обняли первая и вторая наследницы: обняли также искренне и горячо.
«Здесь мой настоящий дом, – подумала Исла. – Дом, где меня ждут и любят, где от меня не отказываются из-за каких-то глупых условностей и иного образа жизни!»
— Официальный доклад сделаешь завтра, – сказала Сарина, – а сейчас пойдем за стол: тебе нужно отдохнуть и подкрепиться, а еще – увидеться с дочерью.