Бессонница

Не досмотрел.

Не уберег.

Посмел забыть, хотеть, чувствовать.

Вина, как скоростной болид, развила скорость с состояния покоя до удушающей перегрузки. Нервозность сменялась апатией, апатия нервозностью и, будто в адской стиральной машине, все по кругу тысячу раз.

Я бессчетное количество раз пожалел, что поехал к Жанне. Непостижимым образом ей удалось то, что не получалось у других. Вина, которая дала всходы еще после первой нашей близости на даче, после второй оплела меня удавкой.

Можно было врать себе сколько угодно, но я хотел эту женщину. Хотел так сильно, что разложил на рабочем столе. Хотел так, что готов был продолжить. В машине, в квартире. Где угодно, лишь бы чувствовать, как дрожит подо мной, и слышать стоны, от которых черти рвали душу на куски.

Жанна. Орлова. Самая неподходящая кандидатура для случайного траха.

Как там было у классиков? "Когда я упал на самое дно, снизу постучали"[1]. Так и у меня.

Тук.

Тук.

Тук.

Приготовьте кредитку к оплате. С вас бессонница, головная боль и дивное тошнотворное состояние.

Во всей этой гнилой ситуации радовал лишь один факт - за последние дни работы скопилось столько, что всех двадцати четырех часов бодрствования не хватало. Дела были на завтрак, проблемы на обед, форс-мажоры на ужин и долгое, нудное разгребание завалов до глубокой ночи.

В таком режиме я продержался вечер после встречи с Жанной на радио. Так прожил весь следующий день. Если бы не необходимость принять душ и побриться, работа затянула бы меня еще и на ночь.

* * *

Квартира мужчины - это либо на сто процентов функциональное пространство, "хай-тек"-логово, или дом его семьи. Когда-то моя квартира была домом. Просторная гостиная, объединенная с кухней, пахнущий лавандой и ненавязчивым женским парфюмом вместительный гардероб, спальня с широкой кроватью, парочка гостевых комнат, из которых со временем получились бы уютные детские..

Это был хороший дом для семьи. За время нашего короткого брака каждый его угол пропитался мечтами и воспоминаниями. Живи, радуйся! Но так было раньше. В другой жизни. За два года без Светы дом стал таким же пустым и бездушным, как и единственный его житель. Удобная коробка для прожигания времени.

По-хорошему давно стоило продать эту квартиру и купить себе что-нибудь без воспоминаний, поближе к работе. Вполне подошла бы просторная студия без лишних дверей и дополнительных спальных мест. Гостевать у меня все равно было некому. Друзья и родители Светы предпочитали ограничиваться емейлами и телефонными звонками.

Они давно стали прошлым. Горе разъединяет людей лучше расстояния. Врут о том, что оно сближает. Каждый переживает утрату в одиночестве. Месяцами, годами пережевывает дорогие моменты, пока они не превращаются в однородную кашу без вкуса и запаха. Пока душа не огрубеет настолько, что не сможет ощущать никакой боли.

Сегодня, как все предыдущие вечера, квартира встретила меня тишиной. Оставив на столе в кухне лоток с запеченной курицей, готовым ужином из гастронома по дороге, я сразу же направился в душ. Если бы получилось справиться с текущими вопросами поскорее, можно было бы успеть до закрытия ледовой арены вернуться в офис.

Клубу давно нужно было менять поставщика спортивного инвентаря. Сумасшедшие цены, на которые согласился, и явно не без отката, прежний главный менеджер, сжирали огромный кусок бюджета. В кабинете на столе меня уже ждала целая стопка ценовых предложений.

Бумажки с цифрами, конечно, были совсем не тем, с кем встречают ночи нормальные люди, но мне такое развлечение годилось. Может, еще день - два, и удалось бы вернуться к человеческому распорядку, а пока..

Размышления о том, что лучше всего подходило мне пока, прервал неожиданный звонок. Не на телефон!

Спустя минуту в легких домашних брюках и с полотенцем на плечах, чертыхаясь и проклиная всех, кому нечего делать в столь позднее время, я добрался до двери.

На ум приходило не так уж много вариантов, кто может оказаться за порогом, и все же сюрприз удался.

[1] Станислав Ежи Лец

— Здравствуй, - разлепив искусанные алые губы произнесла Анна, холеная блондинка, управляющая то ли каким-то фитнес-клубом, то ли бутиком. Последние три месяца я был в ее кровати столько раз, что наверняка уже превысил норму "отношений без обязательств", а кто она, и чем занимается так и не разобрался.

— Здравствуй, - я каменным истуканом застыл у порога.

— Впустишь?

Отступая вглубь квартиры, я пригласительно взмахнул рукой.

— Один? - казалось, Анна чего-то боится.

— Да.

— Я точно не помешаю?

Это был странный вопрос. Какие сомнения могли быть, учитывая, как я одет, и что впускаю ее в квартиру? Немного подумав, озвучивать свои мысли не стал. Ни к чему. Однако когда за Анной закрылась дверь, вдруг понял, что такой, как сейчас, с поникшими плечами и красными, заплаканными глазами, эту женщину еще не видел.

— Чай, кофе? - знакомый зверь с кличкой "вина" взял за горло.

Анна прикрыла за собой дверь и, осмотревшись, сбросила туфли.

— Мне.. Кофе. Нет. Не нужно кофе. Лучше чай.

— В наличии только черный в пакетиках, - я, извиняясь, пожал плечами. Зеленый у меня отродясь не водился, а  этот.. О том, кто оставил в моем доме упаковку черного чая, Анне и знать не стоило.

— Тогда можно воды?

— Есть бутилированная, - открыв холодильник, я достал пол-литровую бутылку и протянул своей гостье.

— Чудесно, - на женском лице отразилась такая радость, будто я передал настоящее сокровище. - Спасибо большое.

Судя по манере, в которой начался этот разговор, мне стоило ответить "пожалуйста", а потом поинтересоваться погодой за окном. Милая светская беседа в духе девятнадцатого века. Она прекрасно подошла бы для людей, которые не знали один другого и мечтали поскорее избавиться от случайного общества.

Для тех же, кто имел друг друга во всех излюбленных позах, такой разговор был верхом маразма.

— Что-то случилось? - я перешел к сути сразу, стоило Анне сделать первый глоток.

— Нет, ничего, - моя гостья замялась. И теперь это уже начало меня нервировать.

— И все же. Ты здесь. Почему?

— Ты.. Руслан, неделю ты не звонил, не писал. Я знаю, что не стоило, но.. Я волновалась.

Анна опустила голову, а мне до зубного скрежета захотелось выругаться. Приплыли! Очередное повторение пройденного материала. Опять эта гребанная черта, после которой женщина чувствует привязанность, а мужчина, пойманный на отсутствии взаимности, вынужден ощущать себя сволочью.

— У меня все хорошо. Работы много накопилось, - ото лжи самому стало противно.

— Я звонила тебе позавчера.. - не договорив, Анна закусила губу. - Ты не ответил и не перезвонил.

Что ж, меня определенно можно было поздравить. Два из трех стандартных промахов уже в наличии. Осталось узнать, что я виноват в слезах, и можно вешать на шею табличку "последний урод".  Хотя.. С учетом, сколько этих табличек уже висит, пора придумывать что-то новое.

— Ты, наверное, был занят, - не дождавшись моего ответа, произнесла Анна.

Это была щедрая подача. Достаточно было ответить "да", и мне простилось бы все. Мечта, а не женщина. Жаль, костюмчик белого и пушистого сегодня на меня не лез, как я ни пытался себя убедить стать шелковым.

— Руслан?

— Я был занят не больше, чем обычно. Просто не перезвонил.

С этими словами я развернулся и пошел к дивану. Дальнейший сюжет пьесы был предсказуем: поток слез и обвинений в черствости, череда упреков и непрошенных признаний, угрозы и в конце громкий, чтобы слышали соседи, стук дверью.