Жги, детка.

— Ну ты красавец? - Игорь Прохоров опустил свою медвежью лапу на мое больное правое плечо. - Никогда бы не подумал, что раньше сорока решишься.

— И на каком заборе уже написали эту новость? - вместо того, чтобы предложить бывшему одноклубнику место рядом, я правой ногой подтянул свободный стул вплотную к столу.

— Девчонки на весь пляж плач устроили. Хорошо, я появился, а так бы море из берегов вышло.

Я смерил взглядом своего визави. Время шло, жизнь за океаном меняла внешность, но нутро некоторых людей оставалось прежним.

Существует два вида самых худших проколов защитников. Первый - закатить шайбу в свои ворота. Второй - в результате потасовки на пятачке вырубить своего же форварда. Прохоров прославился проколом "номер два". Это был не первый случай за карьеру громилы, но, так уж случилось, что вырубил он меня и как раз накануне решающей игры за выход в плей-офф.

— Так что за краля тебя так зацепила? - Игорь словно и не замечал, что ему не рады. - Поведай старому другу. Спаси умирающего от любопытства.

Сам того не осознавая, он задал самый важный дня меня вопрос на текущий момент.

Не обращая внимания, что бывший коллега по клубу устраивается рядом, я достал телефон. Опровергнуть информацию о помолвке было проще пареной репы. Уговора продолжать пиар у меня с Серебряковым не было, так что проблемы появились бы только у Лизы.

Как ни крути, а положение у меня выигрышное. С другой стороны.. изображая, что сдуваю пылинку с плеча, я огляделся. Бросая косые взгляды в сторону нашего столика, публика лениво попивала свои коктейли. Никто никуда не спешил, не требовал сделать музыку погромче и не пританцовывал возле симпатичной официантки.

Хоть морской пейзаж за окном и жара напоминали Ибицу, Сочи по-прежнему оставался тем самым городом, куда еще в советские времена мамашки отвозили своих чад подышать лечебным соленым воздухом. Пионерский лагерь для взрослых. Можно было врать себе сколько угодно, но уже сейчас было ясно как день: если срочно не придумаю себе хорошее развлечение, то ни за что не продержусь в этом раю для пенсионеров целый месяц.

Пока Прохоров безуспешно пытался закадрить двух девчонок, сидящих за соседним столиком, я принялся обеспечивать себе стимул остаться.

"Что ты можешь предложить в обмен на мое участие в спектакле?" - отправил я Лизе.

Спустя каких-то две минуты телефон сообщил о входящем сообщении.

"Уважение фанатов и повышение собственной стоимости", - Лиза, как обычно, пыталась продать слона.

"А что-нибудь интересное, слабо?"

"Я не буду с тобой спать в обмен на твой пиар", - какой бы блондинкой она не притворялась, а намеки понимала сразу.

"Тогда предложи что-то равноценное", - наш диалог напоминал торг, и, если Лиза в нем была покупателем, я играл роль очень неуступчивого продавца.

"Я буду твоим секретарем все это время".

"На кой мне секретарь? Попробуй еще".

"Я тебя поцелую".

"Детка, целовать меня нужно везде и регулярно. Только так!"

"Я СТАНЦУЮ С ГРУППОЙ ПОДДЕРЖКИ".

Последнее предложение я прочитал дважды. Мой пиар-менеджер согласился вырядиться в мини-юбку, взять в руки помпоны и сплясать?

— Бинго! - сказал я вслух и, не обращая внимания на удивленное лицо Прохорова, быстро поднялся.

* * *

Пока крошка Лиз не передумала, требовалось как можно быстрее закрепить наше соглашение. Признаться, я даже не надеялся на такую удачу. Запасным планом было раскрутить Лизу на поцелуй, а потом сработать по обстоятельствам.

Для человека, которому никогда не везло в лотерею, сегодня мне достался суперприз. "Обстоятельств" хотелось не меньше, чем в нашу первую встречу, но танец - на такое я не раскрутил бы ее самым лучшим сексом на земле. А впрочем..

Уже в номере я застал Лизу пялящейся в свой мобильный телефон. Кое-кто из нас двоих, по-видимому, до сих пор не верил в то, что совершил.

— Дорогая невеста, позволь поздравить тебя с заключением крайне выгодной сделки, - с порога огласил я свое решение.

— Ты уверен? - не совсем соответствующим для счастливой невесты голосом уточнила Лиза.

— Конечно! Ради твоего танца, поверь, справлюсь.

— Целый месяц?

— Легко!

— И не будешь в открытую таскать в постель никаких других девушек?

— Вообще мужчины довольно высоко ценят свою свободу, но раз мы с тобой без пяти минут ячейка общества, - я взялся за край майки и резко стянул ее через голову, - предлагаю..

— Точно! – Лиза громко хлопнула в ладоши, прервав меня. – Нужно решить еще один вопрос! Кто спит на диване!

— Что? – по сценарию сейчас мои руки должны были опуститься к пряжке ремня и начать расстегивать ширинку, но опустилась челюсть.

— В номере только одна кровать, - с невинным видом произнесла эта белокурая бестия, и длинные ресницы-опахала захлопали, как дворники в ливень.

Где-то я это уже видел.. В магазине во время нашей первой встречи. Точно! Тот же взгляд, та же соблазнительная растерянность. Нет, детка, теперь ты меня не обманешь своей беспомощностью.

— Милая, если честно, я имел ввиду кое-что другое.

Видимо, догадавшись, что трюк не удался, Лиза нахмурилась.

— Моя задача – твой пиар, - произнесла она уже без наигранной невинности. - Секс, насколько я помню, в перечень услуг не включен.

— Какая оплошность!

— Ты даже не представляешь, как я сожалею по этому поводу.

Эта маленькая сексуальная злючка, наверное, уже считала себя победительницей. На миг мне даже стало жалко спускать ее с небес на землю, но кто, если не будущий супруг, укротит этот строптивый характер?

— Я, конечно, могу спать на диване. Но есть одна проблема, - я потер пальцем губы, - наша соседка – та самая журналистка из «Спортивного обозрения, которая тщательнее всех следит за моей личной жизнью. Боюсь, наш пиар накроется медным тазом, если эта кровать не заскрипит ночью, или моя молодая невеста в порыве страсти не огласит гостиницу криком «Еще! Еще!».

Видит Бог, я почти не врал. Журналистка на самом деле жила в этой гостинице и даже на нашем этаже. Я слукавил совсем чуть-чуть и только ради благого дела.

Что и следовало ожидать, щеки Лизы залила краска.

— Я тебе не верю, - для той, которая не верила, эту фразу она произнесла уж очень тихо. Словно боялась, что кто-то подслушает.

— Так убедиться не проблема. Я похраплю ночку на диванчике в гостиной. Потом утром вместе прочитаем в ее блоге свежие новости.

Румянец Лизы стал еще ярче. Еще чуть-чуть, и ее лицо стало бы такого же алого цвета, как флаг Советского Союза. Я уже потирал руки в предвкушении капитуляции, все же приятно было начинать совместную жизнь с маленькой победы. Но вдруг эта несносная девчонка резко развернулась и направилась в спальню.

В этот момент мне нужно было хватать ее в охапку! Хватать, связывать по рукам и ногам, пихать в рот кляп. Я просто обязан был это совершить. Однако тогда я еще не подозревал, с каким коварным противником мне предстоит жить.

Разинув рот, я смотрел, как она взбирается с ногами на кровать. Не моргая, наблюдал, как тихо откашливается.. а потом чуть не упал, когда, подпрыгивая на кровати, Лиза начала стонать и томно поскуливать: «Любимый, жестче. О, Боже, да! Да, так! Давай еще!»

***

Лиза.

Сказать, что предстоящий месяц пугал меня - это не сказать ничего. Мало того, что я оказалась на двадцать четыре часа в день приклеена к самому неконтролируемому хоккеисту лиги, так еще для всех требовалось изображать пылкие чувства.