Страница 121 из 132
Сайрус: Не в навигационной системе дело… Боюсь, ваш замечательный план, Грегори, невыполним: в силу ряда обстоятельств «Крестоносец» не может покинуть якорную стоянку у Сокотры…
Григорий (резко): Что такое? Кончайте финтить, Сайрус, – что там творится в вашей епархии? И почему мы узнаем о проблемах такого уровня только постфактум?
Сайрус (неохотно): Потому что это мои проблемы, а не ваши. К тому же они уже решены – пуск будет произведен ровно в назначенный срок, минута в минуту. Но – от Сокотры. Сменить район пуска уже невозможно – примите это как факт. Сорри.
Григорий: Мать-перемать!.. А ты мог бы дать команду – стрелять немедля, прямо сейчас?
Сайрус: Могу – но хрена ли в том проку? Если они уже развернули комплекс, это ничего не меняет…
Саид (включаясь): Джентльмены, вы и́щите проблемы там, где их нет. Мы – хвала Аллаху – наконец-то знаем точно, где находится Робингуд со своими людьми: в Каламат-Шутфе. Деться им оттуда некуда. К утру в том урочище не останется живых – ни единого человека. Я проведу эту зачистку сам, лично…
Григорий: Саид, не лезь в бутылку! Они ждут этой атаки и готовы к ней…
Саид: Григорий, ты, похоже, все еще не въехал, что мы с вами сейчас играем в очень разные игры. Для вас с Сайрусом в этой истории – «Nothing personal », а для меня – все как раз очень даже личное. Нас с Робингудом связывают… скажем так – кое-какие общие воспоминания. Верно говорят: «Месть – это напиток, который следует пить охлажденным»; моя – отстаивалась двадцать лет, так что напиток вышел вполне коллекционных достоинств.
И мне очень смешно, когда я слышу о нем: «Лучший стрелок спецназа, лучший стрелок спецназа!..» Да, верно: он был таким – двадцать лет назад! А с той поры много чего поменялось в этом мире, и есть куча снайперов – ну никак не хуже… Так что нынче ночью я продырявлю ему башку – сам, лично! – а поутру пришлю ее вам в коробке из-под торта. Чтоб раз и навсегда внести ясность – кто какой стрелок!
Григорий: Что ж, не станем тебе мешать… А помочь – мы чем-нибудь можем?
Саид: Да. Что там у них есть из оружия?
Григорий: Крупнокалиберные пулеметы «Корд», автоматические гранатометы АГС-30, противотанковые ракеты «Корнет». С воздуха они прикрыты установкой «Сосна» и «Иглами»… Да, вот еще! У них есть «надувнушка» – имитатор развернутого ракетного комплекса; ее они наверняка выставят напоказ, как ложную цель, а настоящий комплекс будет хорошо замаскирован где-то поодаль…
Саид: О-кей. Мы их сделаем. Единственное, что мне от вас нужно: под утро, часа в четыре, организуйте воздушную атаку на позиции Робингуда.
Григорий: Саид, они хорошо подготовились к такой атаке – «Иглы» и все такое… Собьют…
Саид: Неважно, пусть сбивают. Мне это нужно как отвлекающая операция. Обеспечите?..
Григорий: Сайрус! Это к тебе вопрос, между прочим…
Сайрус: Я не могу задействовать напрямую американские Эйр-Форсиз, вы что, схренели? Может, вам еще и тактическое ядерное оружие передать под ключ?!
Саид: Вот так всегда…
Григорий: Погоди, Саид… Сайрус, у нас есть люди, способные захватить американские боевые вертолеты. Им надо всего лишь пройти на территорию американской авиабазы в Аравии… ну, скажем, в Табуке или в Эль-Джубайле. Это – сможете обеспечить?
Сайрус: «Всего лишь!..» Грегори, после 11-го сентября охрана всех наших баз в зоне Залива глядит в оба, все ждут атаки исламских террористов… Кстати, эти ваши люди… они – э-э-э… белые?
Григорий (со странным смешком): Белее не бывает!
101
В кабинете Марка Вульфсона звучит зуммер спутникового телефона. Генерал – может быть, чуть более поспешно, чем привык – снимает трубку:
– Вульфсон здесь!
– Здравствуй, Миша! – доносится приглушенный голос Григория. – Прости, но у нас проблемы…
– Робингуд?..
– Да. Робингуд.
– Черт побери!.. Я ведь вас еще тогда предупреждал – лучше не трогайте Робингуда с Подполковником! Что – трудно было подыскать на эту роль других рашен-мафиозо, поплоше мозгами?
– Миша, ты не представляешь, с какого уровня была дана команда: по ходу «Ассасина» подставлять именно Робингуда… Крепко он, видать, насолил… не буду говорить – кому. И не только в России.
– Ай-яй-яй, Гриша… Ну дети, чисто дети! Интересно, к какому возрасту ребенок должен усваивать смысл выражения «Nothing personal »?
Тут возникает внезапная пауза.
– Почему ты спросил?.. Ну, насчет «Nothing personal »? – каким-то надтреснутым голосом откликается Григорий.
– Потому что когда фигуранта вводят в стратегическую комбинацию в качестве «невозвратимого агента», руководствуясь при этом не соображениями дела, а личной к нему неприязнью, это называется – коррупция. Точно такая же, как – возить жену на лечение в Швейцарию за деньги налогоплательщиков; впрочем у вас, в России, даже и это за коррупцию не считается, нет?.. Ладно, чего теперь говорить. Чем могу помочь, насчет Робингуда?..
– Людьми. Боевиками.
– Боевиками? О чем это ты, Гриша?
– Миша, мне нужны твои Питер-Марицы. Срочно. Иначе весь «Ассасин» запросто накроется медным тазом. Как понял? – прием…
102
КПП американской авиабазы в Эль-Джубайле. Слепящие прожектора пригвоздили к асфальту предзонника («Стой! Приготовь документы!») два тяжелых армейских грузовика. Сержант-мулат внимательно изучает бумаги командира колонны – флегматичного седого великана в видавшем виды камуфляже, «вечного шерифа» Брайана Деннехи.
– Значит, вы – спецназ? Группа «Дельта»?
– В тех бумагах написано все, что тебе положено знать, парень, – у «вечного шерифа» странноватый акцент – вроде техасского… но нет, не то; помнится, Ивлин Во говорил об африкаанс как о «языке, состоящем из сплошных отхаркиваний», – так вот, очень похоже…
– Я должен глянуть – что у вас в кузове, сэр.
– Не «что», а «кто», сержант.
– Вот именно, сэр!
– Действуй.
Сержант, добросовестно сунувши нос под брезент, тут же выбирается обратно.
– Ну как, – хмыкает «вечный шериф», – похожи мои парни на арабских террористов? Концы предъявить не надо?
– Никак нет, сэр! Совсем не похожи. Просто нас никто не предупредил о вашем прибытии…
– Именно так. И мы очень надеемся, что в пункте назначения нас тоже не ждут загодя.
– Я понял, сэр. Удачи вам – там, в пункте назначения!
– Спасибо, сержант.
Грузовики, неспешно миновав периметр, углубляются в лабиринт жилых модулей, оружейных складов и подстанций. Сержант же остается стоять в задумчивости у шлагбаума КПП: какая-то ускользающая мысль явно не дает ему покоя… Тут как раз подруливает на джипе офицер – плотный латинос в роскошных усах:
– У вас порядок, Стив?
И часовой решается:
– Разрешите доложить, господин лейтенант!
– Слушаю вас, сержант Джексон! – латинос мигом выбирается из джипа, сразу становясь серьезным. – Что-то не так?
– Несколько минут назад через наш пост проследовали два грузовика со спецназовцами…
– Что-о?! Какой еще спецназ?
– Какая-то секретная операция, сэр. Документы у них в полном порядке.
– А что ж тогда не так?
– Они сами, сэр! – формулирует наконец суть своих претензий мулат. – Их этническая принадлежность, сэр.
– Что, этнические арабы? – понимающе кивает офицер. – Так на то он и спецназ, чтоб действовать на территории противника…
– Никак нет, сэр! В том-то и загвоздка, что все они – белые!
– Гм… Что вы хотите этим сказать, сержант?
– Их было тридцать человек, сэр. И все белые – ни единого цветного. Ни единого! В нынешней американской армии такого подразделения просто не может быть.
– Ч-черт! Резонно… Молодец, сержант, не зря детективы смотришь, – с этими словами лейтенант извлекает рацию. – Эй-Джи-Кей, Эй-Джи-Кей, ответьте Оу-Си-Кью!.. Дежурный? Лейтенант Альварес на связи. Через КПП только что проследовали два грузовика со спецназовцами… ах, вы в курсе? Но часовой, сержант Джексон, обратил внимание на странный состав того подразделения… Никак нет, документы в полном порядке… так точно, слушаюсь. Есть!..