Страница 52 из 77
— Сорвался⁈ — ахнула Ярина, прижимая сжатые кулачки к груди.
— О, нет! — улыбнулся инспектор, — Базиль оказался гораздо умнее!
— И что же он придумал? — уточнила я, заранее подозревая что-то необычное.
— Не знаю, доводилось ли вам слышать про белку-летягу? — вместо ответа, спросил инспектор, — Она, правда, не летают, но умеет планировать, растягивая перепонки между лапками, наподобие крыльев. Так вот, мой Базиль поступил совершенно так же! Только перепонок у него нету… зато есть, вон какие огромные уши! Представляете? Мой пёсик раскинул уши, словно крылья, как следует напряг мускулы шеи, и прыгнул вниз! И полетел! В смысле, стал планировать. Пока благополучно не приземлился у моих ног!
— Ох, вы наверное, испереживались! — лукаво улыбнулась я.
— Вы задаёте неправильные вопросы, госпожа Сюзанна, — ещё шире улыбнулся инспектор.
— Да? А какие надо?
— На вашем месте, я бы спросил, а куда, собственно, мы с Базилем направлялись?
— Вы же сами сказали, к мосту?
— Но я не сказал, зачем я туда шёл.
— А… зачем вы туда шли?
— О! Вот это самое любопытное! Я шёл, чтобы отыскать русалку.
— Зачем⁈
— Чтобы снять показания.
Вот тут мы с Яриной уставились друг на друга. Кто из нас сошёл с ума? Мы, или инспектор Кнопп?
— Я вижу, тут недопонимание, — совсем развеселился инспектор, — Прямо, как с проклятьем. Давайте по порядку. Сегодня на рынке одна женщина… не будем её называть, ладно? Так вот, одна женщина остановила меня на рынке и отдала вот это…
Инспектор запустил пальцы в жилетный карман и извлёк оттуда чёрную, блестящую, драконью чешуйку… Мы с Яриной окаменели.
— И эта булочница, — как ни в чём не бывало, продолжал инспектор Кнопп, — утверждала, что её сорока-фамильяр подобрала эту чешуйку в вашем саду. Представляете? Ну, сами понимаете, дело на рынке… Тут же разгорелись споры, что за чешуйка?
— Можно взглянуть? — чужим голосом спросила я.
— Разумеется, — легко согласился инспектор, вкладывая чешуйку ко мне в ладонь, — Так вот, вариантов было — и не перескажешь! Вспомнили даже легендарного тараска…
— Кого? — вытянулось лицо Ярины.
— Тараска, — любезно повторил инспектор, — Это такое чудище, с головой льва, лапами медведя, и спиной, покрытой бронированной чешуёй. Не буду перечислять всех вариантов! Но, многие склонялись, что это чешуя русалки. Видите ли, почему-то на рынке ходят слухи… кхм… что ваш хозяин… кхм… несколько неравнодушен к обаянию местной русалки… И вроде бы эта чешуйка только подтверждает подобные слухи. Ещё раз скажу, были и другие глупые слухи. Дракон, например… или великий змей Гвививр… но я решил сперва проверить слух про русалку. Мне даже адрес на рынке любезно подсказали: дескать, некий рыбак Лаймель частенько слышит её вздохи, а порой замечает, как она хвостом плещет…
— И… что?
— Не нашёл, — развёл руки в стороны инспектор, тонко улыбаясь, — Или русалка не пожелала со мной встречаться… или её в этот момент дома не было… Зато, какое приключение с Базилем было! В общем, я решил так: погуляю часок, и ещё разок к мосту наведаюсь. Если и в этот раз с русалкой встретиться не получится — отдам чешуйку штатному эксперту. Пусть он в магистрате разбирается, что за чешуйка, да откуда её в наши края занесло. Тут дело в чём: эта женщина… ну, которая булочница… она мне чешуйку при свидетелях отдала. И тут уж просто так не отмахнуться. Какой-никакой ответ, а я должен ей дать.
Э-хе-хе! Такова наша работа: хоть и хорошо у вас, и чай… кхм… вкусный! Выше всяких похвал ваш чай! Но придётся мне ещё разок прогуляться к тому мосту. А на обратном пути я к вам загляну? Очень у вас булочки хороши! И чай… да! Отличный чай!
* * *
Инспектор ещё за поворот Кривоплясовой не завернул, а я уже мчалась по улице. Опять! Представляете, опять бежать, перепрыгивая грязные лужи, а не обходя их сторонкой! Я проскочила Горбатую улицу, вихрем пронеслась по Калачёву переулку, и затормозила только перед самым рынком. А уж на рынок вошла медленно, достойно, неторопливо. Можно сказать, не вошла, а вплыла. И сразу направилась в рыбный ряд. Плевать, какая рыба! Лишь бы чешуя была размером с монету, не меньше! О, вот отличный экземпляр! Беру! Цена? Не интересует! Беру! И, едва выйдя с рынка, я помчалась в обратную сторону.
— Неплохой карп… — оценила Ярина.
— Даже, если бы был плохой, — проворчала я, с трудом переводя дыхание, — Всё равно бы взяла.
— И то верно, — согласилась подруга, — И… что теперь?..
— Прилепи к столу пару чешуек, — подсказала я, — Так, чтобы поблёскивали. Одну к ножке стола, другую к столешнице. Да, пожалуй, сойдёт. Давай проверим, будет ли их видно со стула, на который мы инспектора Кноппа усадим? Отлично! И всё! Рыбу мы разделывали давно, чешуек не замечаем… Что стоим? Самовар кипяти! Уже вот-вот инспектор вернётся!
Инспектор вернулся, и в самом деле, скоро. Я даже удивилась, как это он успел и к мосту сходить и башмаки почистить? Потому что на башмаках инспектора не было следов тины или речного ила. Чистенькие башмаки, словно он эти полчаса просто за углом простоял…
— И опять мне не повезло… — развёл одну руку в сторону инспектор, потому что в другой руке у него была кружка с чаем и коньяком… а если точнее, с коньяком, едва-едва разбавленным чаем, — Снова не довелось с русалкой встретиться…
— Да, — сочувственно покивала я головой, — Бывает. Иногда бьёшься, стараешься, буквально, жилы рвёшь, а обстоятельства всё равно, сильнее.
— Вот именно! — согласился Кнопп, — Кстати… не забыл ли я у вас ту самую чешуйку?
— Чешуйку? Ах, да! — «вспомнила» я, — Куда же я её?..
Чешуйка лежала в кармашке моего фартука, но признаваться в этом я была совершенно не намерена.
— А кстати, — прищурился инспектор, и сковырнул ногтем одну из наших «приманок», — Это ведь, такая же чешуйка?
У инспектора в руках золотилась чешуйка карпа. У меня в фартуке лежала чёрная чешуйка дракона…
— Один в один! — не моргнув глазом, заверила я.
— Ну и прекрасно! — инспектор сунул карповую чешуйку в свой жилетный карман, — Отдам в магистрат, и пусть разбираются! И с чешуйками, и с проклятьями! До свидания, дамы! Честное слово, с вами душой отдыхаешь. Вон, Базиль не даст соврать. Он у меня необыкновенно чуткий. Он к плохому человеку и близко не подойдёт.
Базиль как раз упоённо облизывал мои пальцы, пропахшие рыбой.
— Заходите к нам ещё! — дружно попросили мы.
— Не премину! — пообещал Кнопп.
— Знаешь, Ярина, — тихо сказала я, когда дверь за инспектором закрылась, — Если вдруг случится такое, что придёт инспектор, а у тебя не окажется булочек для него или косточки для его пёсика… я тебе… сейчас придумаю…
— Можешь не придумывать, — фыркнула Ярина, — Такого не будет. Никогда!
— Представляете? Мой пёсик раскинул уши, словно крылья, как следует напряг мускулы шеи, и прыгнул вниз! И полетел!
Глава 18
Исповедь: когда смолкают фанфары…
Воспоминания — это единственный рай, из которого нас не могут изгнать. И единственный ад, из которого нельзя сбежать.
Жан-Поль Сартр.
После завтрака, генерал Крейг уютно устроился в любимом кресле в своём кабинете. Нас с Яриной он тоже заставил сесть напротив, на стулья, призрак привычно завис над полом, а Дементий сесть категорически отказался, ссылаясь на то, что в любой момент кто-то может постучаться в дверь.