Страница 48 из 82
Прошлась потом по дорожкам к беседке с отцветающими розами, посидела и там, подышала эфирными маслами. С удовольствием съела яблоко, сорвав его прямо с ветки – позднего сорта, оно кислило, что оказалось самое то. Велев сорвать с дерева всё, до чего дотянется мужчина, я наблюдала за фогтом Отто, сидя на скамье… Жевала яблоки.
Настроение слегка выправилось. Дом не разочаровал и сейчас, садик тоже. Но вопрос одежды так и не был решен.
Отчитавшись о покупках за ужином, я не сумела скрыть настроение. С детства не терпела безысходности и безвыходности, неприятно было чувствовать себя беспомощной. Но здесь, в самой простой, казалось бы, ситуации, поделать ничего не смогла. Руки опускались…
Рассказывая о перипетиях неудачного шопинга, я, наверное, моргнула лишний раз. Или моя рука, нервно рисующая неведомые узоры на столе, что-то там внушила Фредерику… Но, накрыв ее своей ладонью, чтоб не мельтешила, он требовательно заглянул мне в глаза:
- Не стоит расстраиваться, Таис. На днях вас посетит швейка с образцами тканей. Похоже, что большие мастерские ревниво отслеживают моду, насаждая ее. Им выгодна гонка в ней – новинки всегда стоят дороже. Не расстраивайтесь… я уже знаю способ, изыщу возможность.
- Хорошо бы. Спасибо, Фредерик, - увидев бисеринки пота на его носу, я забеспокоилась: - У вас опять слабость, жар? Может позвать Дашу? Фогт Отто, помогите господину подняться к себе.
- Нет-нет… все в порядке, просто немного отсижусь, – запротестовал муж.
Мы остались. Еще какое-то время я встревоженно приглядывалась к нему – и сама чувствовала себя уставшей, но уже скоро Фредерик выглядел как обычно. То есть замечательно… моя Светка сказала бы – жутко секси бой, печально хмыкнула я.
Травяной чай с ореховым кексом еще немного задержал нас в столовой. В этот раз, когда уже немного привыкла к здешней прислуге и чувствовала себя свободнее, я рассмотрела помещение более спокойно и непредвзято.
Скатерть в бледную клетку напомнила платьевые ткани из мастерской – с легкой руки англичан клетка начинала входить в моду. Стены столовой были обшиты полосатыми панелями, мебель казалась удобной. Все было неплохо и даже по-своему красиво, но своим не ощущалось. Королевское…
Вспомнив кстати о нем, я уточнила – сколько долго можно ждать аудиенции, оставив заявку в ящике на стене дворца?
- Бесконечно долго, Таис, - кривовато улыбнулся муж, - к тому же Его королевское величество отбыл в Розенштайн. Это его любимое место – вдали от городской суеты. Там же состоится прием и бал по случаю прибытия кронпринца и кронпринцессы.
- Разве не здесь, не в Новом дворце? – удивилась я, - то есть… мы с вами на него не попадаем?
- Порой я думаю… возможно, это и есть настоящая причина, по которой торжества перенесли в Розенштайн.
Глава 23
А запросто. Вполне такое возможно… и даже скорее всего.
На месте короля я так бы и сделала. Оба греховодника образумились и обзавелись наконец женами, как и положено. Свое удовлетворение по этому поводу он продемонстрировал, оформив, как милость: Фредерику – дом, Карлу – дворец. В идеале, они вообще не должны больше видеться дабы избежать соблазна. То есть… от местного Двора мы отлучены?
И Бог бы с ним как говорится, скоро мне вообще будет не до того. Но… мне нужен Земмельвейс! Нужна клиника и антисептика. Пенициллин нужен – зеленая плесень уже из горшка лезет.
- Расстроились, Таис? Понимаю… вы привыкли к блеску двора и увеселениям.
- Как и вы, - отстраненно заметила я.
- С чего вы так решили? – опешил супруг.
- А с чего решили вы? Я равнодушна к этому делу, но… чтобы так резко – действительно неожиданно, - задумалась я.
- Дело во мне, вам Его королевское величество благоволит.
- Король. Давайте между собой обойдемся без полного титулования, Фредерик? Просто для краткости. Пожалуйста... Он обычный человек с руками-ногами, но при исполнении определенных обязанностей. Относиться к нему с трепетом у меня не получается, как и нет желания прописаться при дворе. Но кое-что от него нужно… Простите, еще не знаю, как это сформулировать, не готова пока. Как только соображу, оформлю все это в голове, вы узнаете первым.
- Что бы это ни было, вы сможете подать прошение через Ее королевс… - споткнулся муж на титуловании, неловко усмехнувшись.
- Ольгу Николаевну… – озарило меня, - да вы же гений, Фредерик! Какой же вы умница! А я… обойдемся без уничижительностей. Все-таки у женщин в моем положении иногда такая каша в голове! - радовалась я.
Бестолочь! Нет, все-таки беременность отупляет. Заслуги королевы Ольги на благотворительном поприще будут помнить в веках — детский госпиталь, нежно прозванный штутгартцами «Ольгеле», школу королевы Ольги, заведение для слепых. Так почему и не роддом?
Это упрощает… Мужчинам пришлось бы долго и нудно доказывать необходимость такого проекта, грамотно обосновать его и мотивировать их . Готовить презентацию да так, чтобы попасть в менталитет и настроение. А Ольга с ходу все поймет - я ей так распишу преступный срач в клиниках! Больше похожих на концлагерь… Сама слезами умоюсь и ее в них утоплю.
Этот день закончился замечательно еще и потому, что мне приготовили ванну. Бронзовая лохань на львиных лапах стояла в комнате, не уступающей размерами моей спальне. Здесь даже имелся камин - для холодного времени года.
Вечером засыпала почти счастливой. Было настолько спокойно и легко на душе, что я даже постаралась понять – почему так? И сообразила, поняла…
Я серьезно настроилась сделать конкретное дело. И это не давало покоя… несмотря на то, что впереди еще целых семь лет – так много и так безумно мало! Даже когда не думала об этом, я нечаянно и постоянно находилась в напряжении – подсознание отсчитывало бездарно упущенное время. Каждую преступную минуту, потраченную на глупости и мелочи! Состояние, похожее на бег на месте во сне - я опаздываю, нужно спешить! Потому что только я!
А нет же, не только… и Сережа Загорянский помог чем смог, и Ольга обязательно поможет, и Мария Михайловна мудрая женщина. И Фредерик вон подсказал... Костя? На него были самые большие надежды и их тоже не стоит раньше времени сбрасывать со счетов.
Сейчас я уже увидела хороший шанс, нас будет маленькая команда – я не одна. Слава тебе, Господи!.. – истово перекрестившись, привычно молилась я на ночь.
Утром тоже все виделось по-другому, я будто пересмотрела вчера свое видение мира. Мои мелочи больше не казались мелочами – я уделила внимание себе, прислушалась и пригляделась…
По моим прикидкам шел четвертый месяц беременности. Живот еще не выпирал, но уже заметно округлился. Грудь увеличилась, но не только это – сквозь кожу стали проступать вены, образуя собою не слишком красивый рисунок. От пупка к лобковой области опускалась полоса пигментации… значит, к этому есть склонность и месяцам к восьми-девяти появятся усы и пятна на носу. Но молодая женщина в зеркале мне нравилась – взгляд мягкий, улыбка… наверное, только сейчас я окончательно примирилась и с внешностью Таи, и со своим интересным положением.
Швейку звали интересно – Врени. Молодая еще женщина, лет тридцати, она пришла одна и с довольно большой корзинкой. Разложив на столе образцы тканей, предложила начать с их выбора.