Страница 62 из 66
С Мироновым мы встретились не в десять, а в пять минут одиннадцатого. Он припоздал немного. Около театра не было безлюдно, люди прогуливались. Я так думаю, с надеждой увидеть какого-нибудь знаменитого артиста. И, возможно, попросить у него автограф.
Почему бы и нет, особенно если ты не москвич, который какими-то правдами и неправдами, но все же может попасть на спектакль со знаменитым актером. А если ты приезжий, и в Москве не так часто в своей жизни бываешь… Тут уже хочется хоть как-то любимых актеров увидеть.
Миронов, видимо, где-то подальше от театра припарковался, потому что увидел я его, только когда он уже пешком шел ко входу в театр.
Конечно же, люди его сразу узнали.
Мои подозрения подтвердились. Народ к Миронову ломанулся автографы брать. У всех как по мановению руки тут же блокноты с ручками в руках появились.
Не стал пока к Миронову подходить. Что его дополнительно сейчас отвлекать? Пусть сначала раздаст автографы.
Человек семь он осчастливил, прежде чем снова смог направиться ко входу.
Тут я его уже перехватил. Протянул ему руку, чтобы пожать, а он вместо этого приобнял меня.
Похоже, что мы с ним подружились. Я уже не хотел сам к нему обниматься лезть у всех на виду. Чтобы не шокировать Миронова тем, что он может принять за фамильярность и стремление к панибратству. Человек он интеллигентный, надо это учитывать.
Но раз уж он первый шаг сделал, то почему бы и нет. Обнялись.
Пару минут прямо там поговорили. Миронов меня удивил, сказав:
— Говорят, у тебя новая пьеса уже готова, Паша.
— Да, все верно, — удивленно ответил я. — А ты откуда знаешь?
— От Боянова, конечно, — усмехнулся он. — Звонил он мне по другому поводу, но этим тоже похвастался. У нас же кинобригада через три дня приедет в «Ромэн». Будем заново весь спектакль переснимать. Изображать, что якобы на сцене Токийского театра его играем. Боянов рассказал, что ты сегодня с этой бригадой будешь дело иметь. Придешь вечером к нему с новой пьесой и на сьемки отдельные.
— Да, все верно, — сказал я. — Приду.
— Ну вот, а я там только через два дня появлюсь, — сказал Андрей. — Вот и решил сейчас тебе все отдать. Михаилам тогда тоже не забудь, передай их фотографии.
Взял у Миронова три пакета с бумажными фотографиями. На каждом была написана фамилия.
Пожали друг другу руки. Миронов пошел в театр, а я к своей машине.
Люди, конечно, получив автограф Миронова, не разбежались. Напротив, вдохновились. На ловца, как говорится, и зверь бежит. Тут же еще много других знаменитых актеров, кроме него, в театре имеется. Миронова повстречали, значит, есть шансы и еще кого-то встретить. Остались бродить дальше в надежде получить автограф от одного из других актеров.
Мы с Мироновым разошлись, и тут же ко мне странная парочка устремилась. Явно супруги, у обоих кольца обручальные на пальцах. Мужик гигант, двухметрового роста, плечи широкие, ладони как лопаты. Все в мозолях, явно трудяга какой-то. Женщина дюймовочка, метр сорок, ну может метр сорок пять максимум.
Именно она меня атаковала:
— Извините, я видела, что вы с Андреем Мироновым беседуете. Вы, наверное, тоже какой-то известный актер?
— Нет, совсем нет, — честно сказал я.
Понял по их глазам, что им все едино, что я говорю. Мало ли, просто скромничаю. Я так подозреваю, для них важнее, что я с Андреем Мироновым только что на их глазах обнимался. Явно решили, что я шишка какая-то в мире театра, потому что потребовали осчастливить их тоже автографом. Дал с удовольствием. Что-то в этом есть приятное…
Хмыкнул, когда в машину садился, представив, как потом они в родной город вернувшись, будут сначала автографом Миронова хвастаться. А затем еще и мой автограф покажут, говоря, что я явно тоже кто-то серьезный, но просто скромничаю… И будут гадать с друзьями, где же они меня могли видеть. Зная людей, уверен, что достаточно быстро придумают, в какой именно картине меня видели…
Пришел к Сатчану в назначенное время, в одиннадцать ноль-ноль. Смотрю, тут уже очередь: две какие-то девушки юные и мужик лет тридцати. Костюм, галстук, и должность какая-то в МГУ явно имеется, судя по тому самодовольству, что он вокруг себя транслирует. Посмотрел он на меня достаточно так надменно, как университетский чиновник на обычного студента, и говорит:
— Молодой человек, вы за мной будете.
Я говорю:
— Извините, но у меня на точное время назначено. Нужно отчитаться перед товарищем Сатчаном, что я прибыл, чтобы он не думал потом, что я опоздал.
Против такой формулировки возразить никто не решился. Хотя, если бы я ограничился только первой частью, то, конечно, судя по лицу тридцатилетнего, мог нарваться на гневную отповедь с его стороны. Он же видит во мне обычного студента. А то, что одет хорошо, — мало ли, просто сыночек чей-нибудь. Заботятся родители, одевают хорошо деточку, но это не повод его без очереди к первому секретарю комсомола МГУ пропускать.
Само собой, у Сатчана внутри тоже посетитель был, девушка какая-то. Увидев меня, он обрадовался. Сделал мне знак рукой заходить, а ей сказал:
— Марина, не будем по третьему разу воду в ступе толочь. Я тебе сказал, что делать. Ты услышала. Всё, бегом выполняй.
Встал из-за стола, пожал мне руку, вышел в коридор и сказал:
— Товарищи, у нас сейчас будет важное совещание по личному поручению товарища Тяжельникова. Так что все, пожалуйста, к моему заместителю пройдите. Уверен, что он поможет вам решить ваши вопросы.
Товарищи печально отправились дальше по коридору. Видимо, к кабинету заместителя Сатчана, формировать там на новом месте уже очередь.
— Ты, Паша, расскажи, как съездил вначале? — спросил Сатчан, вернувшись на свое место.
— Прекрасно съездил. — сказал я, присаживаясь на стул перед его столом. — Кстати, передай своей супруге небольшой презент.
Дал ему три упаковки с итальянскими колготками для Риммы. Сатчан был очень доволен, их заполучив. Поблагодарил.
Выслушал мой краткий рассказ о том, как я сразу два завода обследовал в Италии. Один — уже полностью оборудованный в Больцано, другой — который прямо сейчас модернизируют. Покивав, спросил то, что его явно намного больше интересовало — вкусная ли в Италии еда. Я честно ответил, как сам думаю, что самая вкусная кухня в Италии — иностранная. А если говорить про полезность, то, помимо салатов, у итальянцев полезной еды почти что и нет. Паста и пицца все же не могут принести пользу для здоровья. Сатчан несколько удивился, но решил эту тему не развивать.
Дело понятное, времени у него мало. Да, эту очередь он разогнал. Но кто сказал, что пока мы будем болтать, следующая очередь к нему не образуется? Тут он, смотрю, реально пашет. Совсем не та ситуация, что в райисполкоме у него было. Не сравнить, небо и землю по занятости. Но и перспективы совсем другие.
Протянул мне стопку бумаг, сказав:
— Тут все заготовки для приказов, инструкций и распоряжений по поводу поисковых отрядов, что будем отправлять на места. Посмотри, что тут нужно доработать. Или что-то дополнительное еще, о чем не подумали, нужно включить. Сам понимаешь, за этой инициативой на уровне Политбюро следить будут… Да и кубинцы от Фиделя Кастро же еще будут вовлечены. Тяжельников с меня шкуру спустит, если что не так.