Страница 56 из 66
Глава 19
Москва, Лубянка
— Есть у меня тема для обсуждения, Юрий Владимирович. — согласно кивнул я. — Я во время поездки на Кубу предлагал братьям Кастро корпорацию создать, которая будет товары из социалистических стран по всему миру продавать в открытых за рубежом магазинах. Насколько знаю, уже принято решение всеми социалистическими странами эту идею в жизнь воплотить. Так вот, хочу предупредить, что на территории США нам магазины лучше не открывать.
— А почему? Это же крупнейший западный рынок? — немедленно заинтересовался Андропов.
Рассказал ему примерно то же, что и Громыко, про то, что вскоре американцы наверняка решат нас прижать, запретив продавать советские товары в США по выгодным для нас ценам. Так что если СССР в эти магазины в США вложится, то эти деньги уже никогда не вернет.
— У кубинцев, кстати, и сейчас уже нет такой возможности. У нас, уверен, тоже скоро не будет. Так что если всякие Венгрии и Польши хотят в рамках этой инициативы свои товары в США продавать, то пусть свои деньги в нее и вкладывают. А нам бы я очень порекомендовал бы постоять в сторонке.
— Это ты мне только об этих своих расчетах сказал, Паша, или еще кому-то? — тут же спросил председатель КГБ.
— Еще рассказал Захарову, второму секретарю Московского горкома, и министру иностранных дел Громыко, — честно признался я.
Ну а что? В моих собственных интересах, чтобы Андропов об этом знал. А то скажет моими же словами об этом в присутствии Громыко, и министр иностранных дел тут же и поймет, что я не только с ним общаюсь из членов Политбюро… И как предложил работать в МИД, так свое предложение и отзовет… Одно дело Гришин то же самое скажет, за то, что я эту мысль и до него донес, Громыко меня только зауважает, но совсем другое дело председатель КГБ…
— Значит, только из Италии прилетел, и уже к Громыко сразу отправился? Раньше меня? — нахмурил брови Андропов, делая вид, что сердится из-за этого.
Ну-ну… Не верю! Наверняка прослушка ему уже давно доложила, что это вовсе не моя инициатива. Но, увы, так отвечать председателю КГБ точно не стоит…
— Я и сам не планировал, меня пригласили к нему. — развел я руками. — Он мне и сказал, что вопрос о корпорации окончательно решен. Так что пришлось его разочаровать по поводу американского рынка. Обидно же будет, если мы деньги вложим в эти магазины, а они не окупятся…
— Ну ладно, ничего страшного. — сказал Андропов.
Ясно было, что ему очень любопытно, что мы еще с Громыко обсуждали. Но сам он спрашивать меня не стал. Понимает, что это уже перебор.
А я решил еще один вопрос затронуть. Тот самый, что только вчера в голову мне пришел.
Я кое-что припомнил из восьмидесятых, что может очень позитивно сказаться на влиянии Андропова на Брежнева, если это использовать прямо сейчас. Брежнев любит, когда к нему привлекается положительное внимание, да еще и за рубежом. Впрочем, то же самое вполне можно сказать о любом крупном политике. А про таких нарциссов, как Трамп, и говорить нечего. Тот, если узнает, что он никому неинтересен, просто на месте умрет от огорчения.
И кажется, у меня появилась возможность подсказать Андропову, как помочь Брежневу разогнать его тщеславие, используя эпизод из будущего самого Андропова как генерального секретаря Советского Союза.
Также это может и пользу принести для разрядки отношений с США. Может, она глубже зайдет из-за этого. Слабо верится, но почему бы и не использовать этот шанс?
Вспомнил я про американскую девочку Саманту Смит. Так вот, она в восьмидесятых годах письмо написала Андропову, который тогда уже был генсеком СССР. По поводу того, что жизнь хороша, она любит мир во всем мире, и она очень расстроена тем, что Советский Союз хочет уничтожить Соединенные Штаты Америки. Что-то в этом роде, более детально я не помню.
А Андропов взял да и пригласил ее в Советский Союз. После чего в СССР устроили грандиозный прием девочке. Такой, как будто она дочка президента Великобритании. И, конечно, всячески настраивали ее в пользу Советского Союза.
Детали опять же не помню. Но, зная наших, скорее всего и в «Артек» ее свозили. И в целом гостеприимство оказали так, как русские умеют это делать. Чтобы у девочки шансов не было не влюбиться в Советский Союз.
Пресса мировая освещала все это очень бурно. И в СССР все были очень довольны кадрами добродушного дедушки Андропова с маленькой Самантой Смит, что облетели все мировые СМИ. Вместе с утверждениями генсека СССР, что Советский Союз за мир во всем мире, и нападать ни на кого не собирается.
Для девчонки, насколько я помню, закончилось все это достаточно плохо. Она разбилась при крушении самолета. Вроде бы как, когда из Советского Союза возвращалась. Ясно, что никакой вины СССР в этом не было. Все понимали, что СССР, вложив столько в эту девочку, была последней страной, что могла быть заинтересована в ее гибели. К сожалению, такие трагедии происходят и без злого умысла. С этим ничего не поделать.
Но зачем мне ждать девять или десять лет, пока все это в реальности произойдет, если всю эту сцену можно прямо сейчас разыграть, получив дополнительные дивиденды и для имиджа Советского Союза, и для усиления влияния Андропова на Брежнева? За такой способ покрасоваться на международной арене Брежнев всяко будет Андропову благодарен. А Юрий Владимирович будет мне обязан за то, что я его подсказал.
А там, глядишь, когда речь дойдет до обсуждения ввода советских войск в Афганистан в 1979 году, я смогу убедить Андропова выступить против. И более уважаемый Брежневым, чем без такого сделанного шага, председатель КГБ сможет генсека убедить в том, что такой ввод войск не в интересах СССР…
Так что, когда Андропов, скорее всего, еще размышлял над тем, расскажу ли я ему, о чем еще беседовал с Громыко, я сказал:
— Кстати, Юрий Владимирович, если хотите, я вам предложу очень интересную геополитическую комбинацию, которая повысит уровень доверия между Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки, а также очень положительно повлияет на умонастроения на Западе в адрес СССР. Мощный аргумент в пользу точки зрения, что СССР склонен к миру во всем мире. Но, само собой, и вы лично сможете от этого получить определенный позитив в свой адрес от Политбюро и даже генерального секретаря…
— Давай, Паша, удиви меня, — внимательно посмотрел на меня Андропов.
— Представьте, что десятилетняя американская девочка напишет письмо генеральному секретарю ЦК КПСС Брежневу…
И далее я пересказал председателю КГБ тот самый фрагмент из реальной истории, который внезапно вспомнил, как возможный вариант того, чем КГБ может заняться. Внимательнейшим образом меня выслушав, Андропов задумчиво сказал:
— Значит, мы должны найти американскую девочку, и как-то сделать так, чтобы она написала письмо в адрес генерального секретаря КПСС…
— Симпатичную десятилетнюю девочку, — уточнил я, — фотогеничную, чтобы, когда потом ее фотографии с Брежневым по всему миру в крупнейших газетах будут печатать, Леонид Ильич выглядел добродушным и совершенно безобидным дедушкой рядом с внучкой. Что само по себе уже частично разрушит влияние американской пропаганды о злобном советском генсеке, который только и хочет, что погрузить мир в войну. Несмотря на разрядку, такой пропаганды все еще на Западе хватает, само собой.
— И второе, что нужно сделать, — это согласовать с генеральным секретарем его реакцию на это письмо. — согласно кивнув мне, продолжил Андропов.
— Да, совершенно верно, Юрий Владимирович. Но что-то мне кажется, что он нисколько не будет возражать против такого выигрышного сценария.
Андропов несколько изумленно на меня посмотрел. Да, немножко я не учитываю контекст эпохи. Он, конечно, уже привык, что я человек достаточно раскованный. Но вот так про генсека говорить, имя которого с придыханием положено упоминать в СССР, если уж вообще кто-то решил это сделать, это, конечно, совсем уж необычно.