Страница 39 из 66
Она последствия от стресса очень хорошо гасит. Да и тренированное тело гораздо меньше страдает от стресса.
В этой жизни я за ум взялся, тем более ответственность определенную чувствую. Если тебе, единственному из миллионов, дали второй шанс, то как-то безответственно к нему легкомысленно относиться.
Надо постараться прожить долгую жизнь.
От Гусева сразу на фабрику поехал.
Приехал на «Мосгалантерею». Позвонил с проходной секретарше Николая Степановича. Меня она помнила прекрасно, так что сразу сказала передать трубку вахтеру. Тот, послушав, что ему сказали, пропустил меня. На полдороге к кабинету директора заместителя его встретил, которого, видимо, отправили встречать меня. Сделал такой вывод, поскольку он не удивился, меня увидев, а сразу, поздоровавшись со мной, тут же повел к директору.
— Павел Тарасович, прекрасно выглядите! — сказал директор, когда мы вместе с заместителем зашли к нему в кабинет. Добавил, поздоровавшись со мной за руку. — Видно по вашему загару, что в Италии были.
Да, все же в марте кожа бледная, а солнце в Италии уже жаркое, несмотря на весну. Так что, хотя и вроде мало там на солнце был, но мне хватило, чтобы от совсем бледных москвичей отличаться. Не скажешь, что загар совсем уж такой сильный, но заметный все же.
— Есть немного, Николай Степанович. Выполнил я свое обещание, — сказал я ему, достав плотный пакет с фотографиями и исписанными листами.
— Надо же, на русском языке даже! — удивился он.
Не стал ему говорить, что Диана лично с итальянского переводила полученные мной бумаги на итальянском. Причём самой ей это делать было вовсе необязательно. Тарек хотел переводчика нанять в Милане. Сама вызвалась. Сказала, что раз чемоданным бизнесом семья разбирается, то она должна и в станках тоже что-то понимать, и в конвейерах.
Минут на десять директор и заместитель пропали, рассматривая бумаги и фотографии. Забыв совсем про меня, только их и обсуждали. Сыпались фразы, наподобие: — «ты глянь, что у них тут! Швейцарский станок 1972 года выпуска! А у нас тут такое старье стоит! Стыдобище!»