Страница 42 из 59
— Морозного экстракта? — переспросил Гарри, чуть приподняв брови. — А это… безопасно?
— Абсолютно, — уверенно кивнул Перси. — Это же магия. Всё рассчитано. Экстракт кстати добывают из ягод снегоягодника, в смеси с голубым горноцветом.
Я фыркнул:
— Главное, чтобы она не начала дышать льдом, как Гиперборейский дракон. Говорят они могут выдыхать не только пламя, но и лед или яд там. А еще перекидываться в людей или эльфов там. Они в давние времена переселились к нам из другого мира где на них начали охотится люди. Говорят наша основательница как и у Малфоев из этих дракониц. Только у Малфоев в отличии от нашей Бриджет Уэсли основательница рода ледяная драконица, а наша была огненной. Мы поэтому еще постоянно цапаемся.
Хедвига скосила на меня глаз, будто всерьёз обдумывала перспективу дышать льдом, и снова тихо ухнула.
Гарри улыбнулся и аккуратно завязал кулёк, оставив внутри ещё несколько кусочков.
— Знаешь, — тихо сказал он сове, — я теперь буду умнее. Сначала спрошу, потом предложу.
Сова наклонила голову набок, будто поняла каждое слово, и мягко ткнулась тёплым боком в его плечо.
А Гарри подумал, что самое хорошее в этом дне — не то, что он наконец-то нашёл правильное угощение, а то, что Хедвига не обиделась. Она просто ждала, пока он разберётся.
Я, дожевав кусочек тыквенного печенья взятого со стола в большом зале на завтраке, махнул в сторону коридора, ведущего вниз, к кухням:
— Если хочешь, чтобы Хедвига вообще летала и не смотрела на тебя с таким видом, будто ты её в наказание кормишь, иди к Мили. Она за сов отвечает. Папа как-то с ней про Эррола договаривался, когда тот совсем сдавать начал: чтобы ему отдельный рацион делали, с укрепляющим бульоном и всем таким. Мили добрая, но строгая: если скажешь «хочу что-нибудь вкусное», она тебе лекцию прочитает про белок и погадки.
Гарри хмыкнул, но в словах Рона была правда: после истории с булочкой ему хотелось сделать всё как надо. Он сунул кулёк от миссис Мур поглубже в карман — на всякий случай, как подстраховку, — и кивнул:
— Ладно. Пойду. Но Рон это наверно дорого.
- Гарри во-первых, у тебе теперь есть деньги, ты в крайнем случае можешь сходить к профессору Дамболдору он отвечает за сирот учащихся в Хогвартсе, и может выдать тебе еще денег на Хедвигу или одежду. А во-вторых, стоимость питания питомцев и учеников включена в стоимость обучения, как и зарплата учителям. Оно поэтому такое дорогое. Целых сто галеонов в год за ученика. – Гарри в шоке сидел выпучив глаза.
- Рон, а как же вы поступили в школу?
- Старшие братья прошли по бесплатной квоте от совета попечителей. А за меня и Джинни заплатил наш дед Игнотиус Прюит. Он хоть и ворчит что мама вышла замуж за Артура на последнем курсе школы все равно нас любит по своему. Да и бабушка Лукреция надавила что не дело на треть Блэкам учится в Валлийской школе.
- Офигеть. Ну у тебя и родня. Покажешь мне, где кухня?
- да доедай свою овсянку и пошли. И кстати Гарри у тебя самого бабушка Дороти из Блэков, почему Драко тебе пирожное предлагал он твой близкий родственник. Его мама Нарцисса тоже Блэк по крови.
- Обойдусь без такой родни. – зло пробурчал друг, отодвигая любимую кашу. - Но Блэки, это ведь род темных колдунов да? Мне Симус про них рассказывал.
- да приятель, только моя бабуля послала их лесом, как и мать Нимфадоры Тонкс, кстати. Она твоя кузина.
- Это та что на Халфпафе учится с розовыми или фиолетовыми волосами? Неуклюжая такая? Я думал она маглорожденная.
- Да, она. У неё отец из магглорожденных, как твоя мама. Такой скандал был когда Андромеда Блэк за него замуж выскочила. Говорят Нимфадора метаморф, у неё из-за этого проблемы с координацией. Слишком сильно дар проявился из-за свежей крови Тонкса, и она с изменениями справится не может.
“Блин у меня в магическом мире столько родни, а я всю жизнь думал что сирота. Где они все были, когда я голодал в чулане у Дурслей.” Подумал обижено Гарри. “Ладно Уизли они нищие как и я, а остальные где были?”
- Гарри поешь хотя бы омлет, он вкусный сегодня.
- Нет, я не голоден.
- ну хоть тосты с апельсиновым джемом поешь, ты его любишь. Как раз недавно урожай в теплицах школы поспел, так что джем свеженький. А я пока омлетик доем, я в отличии от тебя, я всегда голодный мне много энергии нужно. И ты ешь больше, если хочешь вырасти и мясо набрать. Погляди на себя в зеркало, какой ты тощий.
- Рон я просто не могу много есть, меня выворачивает сразу после еды. Тетя Петуния тоже ничего есть толком не может, все боится потолстеть.
- Гарри давай после кухни сходим в больничное крыло? Тебе там зелья подберут, выпьешь курс и сразу пищеварения наладится.
- А давай, надоело быть задохликом. Тетка Мардж все время ворчит что у меня глисты. Она даже меня вместе с кузеном лекарством накормила как то.
Гарри намазал на тост щедрый слой апельсинового джема, вдохнул этот тёплый, солнечный запах и на секунду будто забыл, что за окном прохладный туман лежит облачком на траве.
— Знаешь, — сказал он мне, — иногда кажется, что этот джем прямо из лета. Как будто кто-то взял кусочек июля и закатал в банку.
Я хмыкнул, откусил огромный кусок своего тоста и довольно промычал:
— Ага. Это всё теплицы. Там у профессора Стебль вообще полно всего растёт. Не только апельсины, а вообще… ну, будто кусочек юга прямо под стеклом.
Невилл, сидевший рядом и старательно крошивший кусочек булочки для какой-то невидимой мышки, вдруг поднял глаза и тихо, но с заметной гордостью добавил:
— Во второй теплице сейчас как раз апельсины самые сладкие. Я сам помогал их собирать. А ещё там лимоны, инжир… и мята такая густая, что если её чуть-чуть в чай положить, сразу теплее на душе становится.
Гарри улыбнулся:
— Ты будто про дом рассказываешь.
Невилл чуть покраснел, но не отвёл взгляд:
— Ну, для меня теплицы и есть почти дом. Там спокойно. И всё живое. Даже если оно колючее или ядовитое, оно всё равно… ну, как будто старается расти. А я привык вместе с бабушкой возится в наших теплицах, они издревне у Лонгботомов. Мы главные поставщики лекарственных трав в Мунго.
Я покосился на него, потом снова на джем:
— А главное — вкусно. Вот бы ещё туда булочки прямо на месте пекли.
Невилл не обратил на шутку внимания — он уже снова говорил про теплицы, и в голосе его звучало то самое тихое волнение, которое появлялось, когда речь шла о растениях:
— Ещё там асфодель растёт. Его в Лечебное крыло передают — для настоек. И шалфей, и зверобой… Профессор Стебль говорит, что к зиме надо заранее готовиться. Простуды пойдут, как только ветер с гор начнёт дуть. Уже сейчас в пятой теплице готовят запасы: сушат травы, настаивают сиропы, делают мази. Всё, чтобы мадам Помфри не пришлось бегать и искать, где взять нужное.
Он на секунду замолчал, будто вспоминая что-то, и тихо добавил:
— Мне она однажды сказала: «Невилл, если бы не ваши травы, я бы тут с ума сошла. Ученики вечно простужаются, падают с мётел, а у нас всегда должен быть запас». Так что… я стараюсь. Чтобы было.
Гарри посмотрел на Невилла по-новому — не как на того, кто вечно роняет учебники и краснеет, когда к нему обращаются, а как на человека, который тихо, без лишних слов, делает важное дело.
— Значит, этот джем, — Гарри постучал ложкой по баночке, — это не просто джем. Это… часть этой самой подготовки.
Невилл кивнул, будто это было самое правильное объяснение:
— Да. И мята в чае, и сироп из шиповника, и даже те самые прыгающие луковицы — домовики из них делают пасту, которая помогает, если горло болит. Всё связано. Теплицы кормят, лечат и… ну, согревают, даже если снаружи метель.