Страница 70 из 192
К этому времени средневековые христианские правители оказались лицом к лицу с «еврейской проблемой», средством «окончательного решения» которой была высылка. Метод был уже опробовал ранее: в Рейнской области в 1012 году, во Франции в 1182 году и в Верхней Баварии в 1276 году. В Англии средство более или менее срабатывало, в силу обособленности острова; в континентальной же Европе с тысячами беспорядочных феодальных владений высылку было трудно осуществить на практике. Тем не менее, правительства находились под постоянным идеологическим давлением, направленным на принятие антиеврейских мер.
В своих святейших буллах Иннокентий III утверждал, что евреи, бессовестно используя власть денег, нарушили естественный порядок вещей, и свободный христианин оказался слугой бывшего раба-еврея, так что долг власти восстановить былой порядок, ограничив права евреев. Что власть и попыталась осуществить. Начиная с XII века евреи стали менее необходимы знати. Христиане переняли их умение торговать и работать с финансами. Это столетие было примечательно основанием новых городов, но большой необходимости в евреях как в новых горожанах не было – эту роль вполне могли играть христиане. Поэтому городские власти стали относиться менее благосклонно к их присутствию, которое (благодаря обвинениям в кровопролитии и ритуальных убийствах) стало постоянным поводом для бунта. Кроме того, они, причем совершенно искренне, стали опасаться вклада евреев в распространение возмущающих идей. В позднем средневековье ересь часто связывалась с радикализмом. У еретиков случались контакты с учеными евреями, которые обсуждали с ними рукописные тексты и снабжали литературой. У евреев всегда были книги, в том числе зачастую те, что считались у властей подрывными. В случае ареста евреи старались выкупить свои книги, словно рабов. Когда в 1190 году была истреблена йоркская община, они ухитрились переправить свои книги в Кельн, чтобы продать местным евреям.
Теоретически евреям было запрещено поступать в университеты, причем как христианскими, так и собственными законами. Но они селились и в университетских городах. Студенты обычно платили дань антисемитизму. В Турине у них было право по первой пороше забрасывать евреев снежками до тех пор, пока они не заплатят выкуп (25 дукатов). В Мантуе «штраф» состоял из сладостей и писчей бумаги, в Падуе – из жирного каплуна. В Пизе на празднике Св. Екатерины студенты сажали на весы самого толстого еврея, какого только могли отыскать, и взимали с общины «штраф» сластями в размере его веса. В Болонье евреи должны были организовать студентам банкет. В обязанности евреев входило обеспечение медицинских учебных заведений трупами (или откуп деньгами); иногда при этом осквернялись еврейские кладбища. Все это показывает, что по сути евреи были пусть непопулярной, но все-таки частью университетской общины. Нередко они учились там. В 1300 году Якоб бен Машир стал деканом медицинского училища в Монпелье. В начале XIV века магистр Элиас Сабор преподавал медицину в Павии (и был однажды вызван в Англию, чтобы лечить захворавшего Генриха IV). В университетских городках всего христианского мира видное место занимали крещеные евреи. Иногда, как мы увидим, они становились сущим наказанием для своих бывших единоверцев; но чаще, особенно если их обращали силой, они становились критическим, вопрошающим, беспокойным элементом в составе интеллигенции. Церковь не сильно ошибалась, говоря о еврейском влиянии на движение альбигойцев или гуситов в Богемии XV века. Евреи сыграли очень активную роль в двух силах, которые в конце концов нарушили монопольное положение церкви: в Возрождении и Реформации. Они играли роль дрожжей, вызывающих брожение. Обычные обвинения, которые в Средние века адресовались евреям, были все без исключения вымыслом. Однако обвинение в том, что они играют интеллектуальную подрывную роль, имело под собой определенное основание. Еврейский писатель из Вены Якоб Вассерман так писал об этом в своей знаменитой автобиографии Mein Weg als Deutscher und Jude («Мой путь немца и еврея»):
«К сожалению, нельзя оспорить тот факт, что обвинения со стороны преследователей, будь то поощряемые агенты или добровольцы, были частично обоснованы. В каждом случае борьбы с традиционными верованиями, во время каждого волнения или социального всплеска евреи были и остаются в первых рядах. Если мы слышим безапелляционные требования чистки или переустройства власти, которые с бешеным усердием пытаются претворить в жизнь, можно не сомневаться, что во главе движения – евреи».
Средневековое католическое государство не позволяло евреям роскоши лидерства, но и не могло полностью лишить их роли ментора. В итоге во второй половине Средних веков деятели церкви изобрели средства противостоять тому, что они считали еврейской подрывной деятельностью. Ведущую роль в этом противостоянии играли монахи. В XIII веке в жизни университетов стали господствовать доминиканцы и францисканцы; они же захватили и ключевые епархии, контролировали все стороны жизни евреев в католических странах. Они придерживались точки зрения, что относительно терпимая позиция Св. Августина, сводившаяся к тому, чтобы сохранить евреев в качестве «свидетелей» и позволить им следовать своей вере, не имела более права на существование. И монахи хотели лишить евреев всяких прав. В 1236 году папу Григория IX вынудили осудить Талмуд, что явилось решительным (хотя и не совсем намеренным) уходом от терпимости Августина. Монахи не сразу стали антисемитами. У Св. Франциска не было враждебности к евреям; Св. Доминик, согласно свидетельствам, приведенным в процессе его канонизации, проявлял «любовь ко всем: богатым, бедным, евреям и неверным». Сначала монахи дискутировали на сугубо богословские темы и даже пытались опровергнуть обвинения евреев в ритуальных убийствах.
Однако постепенно монахи под влиянием городского окружения огрубели. Они проводили политику агрессивного обращения в свою веру по отношению и к заблудшим христианам, и к иноверцам, причем не в последнюю очередь – к евреям. Они устраивали в городах свои «миссии», где били в барабаны ортодоксального рвения и подогревали энтузиазм фундаментализма. Они стремились организовывать свои обители вблизи еврейского квартала, а то и вовсе на его территории, рассматривая их как центр, чтобы тревожить евреев. И евреи научились бояться их больше, чем любые другие христианские группы. Они видели в них воплощение начала, которым стращал Моисей во Второзаконии (32:21): «раздражу их не народом». И эта политика стала приводить к тому, что евреи либо обращались в новую веру, либо вытеснялись. В Англии именно францисканцы стояли за королевским указом, лишавшим евреев права приобретать свободные участки земли в городе; возможно, им принадлежит и определенная «заслуга» в изгнании евреев. Вскоре они перешли к откровенному антисемитизму. В 1247 году два францисканца помогали распространению клеветнических слухов насчет использования евреями крови своих жертв в г. Валре, что привело к кровавому погрому. В 1288 году вслед за аналогичными слухами в г. Труа доминиканцы и францисканцы совместно спровоцировали избиение местных евреев.
Даже в Италии, где отношение к евреям было вполне терпимым и в позднем Средневековье, францисканцы играли губительную роль. Ранее муниципальные власти позволяли евреям открывать банки при условии соблюдения правил и в обмен на круглые суммы либо на ежегодный налог. Еврейскому бизнесу удавалось выживать, поскольку они давали ссуды под 15-20%, то есть под заметно меньший процент, чем христиане. Францисканцы специализировались на городских и финансовых проблемах, и их особенно интересовало ссудное дело. Они внимательнейшим образом следили за евреями и безжалостно их преследовали в случае малейшего нарушения правил. Францисканцы проповедовали любовь, но это не относилось к евреям как народу. Монах Бернардино Сиенский так формулировал эту проблему: «С точки зрения абстрактной и всеобщей любви нам позволительно их любить. Однако конкретной любви к ним быть не может». Францисканцы организовывали бойкот и учреждали так называемые фонды благочестия, чтобы подрывать деятельность евреев; после этого они могли бы организовывать шумную кампанию за их изгнание. Влияние некоторых антисемитов-францисканцев вроде Иоанна из Капистрано распространялось на огромной территории по обе стороны Альп; его проповеди на массовых сборищах на открытом воздухе часто приводили к погромам. Его последователь Бернардино де Флетр, францисканский проповедник в третьем поколении, провел в 1475 году в Трепте собрание, которое обвинило евреев в убийстве двухлетнего мальчика. В результате последовавших за этим беспорядков все местные евреи были арестованы, многих пытали и казнили, а оставшихся выслали.