Страница 66 из 132
— Зачем? — Ответ, будто ей его уже когда-то раньше сказали, следует мгновенно. — Чтобы ты могла вызвать призрака.
Ведьму, похоже, раздражает это слово, хотя Лифф уверена, что это её же собственные слова, как-то повторённые ей обратно.
— Раз тебе так угодно, — уступает она. — Только запомни, на следующий раз. В городе есть чужаки, и ты должна привести их ко мне. — Она закатывает глаза. — Наверное, тебе за это будет какая-нибудь награда.
— Мой дед? — напирает Лифф.
— Я скорее думала о каком-нибудь лакомстве, — нетерпеливо говорит Ведьма. — Но почему бы и нет? Все царства земные. Чего бы это ни стоило в наши дни.
Не очень-то хорошо, думает Лифф, у неё выходит быть ведьмой. Она просто долговязая женщина со странными скулами, что сидит за столом у семьи Лифф, отгрызает кусок от хлеба, а потом разглядывает следы, оставленные её зубами.
— Было время, — говорит Ведьма, — когда я убила бы за это. Чтобы вернуть себе хоть столько от того, чем я была. Я делала бы вещи, каких тебе не вообразить. Чтобы плавать в морях неотфильтрованных ощущений и переживаний. Но в конце концов это отвлечение, а в наши дни техника, что у нас есть, означает, что это уже не та новизна, какой было когда-то. И, честно говоря, довольно — значит довольно. Я просто очень устала от всего этого. Я этого не просила, и это не то, каким я себе рисовала своё существование. — Взгляд исподлобья возвращается, и она обращает его на Лифф, в полную силу. — Просто будь полезной, хорошо? Когда представится случай, а он представится, просто приведи их ко мне. Когда выхватишь их из толпы, а ты выхватишь. Или хотя бы одного. Может, это уже будет начало, во всяком случае. Продвижение. Должна же быть какая-то перестановка, что всё это уладит. — Она хмуро глядит на птиц, на одну, потом на другую, и те смущённо переминаются. Её фамильяров не хватило, чтобы добыть ей желаемое, и вот она принялась вербовать на новую вакансию. Лифф не вполне уверена, согласилась она взять эту работу или нет.
Позже Лифф вспоминает эту встречу — и вертит её в голове столько раз, что все углы у неё скругляются и она уже не уверена, что тут правда, а что сон, а что просто лишние подробности, которыми память сдабривает факты. Она спрашивает Гембела про птиц, и он злится, потому что, оказывается, он хотел ввести птиц, но не смог заставить их прижиться в своей ограниченной экосистеме, и потому их нет. А если бы были, зловеще говорит он ей, это означало бы, что что-то пошло ужасно наперекосяк. И она может лишь с ним согласиться.